Ложь (ЛП) - Адамс Браво Каридад - Страница 89

- Вероника! – взволнованно воскликнул только что вошедший в зал Джонни и бросился к ней.

- Джонни! – эхом отозвалась она.

Они, молча, обнялись. Донья Сара тихонько подошла к мужу, а месье Бело посмотрел на супругов весьма выразительным взглядом, давая понять, что они здесь лишние, и им нужно уйти.

- Не угодно ли пройти в обеденную залу, месье Бело? – предложила гостю донья Сара, сообразив, что к чему. – Теодоро пойдет с нами, а Вероника присоединится к нам через несколько минут.

- Разумеется, сеньора, главная здесь Вы… До встречи, Вероника…

- Я скоро приду, друг мой.

Впервые Джонни и Верника оказались наедине друг с другом. Вероника отстранилась от кузена и вгляделась в его бледное, осунувшееся лицо.

- Тебе рассказали, как это случилось? – Джонни еще больше побледнел.

- Не думай сейчас об этом…

- Ты знаешь, что это я во всем виноват?

- Нет, Джонни, ты ни в чем не виноват, я уверена в этом.

- Вероника, я хотел убить ее, – Джонни на секунду запнулся, а затем решительно закончил, – и наверняка убил бы.

- Как знать, Джонни, – задумчиво ответила Вероника. – Иногда мы все способны на самое худшее, но я уверена, что в последнюю секунду ты передумал бы, и не стал обагрять свои руки кровью. Я понимаю, что ты презирал ее, но хватит думать об этом, перестань себя мучить. Богу угодно было освободить твою совесть от этой тяжкой ноши, и случившееся – очевидное тому доказательство. Какое еще доказательство всевышней справедливости тебе нужно? Вирхиния заслуживала смерти, и у тебя было право убить ее, но бог избавил тебя от нелегкой роли палача, и твоя душа может быть спокойна.

- Вероника, твои слова утешили меня, придали жизни! Рядом с тобой мне всё кажется понятным, – Джонни немного помедлил и добавил: – всё, кроме неразберихи в моей никчемной жизни. Я совсем запутался и не знаю, что делать.

- Но ведь на свете столько дел, Джонни!..

- Не думаю, что я кому-то нужен. Какая от меня польза?

- Поставь перед собою цель, и ты сможешь быть полезным! Поезди по городам и весям, посмотри на страну, на деревеньки, взывающие о помощи. Примени свои способности, капиталы и желание к их развитию, и сам увидишь, сколько добра ты принесешь людям!

- Но...

- Обещай мне, что ты возьмешь себя в руки, Джонни, что забудешь видения и призраки, терзающие тебя сейчас и отважно пойдешь вперед, навстречу будущему. Обещай мне это, и знай, что ты нужен своим родителям, что ты – всё для них в этой жизни.

- Да, Вероника, я обещаю. Сейчас я слушаю тебя, и мне кажется, что в жизни нет ничего невозможного. Я не знаю, что есть в тебе такого, но ты благословила меня своим голосом, словами, взглядом. От тебя исходит чудесная, божественная духовная сила.

- Ради бога, Джонни, прошу тебя, не продолжай...

- Не бойся, я не стану говорить тебе о своей несчастной любви…

- Любовь не несчастна, Джонни…

- Именно несчастна. Я хорошо вижу в твоих глазах огромную жалость и сострадание, а не любовь. Ты не любишь меня, не любила раньше, и никогда не сможешь полюбить…

- Джонни, друг мой, брат, ты самый благородный и великодушный на свете.

- Спасибо за твои слова и за то, что считаешь меня таким. Я был счастлив услышать это, а теперь послушай моего совета: постарайся понять свое сердце так же ясно, как я понимаю свое.

- Но как мне понять свое сердце, если оно, как вихрь, который не знает, что хочет, и куда несется? Я безумно, до дрожи, хочу одного, Джонни, – бежать... далеко-далеко.

- Но зачем? От кого?

- От всех, и от себя самой. Я хотела навсегда уехать из Рио, ни с кем не повидавшись, но подумала, сколько ты выстрадал, и решила, что должна прийти к тебе.

- Ты сказала, что уедешь из Рио. Деметрио снова повезет тебя в сельву?

- Между Деметрио и мной все кончено…

- Что? Значит, Хулио Эстрада не лгал,– Джонни внимательно посмотрел на сестру. – Он сказал мне, что Деметрио не знал, где ты, и искал тебя повсюду. – Джонни немного помолчал, а потом тихо спросил: – Ты не смогла его простить, да?..

