Мечта тигра (ЛП) - Хоук Коллин - Страница 103

Но то было тогда.

Теперь все изменилось. Я верил, что Ана была в моем сне. Я знал сердцем, что то была она. И, если честно, я принадлежал ей. Как тигр. Как человек.

Мне нужно было только узнать, хотела ли она принадлежать мне.

Русалка все болтала:

— И я заметила, что вы были заняты в озере, так что вреда не нанесено.

Я не знал, как она заметила, если была замерзшей. А потом вспомнил, как она становилась туманом. Может, она не была в плену льда.

Русалка надулась.

— Не злись. Так мы живем. Я останусь и помогу вашим друзьям, как обещала. Честное слово русалки, — она махнула хвостом и нарисовала крест на плавниках, словно на сердце.

Ана вздохнула и сказала:

— Ладно. В Молочном океане хватит энергии, чтобы ты дождалась их, и даже если ты решишь остаться.

— О, там много силы. Это точно. О! Есть идея. Может, я приглашу пару друзей, пока я жду.

— Нет. И чтобы ты не обманула снова, я заморожу Молочный океан, — Ана взмахнула рукой.

— А как же я? — возмутилась русалка.

Ана осушила фонтан и наполнила его молочными водами озера.

— Вот. Этого хватит. Ты не позволишь никому, кроме человека со следом богини, войти в озеро или идти за оставленным нами ожерельем. Ясно?

Кэлиора нетерпеливо кивнула.

— Больше никто не выдержит энергию Молочного океана. Когда они заберут ключ и наполнят камандалу, скажи им идти в седьмой храм по туннелям там, — Ана указала на темный туннель, уходящий от фонтана.

— Ага, поняла.

— А теперь насчет соблазнения моего… спутника, — сказала Ана.

Я вскинул бровь, но промолчал.

— Думаю, подходящим наказанием тебе будет оставаться замороженной, пока мои друзья не придут. Думаю, это произойдет через неделю, — раздался плеск и вопли, а потом рыдания и мольбы. Ана не слушала, повернулась уходить, но перед этим предупредила. — И если ты подумаешь целовать моих друзей, ты останешься во льду на сотню лет. Мы друг друга поняли?

Русалка бросила горсть воды к нашим ногам.

— Да, богиня, — сказала она.

— Хорошо.

Ана послала девушке поцелуй, и фонтан застыл. Она щелкнула пальцами, убрала русалке память обо мне, чтобы она меня не узнала.

— Стало лучше? — спросил я у Аны.

— Думаю, да, — она хитро улыбнулась мне, и мы пошли по туннелю.

Мы пришли к тупику, Ана пробила дыру в камне. Она сдерживала океан, превратила пространство перед нами в толстый лет, и мы пошли, а лед двигался с нами, создавая длинный туннель, что я помнил.

Вскоре я заметил, что мы не одни. Нас заметили большие монстры, плавающие на глубине. Я приготовился для атаки, но Ана заворковала, и жуткие существа поплыли за нами, как любящие щенки, касались льда, грустно смотрели на нее странными немигающими глазами. Мы отошли, и Ана подняла руку и устроила землетрясение под водой. Камни поднимались, металлы отделялись от дна. Ее большие питомцы уплыли, пока она создавала замок с дверью и отверстием, куда влез бы ключ.

Она прошла в замок, провела рукой по стенам, и волнами появились рисунки. Мы проходили комнаты, я видел камни и мраморные статуи.

— Откуда они? — спросил я.

Она пожала плечами.

— Одолжила у Цзинсэлуня. У него их уже слишком много.

Я рассмеялся, рассказал ей о пруде и окнах с видом на глубину. Она шепнула, и все, что я описал, появилось передо мной.

Ее кожа сияла в тусклом свете замка, она шла по коридорам. Ана попросила помочь расстегнуть ожерелье из жемчуга, она прошептала слова, что дадут нам еще шесть часов, и опустила его в одну из больших устриц, что поднялись и голодно открыли створки, предлагая посторожить ее сокровище.

Я описал статуи, что мы нашли над прудом, большую акулу и медузу, которую Келси призвала, чтобы вернуть нас на поверхность. Она была поражена историей о побеге. Ее рот раскрылся от ужаса, когда я сказал, что Келси чуть не съели, и как Рен оседлал акулу и вонзил в нее трезубец.

— Хотела бы я это увидеть, — сказала она. — Наверное, было жутко.

