Жар огня - Вудворт Франциска - Страница 65

Внешне ничего не происходило, но я была вся сосредоточена на Гае и ощутила отток силы. Через некоторое время ощущение щекотки дало понять, что гаярда двигается, а потом и она сама появилась, свернувшись татуировкой вокруг запястья.

Я убрала ладонь от щеки, но рана выглядела так же, как и до этого.

— И что? — посмотрел на меня лорд Тагуан.

«Не знаю, Гая использовала силу», — сообщила Тени.

— Гаярда, кажется, справилась, — предположил он. — Кайл в стазисе, и, не сняв его, мы не поймем, получилось или нет.

— Рана на животе тоже инфицирована, — возразил лорд Тагуан. — Если уберем стазис, яд распространится дальше.

— Значит, нужно заняться и ей, — сделал единственный возможный вывод Тень и кивнул мне.

С опаской я приложила ладони к открытой ране на животе, стараясь не думать, чего именно касаюсь. Гаярда на запястье даже не пошевелилась.

«Гаечка!» — мысленно позвала ее и получила неохотный ответ, что нужно больше поверхности кожи для соприкосновения. Вообще я чувствовала нежелание гаярды что-то делать и могла ее понять. Объектом ее охраны была я, и, помогая другому, она ослабляла себя, идя против своих инстинктов защитницы.

Отведя от раны ладони, принялась расстегивать и снимать одежду, оставаясь в рубашке, поверх которой был надет жилет. Расстегнув манжеты, закатала высоко рукава, обнажая руки, и опять приложила их к ране.

«Гая, пожалуйста!» — позвала змейку, которая не двигалась. Мне опять пришел ответ, что ей нужно больше.

— Что не так? — с беспокойством спросил лорд Тагуан.

«Гая требует, чтобы я полностью накрыла рану, иначе никак», — сказала я Тени, не зная, как быть.

— Лоран придется раздеться. Нужно принести ширму и простыню.

«Что?!» — вытаращилась я, услышав это. Нервы сдавали. Кайл лежал без движения, мои руки были измазаны по локоть в его крови, и от такого зрелища волнами к горлу подкатывала тошнота.

Лорд Тагуан без лишних вопросов стремительно вышел, а я не сводила расширенных глаз с Тени.

— Иного выхода нет, ты же сама понимаешь. Насколько понял, гаярде требуется тесный контакт кожи.

«Я что, должна лечь голой грудью на Кайла?!» — ужаснулась про себя.

— Лоран, прижмешься к нему обнаженной спиной. Ляжешь на бок, а мы повернем его к тебе. — Тень догадался о причине моих переживаний, но легче мне все равно не стало.

— Иначе он умрет, — добил меня лорд, и я вздрогнула. Один взгляд в сторону беспомощно лежащего рыжего дал понять, что выхода нет. Я же себе никогда не прощу, что даже не попыталась его спасти.

Времени на раздумья мне не дали. Очень быстро вернулся лорд Тагуан, а с ним мужчина, принесший ширму. Последний сразу вышел, косясь на меня, и понятно почему. С окровавленными руками я выглядела, мягко говоря, странно, но вопросы присутствующим задавать никто бы не решился.

Я сразу удалилась за ширму, дрожащими пальцами расстегивая рубашку. Чтобы не думать о том, что предстоит, отстраненно размышляла, как потом придется натягивать перепачканную кровью одежду. Оголившись до пояса, развернула белоснежную простыню и, свернув ее пополам, приложила к себе. Мне понадобилось все мужество, чтобы выйти из-за ширмы.

Кайла уже подтянули повыше и сдвинули на край, чтобы я смогла лечь. Успокаивало, что лорду Тагуану не до моих оголенных прелестей, он за сына беспокоился, да и Тень смотрел на меня серьезно, давая понять, что это нужно сделать.

Не став оттягивать неизбежное, подошла к кровати и села, а потом прилегла на бок, спиной к ране Кайла. Его самого сразу же перекатили поближе ко мне. Я не сдержала дрожи, когда ощутила спиной влагу.

«Гая!» — попросила мысленно гаярду, умоляя, чтобы помогла.

— Никогда такого не видел! — выдохнул лорд Тагуан.

Крепко прижимая к себе простынь, я оглянулась через плечо, увидев, что мою спину покрывает черная дымка, а потом пошел отток силы. Раньше мне не удавалось вот так чувствовать гаярду в действии, все изменилось после храма Четырех Стихий.

