Лукас (ЛП) - Коул Кериен - Страница 54

Мейси, конечно, не совершенна, но она никогда не была лгуньей, даже когда была совсем маленькой. Она говорила правду и просто принимала необходимость нести ответственность за последствия своих действий.

Знаю, она злилась на меня из-за того, что я попыталась не пустить ее на ту вечеринку с ее новым парнем. Неужели она была настолько зла, чтобы попыталась отомстить мне вот таким вот образом, переспав с Лукасом или претворившись, что они были вместе? В голове у меня никак не укладывается, что дочка могла бы поступить так со мной. Да и как она могла знать, что я приеду к нему? Мой приход утром был спонтанным решением, я хотела сделать Лукасу сюрприз, принеся ему его любимый кофе. Возможно ли, что она все придумала и сразу же реализовала свой план? Не могу себе представить, что она так сделала. Никак не могу. Если только не принять как факт, что я не знаю собственного ребенка так хорошо, как привыкла думать.

Но Лукас… мой милый Лукас с его темной, чувственной, скрытой от посторонних стороной. Мог ли он прикоснуться к моей дочери? Я с самого начала знала, что он ей нравится. Может быть, это увлечение не прошло? Или, может, я только все усугубляла, когда, пытаясь сделать его частью нашей семьи, позволяла им проводить время вместе и даже радовалась этому? Может быть, это мое стремление только подпитывало ее чувства к нему, и она только притворялась, что рада за нас, чтобы иметь возможность быть к нему поближе? Мейси красивая девушка, с идеальным телом. Любой мужчина увлекся бы ею, любому было бы трудно сказать ей «нет», если бы она сама предложила себя, дала понять, что не против. Если она была пьяна и флиртовала с ним в тот вечер, смогла бы она надавить на те самые точки, заставить его забыть обо всем и переступить через черту вместе с ней?

Тошнота и слабость накатывают на меня, когда я пытаюсь заставить себя нарисовать в воображении сценарий произошедшего: Лукас прикасается к ней, ведет ее в свою спальню, целует ее, раздевает. Нет. Секс по-быстрому — это не про Лукаса. Лукас — любовник в полном смысле этого слова. Он не умеет заниматься бессмысленным сексом. Если только что-то не назревало между ними уже давно, а я просто была слепа и не видела…

Может быть, я ему надоела? Может, Мейси — юная, сексуальная и беззаботная — показалась ему привлекательнее? Как Шарлен для Пола. Мейси — фанатка его группы; ей понравился бы такой образ жизни, она идеально подошла бы на роль молодой и красивой подружки рок-музыканта. Не то что я. Старая, скучная мамочка, которая только и может, что сидеть с ним на балконе и попивать латте.

«Ты — то, чего я хочу. Стабильность и безопасность, которые мне нужны. Тебе единственной я могу доверить свое сердце. Ты одна можешь исполнить все мои мечты».

Эти его слова, которые он сказал, когда надевал кольцо мне на палец, крутятся в голове снова и снова. Только за них и цепляются сейчас мое разбитое сердце и моя раненая душа. Он всего себя, до последней частички, вложил тогда в эти слова. В этом я уверена, без тени сомнения. Я прочувствовала это до мозга костей. Маленький мальчик, игравший старинными вещами на чердаке у бабушки с дедушкой, самостоятельно учившийся играть прекрасную музыку и веривший, будто статуэтки горгулий его охраняют, вырос и превратился в мужчину, который мечтал только об одном: встретить кого-то, кто будет любить его настолько крепко, чтобы никогда не бросить.

Я — этот кто-то. Он в этом уверен. Он верил мне. Я обещала ему быть рядом. А он, в ответ, пообещал мне все, чего я хотела, в чем нуждалась, и даже больше. Он подарил мне сказку, о которой я мечтала.

Не стал бы Лукас ставить такое под удар. Никогда.

Или нет?

Мое сердце говорит «не стал бы», но тогда нужно перевернуть эту медаль, и посмотреть в глаза ужасному, ошеломляющему факту. Моя собственная дочь солгала мне, и подстроила ему ловушку, чтобы уничтожить меня.

Спустя почти месяц, который Мейси прожила у Шелли, она, наконец, снова появляется дома и приезжает на новой машине.

