Метро 2033. Секреты Рейха (СИ) - Бородулин Егор - Страница 22

– Кто, говоришь, на тебя охотился там? – спросил рейнджер.

– Волк, – ответил Вадим, – Ну… как там его… Сергей Волков, в общем, отчества не помню. Он какой-то там фюрер в Рейхе, слово на языке вертится… Штур какой-то там.

– Штурмбаннфюрер, – напомнил Егерь, – Волков Сергей Анатольевич. Или просто майор, по-нашему. Серьезный перец, не позавидуешь тебе. Вовремя мы тебя вытащили, а то бы пахал на них всю оставшуюся жизнь, и как бы тебя потом спасали? Из рейховских концлагерей не сбегают. Никто. Никогда. Не сбегал. Были случаи побега, но безуспешные. Фашисты могут, конечно, выпустить, но при этом обвесить взрывчаткой и пустить только по туннелю, который к Красным ведет.

А теперь, касаемо твоего Волка. Мужик он бывалый, десятерых стоит, простым сталкером начинал, да в Рейх подался. Ну, там дальше боевые заслуги, благодарность Рейха, медали, звание, финансы, и тому подобное. В общем, бывший дружок твой – серьёзная машина для убийства. Гениальный тактик, солдат. О таком и Красные, и Ганза по ночам мечтают. Да, признаться, в Ордене такой солдат лишним бы не был. Но не судьба. Душа его, будь она не ладна, расположилась к Рейху, а не к Ордену, так что нечего слезы лить. Но, могу тебя заверить, ты под надежной охраной, так что, даже, если Вольф и придет сюда, то ты об этом узнаешь.

– И как же? – не понял Вадим.

– Услышишь, – улыбнулся Егерь, – Ну ладно, ладно. Фашисты, наверное, только Баррикадную осмотрели. И туннели на наличие лазеек, ведущие на поверхность. Если они там и есть, то это сыграет нам на руку.

– Расскажи ещё про рейнджера, который эти планы мне передал, – попросил Вадим.

– Про Макара-то? – Егерь помрачнел, – А что о нем сказать? Хороший боец был, да и друг тоже отменный. На заданиях всегда был тише воды и ниже травы… Никто его не замечал, всегда умел скрываться. Но, видимо, на последнем задании слабину дал. Царство ему небесное.

– Ну, ладно, хватит о плохом, – попытался сменить тему Вадим, – Ты скажи лучше, куда мы дальше пойдем?

– Дальше – интереснее, – снова улыбнулся рейнджер. – Для начала посидим здесь ещё денек, подождем, пока ты восстановишься и там уже отправляемся на Киевскую. Сразу говорю: расстояние между этими двумя станциями приличное, так что поедем с конвоем. Ну, а после Киевской на Смоленскую. И все, конечная.

– То есть, у вас база на Смоленской?

– Ты об этом ещё на весь медпункт заори, – шикнул на него Егерь, – Этого ещё нам не хватало, чтобы каждый третий знал о базе…

– Прости, не подумал, – начал оправдываться Вадим, – Слушай, а… как бы сказать… можно к вам, в Орден?

– Ого! – рейнджер удивленно поднял брови, – В Орден! Думаешь, можно просто так взять, прийти в Полис и записаться в Орден? Э, нет, братишка, как бы не так. У нас не клуб любителей пострелять и искателей приключений на свою задницу! Быть членом Ордена – это большая ответственность. Даже больше. Солдаты в Ордене – это проверенные люди, которые доказали свою верность. Люди, которые готовы пожертвовать собой во благо метро. Ты можешь отдать жизнь во благо других? Сразу-то и не скажешь! А рейнджер без заминки скажет: «Да!».

Каждый солдат – профессионал. Это тебе не Рейховские новобранцы, которым едва восемнадцать стукнуло и они себя повелителями мира чувствуют. Как они себя там кличут? «Хозяева нового мира». На словах – каждый способен на подвиги, а на деле – шиш! Когда их на задание отправят Красных стрелять, а Красные ведь не будут выходить с поднятыми руками или просто стоять, как вкопанные, и ждать когда им голову прострелят. Красные будут отстреливаться, бороться за жизнь. Так вот, когда этих молокососов отправят с Красными стреляться, то они в укрытии будут сидеть и под себя гадить! Рейнджер Ордена – проверенный боец, один из лучших, прошедший через огонь и воду, морально подготовленный, готовый в любой момент ринуться в бой, и, никак уж, не орет об этом на все метро! Ты можешь доказать, что ты способен быть рейнджером Ордена?

