Тиора (СИ) - Филатов Максим - Страница 41

— Тиора!

— Ой, Марк, извини, это так здорово, она такая мягкая и трясется все время, когда я по ней бью, — и она снова расхохоталась.

Парень поднялся и вглядывался в пустоту невидящими глазами, пытаясь понять, где находится лицо девочки. Тиора подошла к нему, взяла за руку и подвела к стене.

— Что ты видишь еще? — спросил Марк.

— Стена прозрачная, я не понимаю насколько она толстая, но сквозь нее я вижу что-то черное далеко, как будто просто чернота какая-то, — ответила девочка.

— Как далеко?

— Мне так сложно определить, много шагов.

— Хорошо. Значит, это желеобразное вещество заполняет все пространство комнаты без каких-либо просветов, — Марк уже прикоснулся рукой к стене и почувствовал ее мягкость и тряску.

— Угу.

Парень медленно погрузил кисть в желе и попробовал подвигать ею внутри массы вещества.

— Вязко, но рука идет относительно легко.

Рука Тиоры уже тоже была в стене по локоть, затем и вторая, и девочка уже начинала играть с мягким прозрачным веществом, тихонько хихикая.

— На язык пробовать не надо. Хорошо? — произнес Марк.

— Только хотела попробовать.

— Нет, я сказал, мало ли что это.

— Хорошо, не буду, — пробурчала Тиора и недовольно высунула язык в сторону парня.

— И язык мне показывать не надо, это для твоей же безопасности, — улыбнувшись, сказал Марк.

Он услышал, как девочка хмыкнула, и усмехнулся.

— Ладно, я так понимаю, нам надо идти сквозь эту стену к той черноте, а там станет все ясно, — юноша погрузил обе руки в стену. — Стой смирно, я кое-что проверю. Поняла?

— Да, — отозвалась Тиора.

Марк погрузил лицо, а затем и все тело в желеобразную массу и вошел в нее. Он сделал шаг внутри стены и остановился. Девочка наблюдала за ним и видела парня, как будто тот был под водой: все его движения стесняло вязкое вещество, двигался он с трудом. Потом парень также вышел из стены, сделав пару шагов назад, и оказался рядом с Тиорой.

— Ну что там? Я тебя видела, ты как будто в воде был, — сказала она, шмыгнув носов и поправляя волосы.

— Да, но дышать там можно, я так и думал, — ответил Марк. — В моем мире я там начал бы задыхаться. Лицо можно не закрывать.

— А мои волосы?

— Ты видишь? Я не испачкан. Ничего не станется с твоими драгоценными волосами, Тиора. Ох, женщины, даже в минуты опасности вы будете думать о том, что у вас с прической, и не сломался ли случаем ваш ноготь, — рассмеялся Марк.

— Не смейся! Женщиной быть не так просто, как тебе кажется, — буркнула девочка, скрестив руки на груди.

— Согласен, просто иногда бывают моменты, когда вы пренебрегаете рациональным ради какой-нибудь глупости.

— Что-то ты много болтаешь. Оставлю-ка тебя тут одного слепого, — произнесла Тиора, сощурив глаза.

Улыбка Марка резко сошла с его лица.

— Очень хорошая шутка.

— Я не шучу, вот узнаешь у меня, — серьезным голосом произнесла Тиора.

— Ладно, все, извини, забыли, я больше не буду.

— То-то же. Пойдем!

Они вошли в желеобразную стену, держась за руки. Крупные волны расползлись от места их входа по всей поверхности вещества. Пробираться было достаточно сложно, и Марк загребал свободной рукой, будто пытаясь плыть. Тиора делала также, но ей явно было сложнее парня. Она уже немного подустала, и попросила юношу остановиться.

— О, мы еще и свободно слышим друг друга, — они как будто стояли в толще прозрачной желейной конфеты, обволакивающей их тела со всех сторон. — Устала?

— Да, немного. Тяжело идти, — ответила Тиора, оглядывая свои волосы. Они были в желейной массе, но легко отделялись друг от друга, все равно оставаясь чистыми.

— Скажи, ты ведь все-таки пошутила про то, что оставишь меня слепого здесь?

Девочка взглянула на юношу сквозь прозрачную массу, но изображение его лица все равно немного расплывалось.