— Их нужно плотнее сдвинуть, — произнес Тень.

Присел передо мной, надавив на плечо и талию, а с другой стороны кровати лорд Тагуан так же прижимал ко мне сына.

Казалось, лечение тянется невыносимо долго. Я отводила глаза от сосредоточенного лица Тени. Сила утекала как вода через решето, и этому не было конца. Гае пришлось нелегко. Одно дело — не допустить яд до кожи, и совсем иное — извлечь, когда он уже попал в тело. Я начала беспокоиться за Гаю, когда почувствовала ее движение. Она появилась на плече и переместилась по руке к запястью, обвившись хвостом вокруг него, а голову протянув к указательному пальцу. Укус я ожидала, поэтому даже не вздрогнула, когда ее зубы вонзились в кожу, а потом накатила слабость. Закружилась голова, и я обмякла. Пальцы, судорожно сжимавшие простыню, разжались.

— Теперь можно звать целителя, — сказал лорд Хэйдес и, отпустив меня, встал.

Я же при одной только мысли, что меня могут застать в таком положении, тут же пришла в себя. Села рывком и чуть не упала с кровати, так повело. Поддержал Тень. С удивлением посмотрела на его камзол, который он набросил мне на плечи.

— Ты молодец! Держись.

Дальше вообще случилось невероятное. Он подхватил меня на руки и успел скрыться за ширмой до того, как в палату вошли целитель с лордом Тагуаном. Мы так и стояли за ней, пока с Кайла снимали стазис и лечили. Я еще успела услышать его стон, прежде чем сознание заволокло тьмой.

В себя пришла уже на узкой кровати, укрытая до подбородка простыней. С одной стороны — стена, с другой отгораживала ширма. Рядом с кроватью стоял стул, на спинке аккуратно висели мои сложенные вещи. Из-за ширмы доносились голоса спорящих, и я поняла, что все еще нахожусь в палате Кайла.

— Как вы не понимаете! Мне важно знать, как вам удалось убрать яд, не выводя больного из стазиса, — горячился целитель. — У меня еще несколько пациентов отравленных лежат в стазисе. Один попал в кусты ядовитых фидрин и теперь в очень тяжелом состоянии, второго покусали, весь распух, третий вообще непонятно чем отравился. Объясните способ! Если бы не видел сам, утверждал бы, что это невозможно, а я главный королевский лекарь. Я по должности знать обязан!

— Этот способ вам не подойдет, — отбивался лорд Тагуан.

— Позвольте мне самому это решать, — настаивал целитель. — И кого вы прячете за ширмой?

— Мэтр Кархолью, я благодарен за лечение сына, но вам лучше вернуться к больным и не тратить здесь свое драгоценное время.

— Вот именно! Рад, что вы понимаете, насколько оно ценно. Я не уйду отсюда, пока не получу вразумительный ответ.

— Я не могу вам ничего сказать.

Раздался звук открываемой двери.

— Мэтр Кархолью, вам же известно, что значит клятва о неразглашении? — послышался вкрадчивый голос Тени. — Мы использовали один артефакт, который полностью разрядился, и повторно его применить уже не получится.

— Я должен его изучить!

— Изучение оставьте мне, — голос Тени потерял свою напускную мягкость и прозвучал резко. — Это секретная информация, и Его Величество сам решит, с кем делиться ими.

— Это открытие могло бы спасти много жизней!

— Достаточно того, что оно спасло уже одну. Мы вас не задерживаем. Поступили еще раненые и требуют вашего внимания.

Даже шаги целителя звучали крайне недовольно, хотя он и не проронил больше и слова. Хлопнула дверь.

— Вовремя, — хмыкнул лорд Тагуан.

— Хитрый лис, специально меня отвлек, — ответил Тень и заглянул за ширму. — С возвращением! — мягко произнес он, поймав мой взгляд.

— Пришла в себя?

Позади лорда Хэйдеса возник отец Кайла. Краски вернулись на его лицо, и выглядел он так же уверенно, как и всегда.

— Лоран, наша семья в неоплатном долгу перед вами!

Но Тень оттеснил лорда Тагуана и нашел повод выпроводить:

— Давайте благодарности оставим на потом, когда Лоран придет в себя и будет одета. Сейчас самое время сходить за укрепляющим отваром.

— И для кого, если спросят?