В погоне за артефактом - Сурикова Марьяна - Страница 8

Я засыпала артефакт обвинениями вперемешку с вопросами, пытаясь вывести из себя это невозмутимое и непонятное создание и вырвать-таки у него новое признание.

— Смотря кто найдет, — вовсю разулыбался этот несносный тип, — А-а-алена.

И интонацией букву «А» выделил, чтобы намек стал совсем прозрачным.

— Что еще за сокращение моего имени, А-а-артур? — сделала я такое же ударение. — Прямо мороз по коже.

— Это дрожь желания, Аленушка. Так тебе больше нравится? — и посмотрел, чудовище, своим пронизывающим взглядом, под которым я всегда терялась.

— Желания добраться до тебя, артефактишка, — нашлась с ответом, пока здравые мысли в голове окончательно не разбежались.

— Весь в ожидании, — улыбнулся Аполлон этак многообещающе. А затем, естественно, исчез. Как всегда, эффектно, оставив за собой последнее слово.

Дверь в царство книг и прочих мудрых бумаженций оказалась закрытой. Подергав ручку, дабы в этом убедиться, я присела на корточки, решив рассмотреть замочную скважину и придумать, чем в ней можно поковыряться.

— В сторонку, дилетантишка, — потеснил меня Фома.

Он достал из-за пазухи объемный металлический ключ и вставил в замок. Щелчок, и дверь отворилась.

— Фомка, — я хлопнула напарника по плечу, — у хранителя выкрал?

— Копию снял, еще когда мы в первый раз сюда явились и я его допрашивал как свидетеля.

— Ты нереальный профессионал!

— А то!

— Ну давай определимся, что искать будем.

— В прошлый раз этот хранитель приносил нам книгу про артефакт вон с того дальнего стеллажа. Порыскаю-ка я в другой стороне.

— Идет.

Фома направился в затемненный угол пустой, довольно зловеще выглядевшей в полумраке библиотеки. Я же подошла к креслу и зажгла стоящую на столике свечу.

Вскоре пыхтящий напарник принес сразу несколько фолиантов, один из которых был нам уже знаком.

— Это все, что здесь есть про редкие артефакты. Давай искать.

Искали мы без малого час. Мой утомленный предыдущей ночью организм напомнил о необходимости отдыха широким зевком.

— Совсем ничего, — в который раз воскликнул Фома, с чувством захлопнув последнюю книгу.

— Может, особенно редкие и ценные книги хранятся в тайниках сокровищницы? — предположила я. — Если артефакт и все, связанное с ним, держали там, то и книги тоже могли определить туда.

— Что еще связано с артефактом? — заинтересовался напарник, а я в ответ хлопнула себя по лбу.

— Ну конечно же! Золотой листок. Вот еще одна зацепка, даже зацепище, Фом.

— Так уж прям и зацепище? — скептически хмыкнул сыщик (вот точно как наши парни фыркали на артефакт в зале испытаний!).

— Так все же надо закрыть. Отсюда вывод: листик связан с артефактом, осталось еще в свойствах этого листика разобраться. Ох, и умеет это чудо сказочное мозги пудрить и отвлекать, когда мысль… о!

Мой возглас заставил напарника вздрогнуть.

— Сказочное! — пояснила я, помахав перед носом Фомки своей незаменимой лупой. — Ну точно, если ничего нет во всяких справочниках и научных книгах, то может отыскаться в народных сказках и преданиях! Неси сюда все, что найдешь! — Я снова отправила напарника на поиски.

Уже минула полночь, а два изнуренных от недосыпа сыщика листали сборники сказок.

— Про артефакты ничегошеньки, — зевая, говорил Фомка, пролистывая очередную книжку.

— И у меня, — так же вяло отвечала я, ведя пальцем по заглавию, — зато есть про солнце, — добавила, задержав палец на названии сказки «Как солнышко с неба исчезло».

Я устроилась поудобнее и начала читать вслух:

— «Надумал царь-солнышко жениться и сошел в мир людей невесту себе подыскать. Долго бродил по дорогам и у добрых людей останавливался, пока не приютила его в чаще лесной краса невероятная. С первого взгляда полюбил он деву невинную и замуж за себя позвал. Сыграли тогда свадебку, закатили пир веселый, и гремел тот пир семь дней и семь ночей, а после уехали молодые в небесный дворец.

