Жар огня - Вудворт Франциска - Страница 55

У меня кружилась голова от удовольствия, а душа воспарила к небесам. Мы устроили настоящий праздник живота, в тишине библиотеки чувствуя себя детьми, добравшимися до вкусностей. Улыбались, как умалишенные, азартно дегустируя их. Ладно я сладкое люблю, а вот за принцем такой тяги раньше не замечала. Но тем приятнее было разделить с ним радость.

— М-м-м, это божественно! Попробуй! — Харн протянул мне половину корзиночки, от которой только что откусил. Мы уже не первый раз делились творениями повара, которые особенно поразили, не сильно беспокоясь о манерах.

Я благосклонно взглянула на подношение и открыла рот. Под кремом был джем, а сверху маленькие красные ягоды в карамели. Вот они-то были с кислинкой, которая в сочетании с кремом и джемом давала невероятный вкус. Я застонала от удовольствия, жалея лишь об одном — что эта вкусность в единичном экземпляре.

Харн провел по моей нижней губе пальцем и облизал его.

— Крем, — улыбнулся он.

Почувствовав себя поросенком, я взяла салфетку и промокнула губы. Но принц не обратил внимания на мою неаккуратность, уже не глядя на меня, рассуждал, что бы еще попробовать.

Остановился на желе.

— Попробуй, освежает, — посоветовал он.

Я выбрала лакомство зеленого цвета. Оно оказалось с мятным вкусом, действительно дарящим приятную прохладу. Сделав глоток чая, я хищно посмотрела на оставшиеся вкусности. Пусть я лопну, но попробую все!

— Делись! — потребовал Харн, когда я лизнула лимонного цвета крем с бисквита и замычала от наслаждения.

Протянула ему откусить, но он имел наглость съесть все! Еще и измазался. Обиженно ахнула и мстительно сняла пальцем с его верхней губы яркий крем, собираясь спасти хоть что-то. Этот же наглец перехватил мою ладонь и слизал все.

Я ему чуть в глаз не двинула!

— Прости! — Дурачась, Харн поднял руки вверх. — Следующие три пирожных полностью твои.

Я растопырила пальцы: «Пять!»

— Ой, там, кажется, крем остался, — плотоядно прищурился Харн.

Быстро сунула палец в рот, пока он не сцапал мою руку.

Схватив салфетку, Харн вдруг закашлялся. Я победоносно посмотрела на него. Это его боги наказали! Нечего было все мое пирожное лопать. Я его даже не попробовала практически.

Следующие пять пирожных выбирала с особой тщательностью. Медленно и со вкусом ела, угрожающе косясь на Харна, чтобы вот даже и не надеялся. Мое!

— Лоран, не дуйся. Хочешь, ты первая будешь все пробовать? — и принц протянул мне подношение.

Я гордо вскинула голову, давая понять, что обойдусь. Подумаешь, просто буду быстрее! Сцапав из его рук пирожное, съела его полностью и показала язык.

Харн неожиданно рассмеялся, ничуть не обидевшись.

— У тебя язык малиновый. А у меня? — Он показал мне свой, синий.

Обычно сдержанный Харн с высунутым языком выглядел настолько комично, что я тоже рассмеялась. Мы еще немного поборолись за сладости, но уже несерьезно. Последние пять пирожных дали о себе знать — я объелась. Кажется, наелась на год вперед.

— Ты плохо на меня влияешь! — сообщил принц, откинувшись на спинку стула. — Никогда столько сладкого не ел. На тренировке с магистром Рисаем мне это выйдет боком. Учти, это ты ответственна за каждый мой предстоящий синяк и будешь лечить!

Еще чего! Вот нечего обвинять меня в своей неповоротливости. Я лишь протестующе фыркнула, лениво слизывая с пальцев крем и чувствуя, что зря соблазнилась еще одним пирожным. Сама теперь ощущала себя круглым бочонком. Хорошо хоть мои тренировки с магистром пока отменены.

— Нет, я этого больше не выдержу! — глухо простонал Харн, закрывая ладонью глаза.

Удивленно посмотрела на опекуна и неожиданно икнула.

Упс! Прижала пальцы ко рту, не веря, что это я.

Харн убрал руку и иронично посмотрел на меня.

— Нужно заканчивать с обжорством, а то из-за стола не встанем. Много еще с рефератом?