— Кошмарно, — согласился я. — Мы парили в большой медузе, а потом использовали шарф как воздушного змея. Он донес нас до корабля.

— Вот так приключение, — сказала Ана.

— Точно, — я посмотрел на темное стекло, уловил что-то большое краем глаза. — Я рад, что мы это сделали. Да, было сложно, и мы сталкивались с тем, что могло убить нас, но мы же уцелели? Это приятно знать.

Ана взяла меня за руку и опустила голову мне на плечо. Мы отдохнули и поели. Я рассказал ей о кракене, ее глаза расширились, хоть я не преувеличивал. А потом рассказал о зеленом драконе, что охотился на нас. Он охнула и сказала, что нужно придумать наказание.

— Ничего, — сказал я. — Они помогали исцелить тебя, и я увидел их жизни мельком. Они не хотят вреда. И они стараются исполнять долг. Драконам просто нравится править. Они долгое время были слабее всех, и они хотят установить власть, — я пожал плечами. — Ты, как человек и богиня, вряд ли поймешь.

Ана встала и отряхнула руки.

— Но нужно порой навещать их. Напоминать, что за ними следят.

— Договорились.

Ана сделала статуи по моим советам, дала им силу шарфа, чтобы они превратили меня, Рена и Келлс. Потом она посмотрела на Шиву, Индру и Парвати, коснулась руки Шивы. Я поведал ей их историю, что нам рассказал Кадам.

— Мне он тоже рассказывал, — сказала она. — И кое-то подчеркивал.

— О?

— Да. Он хотел, чтобы я помнила, что хотя Шива забыл ее на какое-то время, все, кто видел его с Парвати, знали, что им суждено быть вместе, ведь они уравновешивали друг друга.

— Что еще он сказал?

— Что Шива был глуп, раз так относился к жене в начале.

— Да, — сказал я.

При виде статуй я подумал о Рене и Келси. Я задумчиво коснулся руки Парвати.

— Когда статуи пропали, и мы получили роли, я был Шивой, а Рен — Индрой. И тогда я думал, что это значило, что я должен быть с Келси. Ее любовью. Я надеялся, хотя ощущал себя как шарлатан, что пытается украсть чужое.

Ана покачала головой.

— Все не так, Сохан. Ты не был шарлатаном. Ты занял свое место. Ты — спутник Парвати. Рен и Келси играли в игру космоса. Они представляют наши смертные половины, другую сторону монеты, — ее теплая ладонь легла на мою шею. — Но ты, мой красивый тигр, всегда был героем этой истории. Не забывай это.

Я поднес ее пальцы к губам.

— Знаешь, по-моему, я впервые в это верю.

— Надеюсь, веришь.

— Ана? — я обвил рукой ее талию. — Когда Шива нашел ожерелье, он получил приз.

Она задержала дыхание.

— Помню, — тихо сказала Ана. — Он вернул невесту.

— Да, — я притянул ее ближе. — И что случится, когда он отдаст ожерелье? — спросил я.

— Хмм. Вот и узнаем.

Ана отвернулась, и я не смог продолжить. Она создала статую акулы. Она шепнула ей на ухо, что делать, когда прибудут гости. Я надеялся, что не съесть нас.

Она пошла к стене окон, махнула пальцами, и маленькие организмы стали крупнее, пока не превратились в медузу, что я помнил.

— Невероятные создания! — Ана была в восторге. — Нужно будет побывать под водой еще. Мне интересно посмотреть и сокровища золотого дракона.

Мне не хотелось исследовать дно в медузе.

— Если придется.

— Не бойся ходить с богиней, Сохан, — рассмеялась она. — Идем. Нужно посетить Рена.

— Рена? Когда?

— В плену Локеша. Мы должны убрать его память о Келси.

Я присвистнул.

— Ладно. Кадам объяснил, зачем?

— Он мало рассказывает.

— Точно.

— Но тут сделал исключение.

Она села на подоконник и похлопала по месту рядом. Медузы за стеклом сияли лиловым, и свет плясал на руках и лице Аны.

— Он знал, что мы тут запнемся, — сказала Ана, — так что оставил записку.

— Что там говорится?

— Что нужно забрать воспоминания Рена, чтобы у тебя был шанс полюбить Келси.

— Но… зачем? Какая разница? Амнезия Рена причинила Келси большую боль. Я бы не хотел этого для нее. И, — я взял ее за руку, — может, не получи я шанс с Келси, мои разум и сердце были бы более готовы принять…