Отчаянная (СИ) - Караюз Алина - Страница 54

- Я была нужна тебе для прикрытия... - Это был риторический вопрос. - Но почему так сложно? Почему именно я?

Девушка говорила вполголоса, точно обращалась к самой себе, да она и не надеялась, что Брок ей ответит.

- Считай, тебе просто не повезло.

Тон мужчины можно было назвать почти доброжелательным, если бы не пальцы, вцепившиеся ей в плечо, будто когти, и не жутковатое ощущение дула у затылка, которым он ее подгонял.

Где-то за оградой старт-площадки осталась охрана. Почти два десятка вооруженных мужчин, которые не смогли его остановить. Побоялись. И все из-за нее.

А может, наоборот?

Киру внезапно охватило жуткое подозрение.

А может, Рубан нарочно приказал им отступить, чтобы избавиться от нее чужими руками?!

Ошеломленная этой мыслью, она не заметила ступеньку и едва не споткнулась. Брок удержал ее за плечо.

- Под ноги смотри! - прошипел он, сжимая пальцы еще сильнее.

Кира с трудом подавила вскрик.

- Что ты со мной сделаешь? - она не могла не спросить об этом.

- Будешь хорошо себя вести - ничего.

Ну, конечно, неужели она рассчитывала на что-то другое? Если он стартует, оставив ее здесь, то его корабль просто расстреляют с наземных орудий. Нет, она нужна ему на корабле. Жена командора. Его счастливый билет. Его пропуск в светлое будущее.

- Что-то твой муженек не сильно рвется тебя спасать. - Брок ухмыльнулся, подтверждая невысказанные опасения своей жертвы. - Я даже разочарован. Не ожидал, что он так легко пойдет на уступки.

Кира смолчала. Но его слова задели ее за живое.

А ведь и в самом деле. Хорган так и не появился, хотя она ждала его до последнего и все надеялась, что вот-вот его плечистая фигура покажется из темноты.

Но он не пришел. Все переговоры проходили через Рубана. И самым большим шоком для Киры стало известие, что Хорган легко согласился на все условия пирата. Отвести охрану - пожалуйста. Пропустить на старт-площадку - пожалуйста. Предоставить корабль с заряженным реактором - пожалуйста.

Она все еще на что-то надеялась. Все еще вслушивалась в тихий свист ветра и гудение проводов, с замиранием сердца ожидая спасения.

Но понемногу эта надежда таяла.

Неужели она была настолько плохой женой?!

От внезапно нахлынувшей жалости к самой себе Кира судорожно вздохнула. Но этот вздох был подозрительно похож на рыдание.

У трапа корабля Брок заставил ее остановиться. Входной люк был распахнут по предварительной договоренности, а внутренности «Стрекозы» заливал яркий свет.

- Как-то все слишком просто, - пробормотал мужчина, хмуря густые брови. - Не похоже на Хоргана...

Он огляделся, точно хищник, высматривающий добычу, чутко прислушиваясь к каждому шороху. Потом втолкнул заложницу в проем:

- Заходи. Чувствуй себя как дома.

В его тоне сквозила насмешка.

Они прошли в рубку пустыми, гулкими коридорам, где каждый шаг отдавался от стен, обшитых защитным каркасом. В рубке Брок толкнул Киру в единственное сиденье. Губы мужчины раздвинула кривая усмешка, обнажая почти звериный оскал:

- Извини, детка, придется немного потерпеть. Обещаю, это не долго.

Девушка почти равнодушно позволила связать себя по рукам и ногам. Мысль о сопротивлении возникла где-то на периферии сознания, но тут же была отброшена за ненадобностью. Зачем сопротивляться тому, чего сама так хотела? Ведь она же хотела убраться с этой планеты? Так почему же теперь ее сердце сжимается от страха и горечи? Почему, стоит закрыть глаза, как на ресницах выступают соленые слезы? И почему при мысли о Хоргане накатывает тоска?

Вот, она почти на пороге своей мечты, своего самого сокровенного желания, которым бредила все эти месяцы, считая жизнь с командором не больше, чем наказанием. Так почему же сейчас она не чувствует радости? Только бесконечный страх, боль и жалость к самой себе. Она как маленький ребенок, заблудившийся в темном лесу. Никто не придет к ней на помощь. Никто не спасет...

