Наставники. Коридоры власти
(Романы) - Сноу Чарльз Перси - Страница 69

— Я ничего не испорчу, Артур, — сказал Кристл, — при условии, что у него и правда появится надежда на победу. Весьма вероятно, что это собрание закончится ничем. Но и тогда — если Гей не забудет о разговоре с Элиотом и Калвертом — мы все равно победим.

— Мне постоянно вспоминаются наши совместные достижения, — с горечью проговорил Браун. — Порознь мы не сделали бы и половины того, что нам удалось сделать вместе. Порознь мы бы ни за что не получили дар сэра Хораса. У нас так много совместных побед! И мне очень тяжело видеть, что мы перестали понимать друг друга.

— А мне, думаете, не тяжело? — грубовато сказал Кристл. Его вдохновляла и взбадривала собственная удачливая деятельность, ему нравилось, что люди ждут его советов и соглашаются с ним, в глубине души он, вероятно, был рад избавиться от постоянной, хотя и почти незаметной опеки Брауна, но, когда тот напомнил ему об их многолетней дружбе, он помимо воли расстроился, а поэтому, подавив в себе желание примириться с Брауном, сейчас же стал колючим и агрессивным: его разозлила собственная чувствительность.

Браун и сам расстроился. Он говорил медленно, с трудом подбирая слова, — я, пожалуй, ни разу не видел его таким взволнованным и открытым. Он искренне и сердечно любил своего друга, но сейчас его взволновало вовсе не это. Он расстроился, потому что потерпел поражение, проиграл битву за своего кандидата и ощутил яростную горечь неудачи. Я был уверен — он воззвал к дружбе, зная, что Кристл относится к ней даже бережней, чем он сам.

— Так вы не хотите отменить это собрание? — спросил Браун.

— Теперь уж я просто не могу его отменить, — ответил Кристл.

— Ничего опаснее придумать сейчас нельзя, — сказал Браун.

Глава тридцать восьмая

ОППОЗИЦИОННАЯ ФРАКЦИЯ

Вечером пятнадцатого декабря в трапезной собрались почти все члены Совета, и после обеда, не заходя в профессорскую, мы отправились небольшими группками, по два и по три человека, в служебную квартиру Кристла. Подымаясь по лестнице, я оглянулся и увидел, как в подъезд вошли Кристл, Деспард и Гетлиф, потом Джего с Кроуфордом, а потом Браун.

На собрание явились все, кроме Гея. Льюка в трапезной не было, а к Кристлу он забежал лишь на несколько минут — чтобы извиниться перед Деспардом и Брауном. Я сидел у самой двери, но хорошо слышал его по-юношески чистый и почтительный голос — он сказал, что, к сожалению, не сможет присутствовать на собрании. Потом, пробираясь к выходу, Льюк остановился возле меня и прошептал:

— Мне надо закончить эксперимент, и я его обязательно закончу, даже если мне придется проторчать в лаборатории всю ночь. — Не слишком заботясь о приличиях, Льюк шептал довольно громко. — Я сказал этим дядюшкам, что буду голосовать за Джего. Просто удивительно — они никак не могут этого запомнить, хотя я твержу им одно и то же вот уже целый год.

Деспард, как и обычно, не сразу согласился занять председательское место. («Когда-нибудь мы поймаем его на слове, — отнюдь не шепотом сказал Рой, — и он навеки разучится кокетничать».) Деспард торжественно объявил, что «некоторые члены Совета всерьез обеспокоены неудовлетворительной подготовкой к выборам» и что он, как ему кажется, имеет право сообщить собранию о двух письмах, которые он получил «за истекшие сутки от профессора Гея».

— Содержание первого письма я обнародовать не могу, — сказал Деспард, — ибо оно адресовано мне как руководителю группы, поддерживающей одного из кандидатов, но мне кажется, что я могу, и даже должен, уведомить собравшихся о том, что старший член нашего Совета профессор Гей намерен оставить свой голос в резерве. Другое письмо адресовано непосредственно участникам собрания, и я прочитаю его полностью. — Как и всегда в таких случаях, Деспард принялся читать письмо нараспев и немного в нос, словно совершая церковную службу:

«Уважаемый Деспард,

Я с удовлетворением узнал, что вы собираетесь держать совет… — Деспард-Смит мрачно повторил последние слова, — …держать совет о выборах нового ректора. Я полностью одобряю ваше смелое начинание — совещайтесь, и да сопутствует вам удача. Герои моих саг тоже сначала совещались в узком кругу, а уж потом выносили свои дела на обсуждение в Тинге. Вы, безусловно, правы: каждому из вас нужно окончательно определить, кого он хочет поддержать, — так что примите мои поздравления, джентльмены! Да-да, вам всем нужно определить, кого вы хотите поддержать. Что же до меня, то я, по моему теперешнему статусу, не могу принять участия в вашем совещании. Вы предполагаете, что мне трудно явиться вечером в колледж из-за моего преклонного возраста. Прошу вас, не обременяйте себя подобными заботами. Может так случиться, что я еще переживу многих более молодых коллег. Нет, я не приду на ваше совещание вовсе не потому, что я слишком стар. Совсем недавно мне напомнили, что мои скромные заслуги налагают на меня двойную ответственность: стоять до великого дня выборов у кормила власти, а потом окончательно решить, кто из кандидатов должен стать ректором.

Взвесив в уме эти обстоятельства, я счел за благо устраниться от предвыборной борьбы вплоть до великого дня выборов. А когда этот великий день настанет, я, повинуясь велению совести, укажу колледжу достойнейшего из кандидатов.

Желаю удачи, джентльмены!

Всегда ваш,

М. Г. Л. Гей».

— Это заявление отнюдь не облегчает нашу задачу, — окинув взглядом собравшихся, проговорил Деспард-Смит. — Насколько я знаю, члены Совета разделились на две группы, и ни один из кандидатов не располагает большинством голосов. По мнению некоторых из нас, такое положение следует назвать поистине к-катастрофическим. Мне не приходилось сталкиваться с чем-нибудь подобным за все те долгие годы, что я проработал в колледже. Мы всегда знали накануне выборов, кто из кандидатов должен набрать абсолютное большинство голосов. Мы всегда знали, — он понизил голос до зловещего полушепота, — кто наберет счастливое б-большинство. На этот раз мы оказались не столь прозорливыми. Я предлагаю выслушать, что думает о нашем тяжелом положении декан.

— Наше положение представляется мне чрезвычайно прискорбным… — начал Кристл и произнес резкую, энергичную, откровенную, но вполне мирную речь. Длительная неопределенность очень вредит нашему сообществу. Он, Кристл, не хочет враждовать со своими друзьями из противоположного лагеря и надеется, что им тоже не нравится воцарившаяся в колледже вражда. Каждый из выдвинутых кандидатов может стать превосходным ректором, и колледж, несомненно, будет процветать под управлением любого из них. Видимо, наше поведение с самого начала было в чем-то ошибочным, если мы разделились на враждующие партии только потому, что не сумели отдать предпочтение одному из двух достойнейших людей. Но факт остается фактом — мы не сумели этого сделать.

— Таковы наши затруднения, — закончил Кристл. — Прискорбные, на мой взгляд, затруднения. К несчастью, мне и самому неясно, как их можно преодолеть. Но я хочу задать вам прямой вопрос — не пора ли нам забыть о наших распрях? Не пора ли поискать выход всем вместе?

Кристл замолчал, и все замерли в напряженном ожидании. Этот разговор был затеян неспроста: что-то готовилось. Даже те, кто не понял, куда клонит Кристл, чувствовали, что назревают серьезные события. Браун сидел, опустив голову; Джего, казалось, даже не слышал, о чем идет речь.

Мы молча поглядывали друг на друга; высказываться никто не хотел. Наконец заговорил Кроуфорд. Он держался очень настороженно, тщательно подбирал слова, и его обычная самоуверенность слегка поувяла.

— Должен признаться, что наше прошлое собрание было гораздо приятней сегодняшнего, — сказал он. — Тогда декан порадовал нас сообщением о том, что ему, вместе с его другом Брауном, удалось добиться замечательного успеха. Чем больше я об этом думаю, тем яснее вижу, что их успех принесет колледжу поистине неоценимую пользу. Но сейчас-то нам надо обсудить наше нынешнее положение, и в его оценке я почти полностью согласен с деканом. Однако мне кажется, что мы должны запастись терпением и спокойно дождаться дня выборов. Я знаю — затянувшееся ожидание многим из нас вымотало нервы. Но ждать нам осталось совсем недолго. Говоря как член Совета, я не могу предложить моим коллегам ничего, кроме ожидания. Мне не совсем понятно, на что намекал в своей речи декан. Если он склоняется к мысли о новой, третьей, кандидатуре, то я как кандидат, естественно, не могу одобрить такого шага — тем более что до выборов осталось всего пять дней. Надеюсь, старший наставник разделяет мою точку зрения.