Растаять в твоих объятиях - Беннет Джули - Страница 13

Рэйн задрожала в его руках, и он усмехнулся, нежно целуя ее шею.

— Что ты делаешь?

— Пользуюсь ситуацией.

Он обвил руки вокруг ее талии и прижал ее к себе.

— То, что произошло в ванной, было не самым разумным решением, — сказала Рэйн, не пытаясь, впрочем, высвободиться из его объятий.

— Может, и нет, но это было неизбежно.

Внезапно дом наполнился детским криком.

— Насколько я понимаю, свободное время для взрослых закончилось? — вздохнул Макс.

Рэйн отстранилась от него и направилась к лестнице. Взявшись за стойку перил, она обернулась:

— Возможно, его не следовало и начинать.

Макс понимал, что она просто говорит то, что ей в данной ситуации представляется правильным. Но он-то помнил, как она вела себя в его объятиях, когда он сжимал, целовал, касался ее. Все ее защитные барьеры в тот момент исчезли — она просто отдалась ощущениям.

Через монитор Макс слышал, как Рэйн успокаивает ребенка. Из нее вышла замечательная мать. Интересно, если бы она приехала к нему в Лос-Анджелес, у них к этому моменту уже была бы семья? И каким был бы их ребенок?

Он заглянул в кухню. На сушке для посуды были аккуратно расставлены бутылочки, рядом расположилась банка с детским питанием, в углу гостиной стояла сложенная коляска, а у окна — детские качели. Он вспомнил свое безупречное жилище в западном Голливуде. Да уж, вряд ли весь этот яркий пластик подойдет к черно-хромовой гамме, которую тщательно подбирал дизайнер интерьеров.

Рэйн спустилась на первый этаж, прижимая к себе Эбби. После их недавней близости вид женщины с ребенком на руках заставил сердце Макса дрогнуть. Но что он мог поделать? Он не хотел играть с ней в дочки-матери, не хотел, чтобы его затянуло в этот безумный мир натуральной еды, излишне приветливых коз и грязных подгузников.

Чего он хотел, так это выбраться из Ленокса сразу же, как только закончится курс лечения его мамы, и начать с Бронсоном Дейном работу над фильмом, который должен вывести его карьеру на новый уровень. И все же с каждой минутой его все больше и больше влекло к Рэйн.

— Пойду подброшу еще дров в камин в спальне. Не возражаешь, если я приму душ?

Он смотрел, как Рэйн одной рукой качает Эбби, а другой смешивает детское питание. Да, эта женщина просто рождена быть матерью. Сердце снова предательски заныло.

— Конечно нет, — ответила она. — Можешь оставить одежду на кровати, я ее быстренько постираю. В душе есть еще один халат. Он большого размера и теплый, думаю, ты вполне можешь поносить его пару часов.

— Э… хорошо. Спасибо.

После душа он позвонит маме, чтобы узнать, как она, и спросит ее про ремонтников. Скоро должны появиться снегоуборочные машины. Наверняка ему недолго осталось здесь сидеть.

— Ни слова!

Рэйн пришлось закусить губу, чтобы удержаться от комментариев, смеха или даже улыбки. Хотя последнее ей не удалось.

— В душе не было никакого халата! Я не догадался посмотреть заранее, а потом было уже поздно — ты утащила всю мою одежду.

Макс стоял в дверях босой, в шелковом халате с цветочным рисунком, который едва сходился на его широкой груди. Полы ему приходилось стягивать обеими руками, чтобы спрятать самое сокровенное.

— Может, я убрала тот халат, — пробормотала Рэйн, сдерживая смех. — Но, по крайней мере, хоть какая-то одежда у тебя пока есть, а скоро постираются твои вещи.

Глаза Макса превратились в щелки.

— Ты специально это сделала.

Теперь уж Рэйн не могла не рассмеяться:

— Да уж, хотелось бы мне быть такой предусмотрительной. Нет, клянусь, у меня на двери висел большой белый халат. Я могу поискать его.

Она отправилась было на поиски, но Макс схватил ее за руку.

— А что делать, если она начнет плакать? — спросил он, бросив взгляд на Эбби.

Рэйн посмотрела на девочку, которая улыбалась, разглядывая плюшевых мишек, подвешенных к верху качелей.

— По-моему, плакать она не собирается. К тому же, как выяснилось ночью, ты прекрасно справляешься с детьми.

