Лучшая зарубежная научная фантастика: Сумерки богов - Дозуа Гарднер - Страница 96

Шон озадаченно на нее посмотрел, его густые брови нависли над ярко–голубыми глазами.

— Но кое–что, — протянула Тахира, припоминая, — не меняется.

— К примеру?

Линк зазвенел.

— Мне сейчас экскурсию вести. — Она встала, чувствуя возраст в костях, пусть они и работали идеально, поднимая ее тело с такими молодыми мускулами. Как будто сокращались невидимые теломеры, тикали, словно часы. — Надо идти. Если что–нибудь найду, отправлю тебе по почте.

Он пошел к двери, но вдруг оглянулся:

— Заезжай к нам в офис. — Эти невероятно яркие, голубые глаза смотрели прямо ей в лицо. — Куплю тебе пива.

Дверь захлопнулась за ним, вдохнув горячую пыль в комнату.

Экскурсия была из дорогих, поэтому Тахире пришлось ее вести. Люди купили пакет: отель, может спа, заповедник и экскурсия, которую проведет лично управляющий. То есть Тахира. В рабочем контракте значился специальный пункт, указывающий, сколько таких экскурсий она должна была проводить в месяц. Сначала Карло даже предложил ей вырядиться в одежду туземца. Когда она сказала ему, что в таком случае ей придется носить рваную футболку с именем местной футбольной команды, он заткнулся и больше об этом не упоминал. Туристы уже ждали рядом с кондиционированным автобусом, разглядывая пыльную территорию вокруг, тыкая линками в здания и цесарок, копошащихся в тени. Гаджеты, снимая видео, тут же искали совпадения в Сети, загружали пояснения: жизненный цикл цесарки, историю заповедника, схемы зданий, если вы хотели на них взглянуть. Гид заметил Тахиру и что–то произнес. Туристы, чуть ли не в унисон, тут же перевели линки на нее.

Гани захотелось пригнуться, как будто ее взяли на прицел. Разум подсказывал, что это обычный жест. Неужели, промелькнула мысль, это наведение линков для получения информации по сути своей враждебно? А может, все дело заключалось в том, что тот человек, который расстреливал беженцев, когда Тахира была еще маленькой, обращался со смертью, как эти туристы со сбором данных, как с чем–то вполне обычным, даже повседневным? Она не знала, но испуга не показала и улыбалась, когда гид начал экскурсию, хотя его никто не слушал. Туристы не сводили глаз с экранов линков, куда гид в текстах и картинках закачивал жизнь и смерть, любовь и потерю, удачу и поражение. Тахира вошла в автобус вместе с остальными, заняла мягкое кресло впереди, лицом к публике. Гид сел рядом, также лицом к людям. Многие из них прибыли из Внеземелья, с орбитальных платформ, а может, даже с Марса. У них была смуглая кожа, хотя и светлее, чем у народа Тахиры, лесото, но их тела казались хрупкими, непропорциональными, а глаза слишком яркими.

Они не совсем походили на людей.

— Выезжай с территории комплекса прямо и на первом повороте сразу сворачивай направо, — сказала она водителю из постоянных. — Поедем по дороге вдоль реки.

— Мы приехали посмотреть на детенышей мастодонтов. — Один из внеземельников оторвался от линка. — Карта парка говорит, что они на западе, за холмами.

— Старая самка всегда приводит стадо на водопой ближе к закату в одно и то же место, — терпеливо разъяснила Тахира. — У вас будет время размять ноги и поесть, прежде чем они покажутся.

— А почему нам не поехать к ним сейчас? — заговорил кто–то еще.

— Наши ритмы более подвижны, чем у животных. — Ее голос оставался совершенно ровным. — Они знают, что мы будем у реки, мы обычно там появляемся, и мастодонты не беспокоятся. Им все знакомо. Если же мы неожиданно объявимся в непривычном месте… они встревожатся. А это плохо.

Такой ответ удовлетворил не всех, но Тахира другого и не ожидала.

— Эй! — Женщина с очень молодым лицом, золотой кожей и серебристобелыми волосами, как у Джена, оторвалась от экрана. — Я только что новость получила… лев загрыз туриста! Прошлой ночью! Причем это уже вторая жертва!

По автобусу прошел шепот, все глаза сосредоточились на экранах устройств.