Только не ведал царь, что это ведьма коварная младой красой прикинулась и что дождется она момента, нападет на мужа своего спящего да погубит его, а всю силу заключит в волшебный золотой шар. И пропало с тех пор солнце с небес, и затревожились люди. Выбрали из рядов своих самых лучших следопытов и отправили их на поиски.

Никто не смог с задачей справиться, и только один самый хитрый следопыт набрел на следы ведьмы и нашел ее у берегов быстрой Небесной речки, где задумала колдунья утопить волшебный шар. Используя всю свою смекалку, сумел храбрый следопыт обвести ведьму вокруг пальца и выкрасть диво волшебное. Открыл он тогда шар и выпустил силу солнечную наружу, и снова воссияло солнце на небе и спалило лучами своими злую ведьму, а храброму следопыту подарило шар волшебный, в котором осталась частичка силы солнечной, на память».

Вот и сказке конец, — дочитала я. — Ну что думаешь, Фом? — Ответом послужил громкий храп моего напарника. — Да уж, хорошая мысль, — проворчала я, чувствуя, как у самой слипаются глаза. — Сейчас еще пару страниц посмотрю, — ответила внимательно спящему сыщику и перешла к следующей сказке. — А эта называется «Как Солнышко людей одарил».

«Жили люди не тужили, потому как города и королевства их процветали. А впрочем, не все своей жизнью довольны были. Находились среди людей и охотники за солнечными дарами.

Вот обратились как-то охотники к царю-солнышку с просьбой: „А надели ты и нас солнечной магией. Все подданные твои волшебством владеют, а мы чем хуже?“ Послушал их царь, послушал, да и ответил: „Устрою я для вас испытания, а кто их пройдет, сам себе дар выберет. Тех же, кто не справится, даже подаренная магия слушаться не станет“. И согласились люди, и выбрали каждый свое испытание, согласно дару желаемому.

Нелегко пришлось испытуемым. Не день и не два мучились они над солнечными загадками, а все долгие три года силились с заданиями справиться. Победить смогли только лучшие из лучших. Однако остальные обид не затаили, потому как по справедливости все было устроено».

Зевнув во весь рот, я продолжила читать вслух, чтобы не захрапеть как Фомка над усыпляющими страницами:

— «Царь-солнце сам дары победившим поднес, из его рук магию приняли, стали с тех пор ее владельцами и сынам своим передали. И пуще прежнего солнышко восславили. Тут и сказке конец».

Фомка снова согласно всхрапнул, а я потерла глаза и поняла, что хватит уже с меня на сегодня сказок. Снова открыла оглавление, а там еще штук семь таких притч про солнце, а раздел озаглавлен: «Ирийские солнечные сказания».

— Фом, — храп стал громче, — что за королевство такое Ирий? Не помнишь, может, это древнее название одной из соседних стран?

— Хр-р-р… мм… — раздалось в ответ.

— Вот и я не припомню. На юге мы граничим с Тьмутьмией, там у них темнота и невежество, до сих пор на ведьм и алхимиков с факелами охотятся. На севере Бурундия, эти совсем весело живут, у них главное божество точно не солнце, у них всем бог вина заправляет, вечно праздники и карнавалы во славу его устраиваются. На западе Небоскребия, там совсем ни в кого не верят, прогресс, техника и все такое прочее. На востоке Волшебния, куда все чародеи с окрестных королевств и непойманные ведьмы сбежали. Оттуда по всему миру волшебные вещицы расходятся, но каждый из этих волшебников себя считает божеством, и самого могущественного среди них нет. Так что это тоже не наш вариант. На северо-востоке — Романтия, но у них целый пантеон богов, Аполлоны всякие, Афродиты. Есть еще одна монархическая республика на юго-западе, где, кажется, орудуют шаманы, а у шаманов никаких богов быть не может, одно шарлатанство. И все в общем-то. Если только за Скальными горами лежит иная страна, про которую нам подробностей слышать не доводилось. А почему не доводилось — вот в чем вопрос!

— Хм-р-р-р… — задумчиво выдал напарник.

— А потому что кто за горы ходил — назад не возвращался. Однако сказки есть и артефакт есть. Может, и вернулся кто-то, а прежний король — артефакт сразу в казну, вернувшегося — туда, где языком болтать не будет, и все. Вот оно — процветание королевства, вот оно — невероятное развитие и движение вперед семимильными шагами. Были люди почти пещерные, а стали цивилизованные. Ух, Фомка, и попали мы с тобой в переплет!