Она быстро отыскала халат и вернулась в гостиную. Макс не сдвинулся ни на дюйм. Его взгляд был прикован к малышке.

— Можешь переодеваться. Обещаю, Эбби не будет подсматривать.

Макс перевел глаза на Рэйн. Потом спокойно сбросил шелковый халат на пол, выставив на ее обозрение свое идеальное мускулистое тело. Также не торопясь и ни капли не смущаясь, он надел новый халат.

Да, похоже, Макс прекрасно осведомлен о том, как он красив.

— Кажется, снег стал потише, — произнес он, подходя к окну. — Какие у тебя планы на День всех влюбленных?

Рэйн усмехнулась.

— День всех влюбленных? Мы с Эбби планируем устроить праздничный ужин из козьего молока и конфет.

— Вообще-то я серьезно. У тебя нет никаких планов?

— Ты думаешь, что я переспала бы с тобой, если бы через два дня собиралась на свидание с другим?

Макс шагнул к ней. В халате он выглядел забавно, но при этом все равно соблазнительно.

— Раз у нас обоих нет планов, мы могли бы придумать что-нибудь.

Рэйн отступила на шаг назад, выставив перед собой руки, чтобы он не мог до нее дотронуться.

— Подожди-ка, Макс. Мне не нужен спутник на День всех влюбленных. То, что произошло между нами, — просто способ снять напряжение и забыть о прошлом. И больше ничего.

— Разве старым друзьям нельзя вместе поужинать в ресторане и хорошо провести время?

Поужинать в ресторане? Секс — это одно, но пойти туда, где люди могут увидеть их вместе…

До официального удочерения Рэйн не могла позволить себе ни одного неверного шага. А Макс Форд очень известный актер, и кто-нибудь непременно обратит на них внимание.

— Бывшие любовники разгуливают по городу, мэр которого — мой отец? Э, нет. — Обычно она ненавидела работу своего отца, но сейчас этот факт был очень уместен. — К тому же День всех влюбленных не особенно для меня важен.

— Потому что у тебя нет парня?

— Потому что это просто обычный день. Мне не нужен романтический праздник, чтобы вспоминать о том, чего у меня нет.

Она отвернулась, не желая, чтобы он увидел какой-то глубокий смысл в том, что она сказала… или не сказала. Пожалуй, она еще никогда не получала приглашения на свидание в День всех влюбленных из жалости. Лучше провести этот день одной, чем с кем-то, кто просто проходил мимо и решил, что должен уделить ей толику своего внимания.

А секс не в счет. Она сама этого захотела, с единственной целью — снять напряжение между ними.

Рэйн поднялась:

— Мне надо отнести дрова наверх, прежде чем пойти в душ.

Макс тоже встал и положил руку ей на плечо:

— Я сам отнесу.

Рэйн смотрела, как он удаляется от нее в этом нелепом халате, и не знала, то ли смеяться, толи плакать.

— Пойду посмотрю, как там твоя одежда, — сказала она ему вслед.

Потом остановила качели и вытащила из них Эбби.

— Тебе так повезло, что ты не понимаешь, что происходит. Хочешь совет? Никогда не становись взрослой.

Глава 9

Сдерживая стон отчаяния, Макс слушал, как мама без устали расписывает прекрасную возможность, которая была бы идеальна для него и притом помогла бы городу. Все бы выиграли в этой ситуации. По крайней мере, по ее мнению.

— Сейчас самое время, — заявила она ему.

Подходил к концу второй день, снег прекратился, но все улицы были засыпаны, и машины по-прежнему выглядели как небольшие сугробы.

— Мам, я люблю театр, ты же знаешь, но ты так поздно мне об этом сказала. — Он сжал в руке трубку и отвернулся от окна спальни. Он специально поднялся сюда: для него было лучше выдерживать некоторую дистанцию между ним и Рэйн.

Когда она вышла из душа и он увидел капли воды на ее коже, ее шелковистые влажные волосы, это только усугубило его влечение. Ему требовалось срочно уйти от нее, но в воздухе витал ее жасминовый запах, и Максу было очень трудно сосредоточиться.

— Сынок, — продолжала мама, — премьера спектакля только первого апреля. У тебя почти два месяца на репетиции. А идти он будет всего неделю, так что ты успеешь вовремя вернуться в Лос-Анджелес.