– Вообще-то, если ты не заметил, – возмущенно ответил Вадим, – Я жизнью рисковал, когда бумаги эти Емельяну через поверхность проносил. И даже, когда фашисты меня поймали – я не сломался! Я не сдал! Я терпел боль, голод, но я не сдал! И когда вы меня с Пушкинской вытаскивали я…

– Стой! – остановил заведенного товарища Егерь, – Хорошо, молодец. Мы с Емельяном очень тебе за это благодарны. За то, что не отказался от задания. За то, что пронес. За то, что не сдал. Просто пойми: не мне решать, будешь ли ты рейнджером, или нет. Все зависит от тебя, и только от тебя.

Но ты должен понимать, что это значит – быть рейнджером. Прежде всего – это ответственность. Каждый несет за свои действия ответственность, и мы – не исключение. Каждый наш поступок, каждое наше действие – это наша ответственность. У каждого она своя. И она полностью зависит от наших поступков. Поступки бывают правильные, бывают – нет. А поступки – это выбор. Прежде чем сделать выбор, нужно обдумать последствия. Порой, чтобы сделать правильный выбор, нужно отказаться от своих мечтаний. Например, выбор между тем, чтобы умереть, но спасти товарищей и сбежать, но бросить их на смерть. Рейнджер должен выбрать первое. Ты готов к такому?

Вадим замолчал. Он никогда об этом не думал. Всегда считалось, что рейнджеры – элита метро, которые почти что живут на поверхности, и каждый день убивают по сотне мутантов. А сейчас… Егерь раскрыл Вадиму глаза. У рейнджеров нет личной жизни. Они посвящают всю жизнь подготовке к борьбе, а когда приходит время, они вступают в смертоносную борьбу с чудищами. И рейнджер всегда должен поступать правильно, даже если придется умереть, рейнджер поступит правильно. После долгой паузы Вадим прошептал:

– Да…

– Что ты сказал? – не понял Егерь.

– Да! – повторил Вадим, – Я готов к такой жизни!

Егерь замолчал. Он сидел и смотрел в одну точку, не моргая. Раздумывал над своими словами и словами друга. Через полминуты он снова поднял глаза на Вадима и спокойно сказал:

– Ну что ж, мой друг, это твой выбор, и я не в праве его осуждать. Просто ты должен понимать, на что ты идешь, когда становишься рейнджером.

– И я прекрасно понимаю, – заверил его Вадим.

– Тогда посмотрим, что решит подполковник, – снова по-детски улыбнулся Егерь, – И тогда уже все будет ясно.

– Точно, – согласился Вадим, – Слушай, а где Емельян?

– Утром ещё ушел, – тут же ответил рейнджер.

– Куда? – не понял беглец.

– Как куда? На базу.

– Зачем? – снова не понял Вадим.

– Ну как зачем? – возмутился Егерь, – Чтобы мугагочки фашистские отдать.

– А разве он их не отдал?

– Ты такой интересный, – возмущенно продолжал рейнджер, – Его, значит, спаси, сохрани и документы отдай, и все за день! Ты че, думаешь, мы такие супермены все?

– Н-нет, – задумчиво пробубнил Вадим, – А как же ты…

– Как я, вместе с Емельяном, спасал тебя? – понял вопрос Егерь, – Так смотри, как было: когда ещё Макар крал бумаги, Емельян его в туннеле ждал, какое-то определенное время. Если Макар не укладывался, то Емельянов отходил к Маяковской и ждал его там. Вместе со мной. Я старался особо не выделяться, чтобы в случае чего рядом быть, поэтому мое нахождение на станции оставалось в секрете. Когда ты передал бумаги Емельяну, и хотел уже со станции уходить, Емельян вдруг тебя искать побежал. И нашел ведь. Но было поздно.

– Что значит – поздно?! – возмутился Вадим, – То есть он наблюдал, как четыре амбала меня избивают, увозят и даже не вмешался?!

– Во-первых, он нашел тебя, когда тебя увозили, что он мог сделать? Во-вторых, даже если бы он вмешался, он бы поставил под угрозу всю операцию, бумаги бы были в руках Волка, ты бы был убит, или пахал на фашистов, и все бы жертвы были напрасны. Численный перевес был явно не в вашу пользу, что он мог сделать без оружия?

– Но вы же как-то убрали с десяток фашистов на Пушкинской! – повысил голос беглец.

– На то мы действовали строго по плану, – парировал Егерь, – Группой, и с оружием. А что мог сделать один Емельян, без четкого плана, а из оружия имея только нож? Много навоюешь против пятерых бойцов со стволами ножиком-то? Нет. Поэтому он помчался искать меня. Кратко пересказал все происходящее, и мы стали думать над планом твоего спасения. Пришлось много всего провернуть.