Невеста на замену (СИ) - Караюз Алина - Страница 76

Я упала на колени рядом с Айрениром. Разорвав мундир на его груди, начала лихорадочно ощупывать, пытаясь обнаружить раны. Дроу захрипел, его мышцы свела судорога, изгибая тело в немыслимой позе. Это светлая энергия жизни вливалась в него через меня, восстанавливая силы, сращивая раздавленную грудину и залечивая рваные раны, нанесенные когтями оборотня.

Вер исцелял себя сам. Брейн был прав, их сложно убить. Они не обладали магией и до первого оборота были весьма уязвимы, но у взрослых особей регенерация просто зашкаливала. Дроу и эльфы в этом плане проигрывали перевертышам. Им, чтобы исцелиться, нужна была магия. На моих глазах раны на теле вера покрылись тонкой пленкой, остановившей кровь, а потом начали быстро зарастать плотью. Всего пара минут — и на земле лежал без сознания вполне здоровый мужчина. Его лицо закрывали мокрые волосы неопределенного цвета, но больше всего меня поразил широкий металлический обод на шее и несколько звеньев толстой цепи, коротким обрывком висевшие на нем.

Первым открыл глаза дроу. Он протяжно застонал, вскинул руку, ощупывая голову, а потом резко сел, с волнением оглядываясь вокруг. Увидел меня, схватил в охапку и прижал к себе с такой силой, что у меня хрустнули кости. Затем уткнулся носом мне в шею и судорожно вздохнул.

— Я испугался, — еле слышно признался он, — я в первые жизни испугался… испугался, что потерял тебя…

Всхлипнув, я обняла его за шею и расплакалась от облегчения. Только сейчас я поняла, в каком напряжении пребывала все это время.

Рядом с нами заворочался незнакомец. Медленно приподнялся, настороженно глядя на нас из-под мокрой челки. Под слоем грязи сложно было рассмотреть лицо вера, но чувственные губы и квадратный подбородок с ямочкой бросались в глаза.

— Я Айренир Ден'Эррайн, наследник темного королевства, — произнес принц, продолжая удерживать меня на своих коленях. — Кого я должен благодарить за спасение жизни моей жены и моей собственной?

— Вейрах Ор'Ним, — прохрипел вер, сплевывая набившуюся в рот землю, — из клана Древесных кошек.

Айренир изумленно вскинул брови.

— Но ты не рысь! — заметил он. — И этого клана давно нет.

— Моя мать была рысью, — пояснил вер, — отец погиб еще до моего рождения, поэтому я рос в клане матери. А то, что Лесных кошек нет… пока я жив, они существуют.

Последние слова он произнес с такой горячностью, будто это было делом чести.

Я старалась не разглядывать его слишком пристально, все-таки он был голым, но проклятое любопытство не давало мне отвести глаза.

— Откуда у вас ошейник? — задала я мучающий меня вопрос.

Оба — и вер, и дроу — пронзили меня тяжелыми взглядами.

— Девочка моя, — сладко пропел принц, поднимаясь на ноги вместе со мной, — по-моему, нужно пойти поискать, что осталось от наших вещей.

Я еще успела заметить, как тело незнакомца охватила золотистая дымка трансформации, а в следующий момент Айренир развернул меня так, что кроме леса я больше ничего не видела.

Дождь закончился, но перед рассветом температура воздуха упала. От земли поднимался густой туман, а светлеющее небо все так же затягивали облака.

— Ну, хоть что-то хорошее, — пробормотал принц, поднимая глаза к горизонту. — Сегодня вряд ли будет очень солнечно.

С помощью магии мы высушили свою одежду и волосы, но вот избавиться от грязи оказалось не так-то просто. На месте нашей стоянки валялись растерзанные трупы лошадей и разорванные сумки, из которых вывалились под дождь все наши вещи. Мы отобрали то, что могло пригодиться в дальнейшем пути, а остальное тщательно закопали в грязь, уничтожая все улики нашего присутствия.

— Что делать с трупами? — деловито спросила я, поглядывая на туши оборотней. Рядом с одной из них сидел лев и спокойно вылизывал себе лапу.

— Нужно спалить.

Магический огонь вспыхнул ослепительным пламенем, испепеляя тела чудовищ. Это же была темная магия, магия дроу, а она не останавливалась на середине.