— Конечно, пошутила. Я уже сказала, что ты без меня тут пропадешь. Эх, мужчины, что вы без нас делать будете в любом мире, хоть в твоем, хоть в моем. Долго без нас не протянете, — менторским тоном сказала Тиора.

Марк удивленно приподнял брови и посмотрел незрячим взглядом в ее сторону.

— Откуда ты знаешь? Ты ведь маленькая девочка. Я, конечно, понимаю, что ты непростая девочка, но высказывать такие вещи, как будто ты понимаешь суть взаимоотношений мужчины и женщины. Я никак не перестану удивляться.

— Если ты опять смеешься надо мной…

— Нет-нет, уже даже в мыслях не смею.

— Смотри мне, — и она сжала своей маленькой ручкой его кисть сильнее. — Всё, идем дальше.

В этой девочке наряду с ее детской непосредственностью чувствовалась какая-то властность, и парень подумал, что если бы она была в его мире и выросла, то из своего будущего супруга, она бы веревки вила, это без сомнений. Марк тихо усмехнулся этой мысли так, чтобы Тиора этого не заметила.

Они почти подошли к черной стене, которую девочка видела сквозь толщу желеобразной массы еще в начале комнаты. Тиора достаточно устала, да и Марк чувствовал, что силы его начинают потихоньку убывать — пробираться через такую массу было тяжело, но при этом не чувствовалось давления, которым в его мире эта масса вещества раздавила бы их. Нечему было удивляться: этот мир иной, со своими физическими законами, и парень уже немного привык к его странностям. Еще два тяжелых шага, и они стали у черной стены.

— Стой! — повысила голос Тиора.

— Что такое? Мы подошли?

— Да.

Марк протянул руку вперед и прежде чем коснуться черноты, услышал, как девочка спросила его:

— Ты уверен?

— А ты видишь еще какой-то путь здесь? — спросил юноша.

— Ну, ладно, давай.

Марк коснулся черноты и даже слепой, он сразу же понял, когда был момент касания. Это была похожая по консистенции субстанция, но с чуть меньшей плотностью. Кисть полностью погрузилась в абсолютно черное вещество.

— Как оно? — спросила Тиора.

— Кроме того, что рука идет легче, а значит плотность ниже, а значит, идти нам будет легче, там еще и теплее, на несколько градусов, — сказал Марк. — Все интереснее и интереснее.

— Да уж. Очень интересно. Лезем в какие-то странные дебри все дальше и дальше.

— Не канючь, прорвемся, — проговорил парень. — Руку мою не отпускай.

— Даже и не думала.

Вынырнув из прозрачного вязкого желе, они вошли в более жидкую и более теплую, но абсолютно черную массу.

— Ничего не вижу, — прохныкала Тиора.

— Ну, вот и прекрасно, теперь мы опять в одинаковых условиях, — засмеялся Марк.

— Не смешно.

— Да мне тоже не очень, я пытаюсь настроение держать, потому как все это не внушает доверия, — парня все это время держала тревога, но он старался не показывать ее девочке.

Когда Марк первый раз погрузился еще в прозрачную массу стены, у него уже накатило близкое к паническому приступу состояние, так как ему показалось, что он не может дышать. Только когда он вышел и начал разговаривать с Тиорой, паника постепенно отступила. На протяжении всего пути у него были еще приступы удушья, с которыми он боролся, как мог, плюс ко всему появилась клаустрофобия. Но, перейдя в более жидкую черную среду, ему стало легче, и парень уже привык ко всему происходящему. Девочка явно держалась лучше.

«Моя чертова проблема дает о себе знать, и очень некстати», — подумал Марк, злобно стискивая зубы.

Внезапно парень остановился, как вкопанный.

— Марк, чего ты встал? — недовольно пробурчала Тиора. — Нам надо спешить, мы только отдохнули, нельзя терять время попусту.

Юноша смотрел вперед, молчал и не двигался, и, когда девочка дернула его за руку, реакции не последовало.

— Марк, хватит шутки шутить! — из-за черной массы вокруг она не видела лица парня, лишь чувствовала его руку. Тиора подошла к нему вплотную и начала теребить его за одежду, но юноша никак не реагировал. Ей даже показалось, что он не дышит.

— Что с тобой? Марк! Ты слышишь меня? — девочка начала дергать парня изо всех сил.