— Откуда у тебя эта машина? — требовательным тоном спрашиваю я, выйдя на улицу и осматривая сияющее новенькое красное авто, припаркованное перед домом.

— Папа мне купил. Не хотел, чтобы я ездила на своей старой развалюхе, когда поеду в колледж. Сказал, это небезопасно.

— Серьезно? Так и сказал? — Ну конечно. Теперь все ясно. Оглушительная волна ярости накрывает меня.

— Да.

Она направляется к дому, и я следую за ней буквально по пятам.

— Присядь. Будем разговаривать.

— Мам, я устала. — Она разворачивается и закатывает глаза. — Я несколько недель спала у Шелли на диване, ждала, пока шум уляжется.

— Шум уляжется? — повторяю я. — Сейчас же садись. Ничего еще не закончилось.

Она раздраженно бросает сумочку на диван, усаживается и упирается взглядом в пол.

— Мам, мне жаль насчет Лукаса.

— Правда? — Я стараюсь отвечать ровным тоном и не взорваться от возмущения.

— Ну конечно мне жаль. Я не хотела, чтобы так получилось… просто так получилось.

— Расскажи, что именно случилось. — Я присаживаюсь рядом с ней и стараюсь держать себя в руках. — Все, как было.

— Что? Мам, это же извращение какое-то!

— Я хочу, чтобы ты мне рассказала. Прямо сейчас. Не расскажешь, я позвоню и велю немедленно оттащить машину обратно к дилеру.

— Ты не сможешь. — Она смотрит на меня волком.

— Хочешь проверить?

— Ладно. Я пошла на вечеринку с Брентом, хотя ты сказала, что не разрешаешь. — Дочка ерзает на диване, теребит ремешок на чехле своего смартфона. — Я на тебя злилась. Мне уже восемнадцать. Не надо указывать мне, что делать.

— Пока живешь под моей крышей, изволь следовать моим правилам. Продолжай.

— Я выпила несколько бокалов, а он вел себя со мной как козел. — Она вздыхает. — На вечеринке было много народу, но знакомых никого. Там было полно шалав, и я застукала его, когда он с одной из них целовался. Мы сильно поругались, и он свалил с ней, а меня оставил там. Домой мне было никак не добраться, я не хотела звонить тебе и выслушивать бесконечные «я же тебе говорила», поэтому позвонила Лукасу, попросила его приехать и забрать меня. Он хотел, чтобы я рассказала тебе, что произошло, но я отказалась, пообещала позвонить тебе утром.

— Дальше что? Ты была пьяная?

— Да. Не так, чтобы на ногах не стоять, но слегка не в себе. Он сказал, что я могу переночевать в гостевой комнате. Когда мы туда зашли, он предложил одолжить что-нибудь из одежды, в чем спать, а я разделась и поцеловала его.

— Зачем? — Кровь леденеет у меня в венах.

— Потому что он сексуальный. — Она пожимает плечами. — И я на тебя злилась.

— Что случилось потом?

— Мы еще какое-то время целовались, а потом мы с ним… этим занялись. Я уснула в его кровати и проснулась, когда услышала твой голос внизу.

— Вы этим занялись? — повторяю я.

— Ну да. Хотя я была не совсем трезвая, не помню все, что произошло.

— Он отвел тебя в свою спальню?

— Ага. — В ее голосе начинают проскальзывать нотки неуверенности.

— Мейси, это серьезное заявление.

— Я знаю.

— И ты спала в его комнате?

— Да. Я проснулась, когда он встал, чтобы открыть тебе дверь.

— Ты лжешь.

— Нет, не лгу.

— Лжешь, Мейси. И ты непременно расскажешь мне, зачем тебе это нужно. Но для начала я тебе кое-что объясню. Я знаю, что ты лжешь, потому что верю Лукасу. Я все это время просидела здесь, прокручивая все снова и снова у себя в голове и в сердце, потому что доверяю вам обоим. Я обоих вас люблю. — Я стараюсь сдержать слезы, но они все равно текут по щекам. — Ты — моя маленькая девочка. Все, что я делала с тех пор, как в восемнадцать лет забеременела тобой, я делала для тебя, чтобы обеспечить тебе хорошую, комфортную жизнь, и я никогда бы не подумала, что ты можешь так со мной поступить. Не только со мной. Поступить так в принципе.