— Это был не турист. — Слова Тахиры камнями упали в общее бормотание, и люди оторвались от линков. — Молодую женщину сбросили с какого–то летательного аппарата, чтобы ее нашли львы. — Сейчас она говорила в полной тишине. Все смотрели только на нее, и почему–то это ощущение ничем не отличалось от прицела камер. — Ее обрекли на заклание. Кто–то заснял ее смерть. Этот человек продаст запись за большую сумму денег. Насильственная смерть — ценный товар. Это отвратительное ремесло. — Сейчас слышалось только урчание двигателя автобуса. — Но очень старое. Я видела аппарат, который привез ее сюда. Я видела человека, который им управлял. Я наблюдаю за львиным прайдом каждую ночь и была там, во тьме. Его поймают.

— Такого нет в новостях. — Обвиняющий голос раздался с дальнего сиденья автобуса. Еще один внеземельник.

Тахира пожала плечами:

— А я не сказала об этом журналистам. Но вы в безопасности. — В этот раз ее улыбка оказалась искренней. — Прайд не ходит на водопой туда, где будем мы. Это не их территория.

Было не очень понятно, испытали туристы облегчение или разочарование. Тахира не стала отвечать на вопросы и начала обычную лекцию, обращая внимание гостей на приметы изменяющейся экосистемы, — та еще не достигла полного равновесия. Отдыхающие направили линки на семейство кой–псов, те в ожидании вечерней прохлады укрылись в тени. Щенки играли, отбирая друг у друга обрывок грязной шкуры, и линки зажужжали, увеличивая картинку. Во взрослых животных давно вживили чипы, и туристы быстро получили информацию о каждом кой–псе, о стадиях развития в сторону плейстоценового идеала, который инженеры творили из их предков.

«Вуайеристы», — подумала Тахира, глядя на то, как они наводят линки на цель и бормочут. Наблюдаемая реальность, но не личная. Не угрожающая.

Она вежливо отказалась рассказывать о погибшей, сообщила только, что власти со всем разберутся. Тут группа отвлеклась на небольшое стадо лошадей. Молодой жеребец уже несколько недель бросал вызов вожаку и именно сегодня решил перейти к более активным действиям. Пыль вздымалась желтыми облаками, пока кони кружили друг напротив друга, делали обманные выпады, прижав уши, пытались укусить, словно змеи, вертелись на месте, выбирая время для удара. На этот раз молодой претендент не отступил, и противники ринулись в схватку, обнажив зубы.

— Эти лошади очень похожи на Еquus verae, вид, который обитал здесь миллионы лет назад. Если вы наденете свои очки, то сможете идентифицировать молодого самца. — Тахира сделала паузу, пока туристы возились с оборудованием, выданным им в начале экскурсии, которое синхронизировалось с ее очками. Она быстро определила молодого соперника по номеру чипа, и его тут же окружил зеленый ореол. — Он родился четыре года назад весной. Генинженеры полагают, что жеребец очень похож на оригинального Еquus verae. Все поголовье вывели из лошадей Пржевальского. — Теперь все следили за схваткой, а кони пихали друг друга, кружили, то делая обманные выпады, то лягаясь, а то и пытаясь укусить противника за морду.

Тахира подавила глубокий вздох:

— Вожаку стада около десяти лет. По своим меркам, он прожил долгую жизнь.

Его соперник родился путем искусственного осеменения новыми, улучшенными генами. Если бы старый вожак не сдался, то молодому скоро все равно пришлось бы помочь.

— Это не реальность, — пробормотала Тахира. — Это наша версия реальности.

— Простите? — Один из внеземельников перебрался в переднюю часть салона, чтобы лучше видеть, и теперь все записывал на линк.

— Ничего, — она покачала головой. — Просто говорю сама с собой.

— Тут все так… бесконтрольно. — У него были дружелюбные темные глаза и широкая улыбка, от которых слишком хрупкое тело казалось не столь чужеродным. — Трудно представить, как можно жить в настолько… хаотичном мире.

— Он не хаотичный, — тихо возразила Тахира. — Только люди хаотичны.

От вопроса, сразу появившегося в его глазах, Гани спасли кони. Молодой развернулся в тот самый момент, когда его соперник решил нанести удар, и лягнул вожака прямо в морду. Раздался глухой удар копыт о кость, слышный даже на расстоянии, и старый самец упал в пыль. Он тут же попытался вскочить, но ему выбило челюсть, а серая шкура потемнела от крови. По автобусу пронесся шепот ужаса.