Скользящие по грани (СИ) - Корнилова Веда - Страница 137

Крис, вздохнув, и, видимо, вполне резонно опасаясь того, что женское любопытство беспредельно, и я могу пристать к нему с долгими расспросами, сам, едва слышным шепотом, коротко пояснил мне, в чем тут дело. Оказывается, это место можно назвать хранилищем старых книг, записей, дневников исследователей и многого другого. Как это ни печально, но книги и бумаги со временем приходят в негодность, только вот отправлять их в огонь не стоит ни в коем случае, и дело тут даже не в цене книг. Просто некоторые из этих древних творений по-настоящему уникальны, а иные манускрипты в один прекрасный момент могут кому-то понадобиться, ведь не исключено, что в них занесены удивительные сведения... Ну, если принять во внимание, что кое-каким из тех давнишних записей может быть не одна сотня лет, то становится понятным очевидный факт: эти древние бумаги можно назвать документами минувших эпох. Выкидывать книги и записи незапамятных лет ни в коем случае не стоит, но и в библиотеках это старье особо не подержишь. Почему? Просто там эти бумаги неаккуратные руки могут окончательно порвать, да и некоторым из излишне старательных и не очень образованных людей внезапно придет в голову мысль выкинуть все, что они посчитают ненужным мусором, который все еще по странному недоразумению не оказался на свалке!.. Увы, но такие случаи не так и редки.

Именно потому во многих храмах и делаются под потолками такие вот места для хранения старых бумаг – а что, место не занимают, глаза не мозолят, условия хранения там вполне подходящие, да и чужаки до этих манускриптов так просто не доберутся. Кроме того, желательно, чтоб такие вот хранилища старинных книг были под постоянным приглядом, а не то в мире хватает любителей старины, которые готовы платить немалые деньги за предметы давно ушедших эпох, а уж о коллекционерах древних книг можно и не говорить – эти вообще не жалеют золота для пополнения своих собраний!

Разумеется, об этих хранилищах старых книг и о том, где именно они находятся – это знают далеко не все. Тот же Крис узнал о том совершенно случайно, а я ранее ни о чем подробном и слыхом не слыхивала! Что ж, остается рассчитывать лишь на то, что и люди, которые нас сейчас ищут, тоже не имеют никакого представления о том, что еще может находиться в кабинете настоятеля.

Единственное, чего я опасалась – так это как бы мне не расчихаться среди бумажной пыли, которой тут в излишке. Впрочем, если принять во внимание, что любой неосторожный звук может нас выдать, то лучше заранее заткнуть нос и дышать пореже.

Медленно текло время, и до нас не доносились никакие звуки извне. Тишина... Хотя нет – слышно было, как за окном щебечет птица, а еще неподалеку заржала лошадь... А вот сейчас мы слышим отзвуки чьих-то голосов, хотя непонятно, на улице говорят, или в коридоре... Меж тем голоса звучат все громче – похоже, разговор идет внутри храма, и не исключено, что эти люди находятся неподалеку от кабинета настоятеля. Отсюда не разобрать ни одного слова, и непонятно, о чем идет речь, но если судить по резковатым звукам, которые то и дело долетали до нас, то один из беседующих явно повышает голос.

Не прошло и нескольких минут, как я услышала, что в дверном замке поворачивается ключ, затем чуть заскрипели дверные петли и раздались чьи-то шаги... Похоже, настоятель вернулся... Надо же, как не вовремя!

– Говорю же, что здесь никого нет... – услышали мы чей-то шамкающий голос. Судя по всему, это произносит мужчина весьма преклонных лет. – Глядите, если не верите! Когда настоятель вернется, то будет очень недоволен – он не любит, когда заглядывают к нему в кабинет, и уж тем более открывают дверь в его отсутствие. А вы еще и зайти вздумали!..

– Надо же, как ключник беспокоится о нарушении правил!.. – второй мужчина не считал нужным скрывать высокомерие, да и тень презрения ощущалась в этом хорошо поставленном голосе. Похоже, это не простолюдин, а некто из аристократии. Не могу утверждать с полной уверенностью, но все же мне кажется, что тот недовольный голос, который недавно долетал до нас, принадлежат именно этому человеку. – Еще скажи, что у вас тут тишь, гладь, Божья благодать, и все без исключения чтят законы!