- Нет, Джонни, я его простила, и от всей души желаю ему огромного счастья.

- Если тебя не будет со мной, я не буду счастлив! – раздался за спиной так хорошо знакомый голос.

- Деметрио? – не веря своим глазам, воскликнула Вероника.

- Простите, что вошел без доклада. Я увидел вас в окно. Двери были открыты, а слуги слишком заняты, чтобы обращать внимание на очередного друга семьи, – пояснил Сан Тельмо, проходя на середину комнаты. Это снова был тот же самый Деметрио в безупречном сером костюме, который однажды разжег любовь Вероники, только теперь от глубокого, пронзительного взгляда в его серых измученных глазах не вспыхивал чудовищный огонь, выдававший душевную борьбу. Теперь в них таилась лишь глубокая печаль и безнадежное отчаяние.

- Деметрио, вот уж не ожидала встретить тебя здесь! – сухо заметила девушка, справившись с удивлением.

- А я, напротив, надеялся на встречу, – не стушевался пред столь холодным приемом Сан Тельмо. – Я пришел поговорить с тобой.

- Не здесь, и не сейчас…

- Мы поговорим именно сейчас, – безапелляционно заявил Деметрио, – поскольку следующего раза может не быть. Кстати, Джонни, если хочет, может остаться и послушать наш разговор. Его присутствие меня не остановит, наоборот…

- Я не хочу тебя слушать, и немедленно уйду отсюда, если ты и дальше будешь настаивать на своем! – Вероника была непреклонна.

- Вероника, неужели у тебя нет ни капли сострадания? – грустно спросил Сан Тельмо.

- К тебе?..

- Да, ко мне, – Деметрио шагнул к жене и посмотрел ей в глаза. – Я знаю, ты можешь ответить, что такой жестокий и безжалостный человек, как я, не заслуживает сострадания. Я знаю, что сейчас ты с ужасом вспоминаешь каждый день нашего кошмарного брака, но я прошу тебя вспомнить и о моих страданиях, хотя мои прежние страдания ничто по сравнению с теперешними, после того, как я услышал, что между нами все кончено, что ты никогда не сможешь простить меня, и что ты дала слово другому человеку выйти за него замуж…

- О чем ты?

- А может, это неправда, и Бело солгал мне, утверждая, что ты станешь его женой после нашего развода? – продолжал Деметрио.

- Бело? Вы сказали Бело? – вмешался в разговор Джонни. – Как это понимать? Ты выйдешь замуж за Бело? – он повернулся к Веронике и умоляюще добавил: – Скажи, что это не так, Вероника, скажи, что ты не выйдешь за Бело!

- Не стану отрицать, я, действительно, согласилась выйти за него замуж, Джонни. Прости меня, я снова разрываю твою душу, но я не знала, что ты свободен, когда давала слово, и не думала, что ты по-прежнему любишь меня.

- Вероника, любимая, – хором воскликнули Джонни и Деметрио, но Вероника остудила их пыл.

- Ради бога, будьте милосердны, и оставьте меня оба! – не в силах и дальше терпеть эту муку, девушка выбежала из комнаты. Задыхаясь, она быстро прошла через холл и вышла в парк.

- Вероника! – крикнул Джонни и, протянув руку, шагнул за ней в надежде остановить ее, но Деметрио его опередил. Не теряя времени даром, он бросился вдогонку за женой. Джонни, пошатываясь, побрел за ними, но не успел сделать и нескольких шагов, как столкнулся с идущим ему навстречу незнакомым человеком.

- Вы сказали “Вегоника”, месье? – спросил незнакомец.

- Кто Вы?..

- Фгансуа Бело, к Вашим услугам… Вегоника была с Вами, не так ли?.. Куда она пошла?..

- Месье Бело? – Джонни пошатнулся. – Вы – месье Бело?..

- Я уже сказал, к Вашим услугам, месье. Но Вы не ответили на мой вопгос… Где Вегоника?..

- Она пошла в парк… И Сан Тельмо пошел следом за ней…

- О-ля-ля!

- Она не любит меня, никогда не любила, – Джонни тяжело вздохнул, – и никогда не полюбит, но она верит в меня, месье Бело. Она считает, что я способен на многое, что я могу творить добро и приносить пользу, она считает, что мне по плечу вершить грандиозные дела… Для меня она всегда будет сестрой, и я смирился с этим.