Посмотрев в сторону письменного стола, я вздохнула. Возвращаться к книгам, содержащим перечень порождений тьмы, совсем не хотелось, да я почти и закончила. Сделала неопределенный жест рукой и… опять икнула. Харн заботливо долил мне чаю. Ну вот как на него обижаться?!

Оценив отсутствие рабочего энтузиазма, опекун решил:

— Собирайся, потом закончишь. Хочешь, покажу тебе зимний сад? Прогуляемся, а то обед скоро.

Обед?! Не думала, что нужно будет присутствовать. Мне кажется, я уже и кусочка проглотить не смогу. Нехотя встала, с сожалением окинув взглядом наш стол.

— Если желаешь, я прикажу, чтобы упаковали?

О да! Вот бы угостить Гасса и Джудаса. Я утвердительно кивнула, думая о брейдах.

— Только одна не ешь, повторим вместе. Обещаешь?

Я невинно улыбнулась, кивнув, мысленно уже придумав, как обойти обещание. Ведь если я отдам их брейдам, а сама есть не буду, то это же не считается? И вообще, у него тренировки, о нем же забочусь!

Пряча улыбку, отвернулась и неожиданно была поймана за руку. Харн развернул меня и дернул на себя. Я только успела выставить руку, упершись ему в грудь и сохраняя хоть какую-то дистанцию. Отпустив, опекун взял в ладони мое лицо, пристально вглядываясь.

— Лоран, у тебя такое хитрое выражение лица. Признавайся, что задумала?

«Я?!» — сделала невинные глаза, но не удержалась от улыбки.

— Не верю, — сообщил он, — но неважно. Улыбайся почаще.

Неожиданно он наклонился и поцеловал меня в кончик носа. Все случилось быстро и неожиданно, но за те мгновения, когда он склонялся ко мне, сердце ухнуло вниз, а улыбка сбежала с лица. Стало тревожно и страшно. Харн отстранился, вглядываясь в мои глаза, а я напряженно замерла, боясь подумать о плохом.

— Знаешь, мне кажется, я в жизни ни за кого не испытывал такого сильного страха, как вчера. А каждая твоя слезинка говорила о моей несостоятельности как опекуна. Ты даже не представляешь, как сильно я беспокоился и как много для меня значит радостный блеск твоих глаз сегодня. Ради твоей улыбки я готов свернуть горы. Поэтому, какую бы проказу ты ни задумала, я тебя прощаю.

Он отпустил меня, отстранившись, а я выдохнула, скрывая облегчение. Стало стыдно, что готова была подумать о нем плохо. Я… а он… такой хороший. Шагнув к нему, крепко обняла, выражая свою признательность. За то, что вчера беспокоился, за сегодняшний сюрприз со сладким.

— Лоран… — Харн крепко сжал меня в объятиях и выдохнул в макушку: — Я же не переживу, если с тобой что-то случится.

«Все же оставлю часть пирожных для нас», — решила я, чувствуя теплоту в душе и благодарность.

Комната, милая комната! Я рухнула на свою кровать, как никогда радуясь тому, что вернулась в стены Академии.

Гасс деликатно кашлянул, сообщая о своем присутствии, и я приподняла голову.

— С возвращением! Пока вас не было, заходил рыжий, и тигр раз пять. Просил сообщить ему, как вернетесь, — отчитался брейд. — Мне передать ему сообщение?

Я утвердительно кивнула, и он исчез. Интересно, что хотел Сандр? Я была уверена, что и Кайл просил сообщить, когда я вернусь, но брейд об этом не сказал и слова. Несмотря на изменившееся ко мне отношение Кайла, брейды не простили ему всех его выходок и шуточек на мой счет и иначе как «рыжий» не именовали. Я нехотя сползла с кровати. Зная Сандра, следует ждать, что он скоро появится.

Предчувствия не обманули. Едва успела сменить одежду, как раздался стук в дверь, и в комнату вихрем ворвался тигр, сверкая своими сапфировыми глазами.

— Лоран, ты куда пропала? Я уже не знал, что и думать. Опекуна твоего второй день нет, тебя нет… О-у, а это что? — Он сунул нос в коробку с дворцовыми пирожными на столе.

Вздохнув, я позвонила в колокольчик, вызывая Гасса, чтобы попросить принести чай. И нужно разделить пирожные, пока тигр не уничтожил половину. Я уже оценила, как он принюхивается.

Достав блокнот, написала: «Меня вызывали во дворец».

— Что-то случилось?

«Нет, хотели уточнить некоторые подробности насчет той экспедиции», — обтекаемо ответила я.