– Я не ключник, а эконом!.. – возмутился первый мужчина. – Это не одно и то же! И народ у нас тут богобоязненный, порядки знаем и власть почитаем. А вот вы ведете себя слишком дерзко и вызывающе! Настоятель может пожаловаться...

– Да никуда он не пожалуется!.. – отмахнулся второй. – Надо же, безмозглый старик нашел, чем меня пугать! Ваш настоятель вчера полдня просидел в приемной у архиепископа Петто, и сегодня просидит не меньше, а знаешь, что тому причиной? Господин архиепископ подозревает этого человека в покровительстве бандитам и заговорщикам! Может, ты тоже с ними связан? Неплохо бы и тебя, дед, вывести на чистую воду – уж очень ты на язык несдержан! Да и ослеп под старость – не видишь, с кем разговариваешь! Ничего, в казенном доме таким наглецам враз мозги на место ставят...

Так вот почему все это время мы так и не встретили настоятеля! Оказывается, его вызывает к себе архиепископ, и держит его в приемной, так сказать, на всякий случай, чтоб не вздумал мешать, ведь на нас тут устроили засаду. Если принять во внимание, что настоятель этого храма и граф де Линей родственники, а семейка ди Роминели уже давно стала подозревать, что старый граф встречается с нами, то вполне логично предположить, что лучшего места для встреч, чем этот храм, найти сложно.

– Какие еще бандиты и заговорщики?.. – не скажу, что эконом струхнул. – Нечего меня пугать без толку, господин хороший, я уже не в том возрасте, чтоб трястись от каждого грозного слова или упоминаний о застенке. Ходите тут, что-то вынюхиваете, бумагой от архиепископа размахиваете... Эй, чего в сундук полезли?!

– Не шуми, старик, тут никто ничего грабить не собирается. Просто проверяю, не спрятался ли кто внутри...

Значит, у тех, кто нас здесь ищет, есть разрешение от архиепископа Петто на наше задержание и обыск в храме! Теперь понятно, отчего эти люди так уверенно ведут себя. Вон, даже не стесняются обшаривать кабинет настоятеля, бесцеремонно заглядывая во все углы.

– Да кто сюда заберется-то?.. – продолжал возмущаться эконом. – Сами же видели – дверь в кабинет заперта была! Второй ключ только у настоятеля... Э, а в шкафу вы чего забыли?!

– Не кричи над ухом... – оборвал мужчина. – Надоел. Я знаю, что делаю.

– Что, в шкафу сбежавших желаете отыскать?.. – буркнул эконом со всем доступным ему ехидством. – Ага, они вас там ждут с распростертыми объятиями...

– Старик, болтаешь много!

– Вы еще в столе посмотрите – может, они в ящик забились! Или подоконники отдерите – там в одном месте щель шириной с палец – руки никак не доходят ее заделать...

– Можно будет и там поглядеть... Ну, чего?.. – кажется, мужчина обратился еще к кому-то. – Поймали?

– Все обыскали, нет тут никого... – раздался хрипловатый мужской голос. Значит, я не ошиблась – в кабинет зашел еще один человек.

– Должны быть, деться им просто некуда!.. – повысил голос мужчина. – Эту парочку лучше искать надо! Скажите своим парням – пусть заглянут в каждую мышиную норку!

– Искали как надо, не сомневайся. Тут такое дело... – продолжал хрипловатый голос. – Парни заметили, что внизу, в подвале, запоры на окне открыты, а утром еще все заперто было – это я сам проверял.

– Уж не хочешь ли ты сказать...

– Да так оно, похоже, и есть – ушли эти двое через окно точно так же, как и в прошлый раз.

– Не может быть! Ты уверен?

– Ну, полностью уверенным быть ни в чем нельзя, однако иного объяснения у меня нет. Заметить нас они не могли – вы ж сами велели, чтоб у храма никого из наших парней не было. По вашим утверждениям, эти двое – люди очень осторожные, и если бы у них появилось хоть малейшее подозрение насчет возможной засады, то к храму они бы и близко не подошли. Вообще-то я был уверен, что беглецы, за которыми вы охотитесь, сюда не покажутся, но они отчего-то вновь рискнули придти в это место.