— Ты когда-нибудь путешествовала на единороге? — слегка посмеиваясь, спросил Айренир.

— Нет, — я настороженно уставилась на него.

— У нас есть обычай. В обращённой форме мы разрешаем оседлать себя только своей половинке. Лошадей у нас больше нет, так что сама понимаешь… — и он театрально развел руками.

Темно эльфийский принц оказался очень харизматичным во второй своей ипостаси. Антрацитово-черный, с гладкой блестящей шкурой и длинной гривой, ниспадавшей серебристым каскадом вдоль грациозной шеи. Роскошный хвост цвета закаленной стали спускался почти до самых копыт. Руки сами тянулись к этому великолепию: так и хотелось проверить, такой ли он мягкий и шелковистый, как выглядит. Тихо заржав, единорог ткнулся теплым носом мне в плечо и вдруг опустился на колени, приглашая меня сесть верхом. Я нервно захихикала, карабкаясь на его крепкую спину. Если б он только знал, как это символично: жена сидит верхом на муже!

«Я знаю, о чем ты думаешь, — ворвался в мое сознание смеющийся голос принца, — вот уж не думал, что у тебя такая фантазия!»

— Как я тебя слышу? — изумилась я.

«Ты же моя половинка, — мысленно ответил единорог, — это естественно».

Он подцепил рогом сумку, в которую мы сложили уцелевшие вещи, и закинул ее мне в руки. Я привязала себя магическими нитями к его спине, так же, как и поклажу. Рядом пристроился загадочный незнакомец. Впереди оставалось еще полтора дня пути.

После всех испытаний нам действительно везло, будто сами боги сжалились над нами и решили облегчить наш путь. Полдня мы провели в дороге, а когда настало время обеда, и Айренир объявил привал, Вейрах задрал молодую косулю, которую мы тут же зажарили на костре. Пока ели, загадочный незнакомец рассказал свою историю. С небольшими недомолвками и умалчиванием некоторых деталей, но вполне связно и правдоподобно.

Оказалось, что он, как и многие его собратья, служил светлым эльфам. Точнее, был сокольничим у одного эльфийского графа — некоего Ильсинора Талариана. И вот несколько дней назад среди графских слуг пронеслась неимоверная сплетня. Говорили, будто на северной границе с тёмным королевством произошла стычка с орками. Причем, несмотря на численный перевес и присутствие эльфийских магов, нападавшие были полностью уничтожены неожиданно возникшими смерчем и землетрясением. Самым странным было то, что разгулявшаяся стихия не затронула ни темно эльфийскую крепость, ни самих дроу. Многие уверяли, что это сами боги вмешались в ход сражения и помогли темным отразить нападение. Слухи быстро распространялись, обрастали подробностями и вскоре во всем графском наделе не было ни одного вера, который бы не верил в божественное провидение. Кто-то сказал, что это знак, мол, боги Эретуса с нами, так чего же мы ждем? Возьмем мечи в руки и пойдём громить ненавистных эльфов!

Вейрах пояснил, что эльфы вовсе не были глупы и довольно давно ввели правила проживания для веров на своей территории. Каждый вер, желающий пересечь границу светлого королевства, в обязательном порядке подвергался магическому воздействию, после которого был не способен принимать свою звериную форму. Лишь покинув эльфийские земли, они вновь обретали вторую ипостась. Услышав об этом унизительном обычае, я тут же вспомнила, что за все время пребывания на территории герцога Анторийского, я так ни разу и не увидела обратившихся веров, хотя в человеческой ипостаси их попадалось немало. Савьен и Арлет, способствовавшие моему побегу, первый раз изменили форму уже в Первородном лесу.

Между тем Вейрах продолжал. Когда графу донесли о волнениях среди слуг, он отдал приказ арестовать бунтовщиков, подбивавших народ на восстание. Те бежали под покровом ночи, смогли пересечь границу королевства и обратиться, но это не помогло против боевых магов графской гвардии. После короткого, но ожесточенного боя, веры оказались окружены и вынуждены были сдаться. У многих из них уже не хватало сил даже на регенерацию. Эльфы не стали играть в благородство и уничтожили всех тяжело раненных, остальных загнали в тесные клетки и выставили у позорного столба во дворе графского замка. Вейрах попал в одну из них.