Хорган бросил ее. Она ему надоела.

Что ж, сама виновата. Так ей и надо...

Несколько минут она отстраненно наблюдала, как Брок запускает автопилот, вводит координаты, проверяет отсеки, нет ли там незваных гостей. Но все было чисто: компьютерный мозг «Стрекозы» не обнаружил ни неполадок в системе, ни лишних пассажиров.

С почти счастливой улыбкой Брок нажал запуск. А потом зажмурился и шумно втянул в себя воздух, пахнущий пластиком и каленым металлом.

- Чуешь? Это запах свободы!

Кира почувствовала, как под ногами дрогнула палуба. Сквозь толстые слои обшивки донесся гул запущенных двигателей. Девушка обреченно закрыла глаза.

- Ты врал насчет удаления моего штрих-кода? - она спросила это почти без эмоций. И тут же поняла, что знает, каким будет ответ.

- Ну, почему сразу врал? - Брок осклабился и потрепал ее по щеке, как собачонку. - Я действительно знаю парней, которые могут избавить тебя от этого украшения. Чтобы потом федералы не смогли отследить, когда я продам тебя какому-нибудь магнату на черном рынке.

Кира в ужасе отшатнулась, но пластиковые жгуты, которые он использовал вместо веревок, безжалостно впились в кожу.

«Когда»! Не «если»! Брок действительно заранее все спланировал и рассчитал.

- Подонок! - выплюнула она, метя ему в лицо.

- Не стоит благодарности.

Он с силой сдавил ее челюсть, так, что Кира вынуждена была открыть рот, и тут же запихнул туда какую-то вонючую тряпку, жутко похожую на грязный носок. Второй тряпкой он обвязал девушке рот, и грубая ткань врезалась в нежные уголки губ.

К горлу тут же подкатил рвотный приступ. Задыхаясь, Кира почувствовала, как глаза застилает туман. Теперь она не могла даже кричать.

- Ни в чем себе не отказывай, крошка, - Брок улыбнулся ей почти ласково.

И вышел, задраив единственный вход.

***

- Сэр, вы уверены?..

Сжимая кулаки от бессилия, Гарт Рубан смотрел, как его командор готовится совершить самый безумный поступок в своей жизни.

- Кажется, я уже все объяснил.

Не глядя на помощника, Хорган надел гермошлем, проверил крепления.

- Но это опасно для жизни! Сэр, при всем уважении, вы не можете вот так просто взять и...

- Хватит! - Голос командора прозвучал тихо, почти без эмоций, но от его тяжелого, холодного тона Рубан невольно вытянулся в струну. - Я все знаю. Но мне плевать, насколько это опасно. Если я ее потеряю... - его кулаки с силой сжались, так, что вздулись узлы мышц на предплечьях, - если я ее потеряю, моя жизнь перестанет иметь значение. И это не метафора. Это реальность, в которой я существую. Открывайте!

Хорган махнул рукой техникам, и огромный герметичный люк, отделявший рубку командорского флагмана от коридора в стыковочный шлюз, медленно пополз вверх.

Ощущение собственного безумства накатывало на него холодными волнами, угрожая вот-вот поглотить, накрыть темнотой. Ощущение бессилия, тщетности своих глупых попыток что-то изменить. Его жена там, с этим мерзавцем, подвергается риску. И она не одна. В ней его ребенок. Их ребенок!

Все это он уже проходил. Десять лет назад. И тогда он все потерял.

Всех его сил, умений и знаний не хватило, чтобы спасти одну-единственную женщину, которая была ему дороже Вселенной.

Теперь события будто вернулись к своим истокам. Будто он существует в каком-то замкнутом круге, где раз за разом должен терять любимых...

Он слишком долго старался не вспоминать. Слишком долго запрещал себе думать об этом. А теперь воспоминания нахлынули ледяным потоком. И Хорган с ужасающей ясностью понял, что чувствует то же, что и тогда: отчаяние. Всепоглощающее, бесконечное, глухое, как космический холод.

Нет, он никогда не сможет забыть тот момент, когда его выбросило в открытый космос из взорванного лайнера. Но в ту минуту, когда его тело рвало и корежило в ледяном пространстве, его душа испытывала еще большие муки. Да, тело он смог залатать. Раны затянулись, кости срослись. Но душа осталась мертва. На целый десяток лет.