Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1 (СИ) - Смирнова Ирина "cobras" - Страница 80

Айк покосился за задумавшегося Шайна, снисходительно ухмыльнулся и передвинул кальян ближе к себе:

— Что, обкурился? Или просто медитируешь?

— Угу, — неопределенно отозвался мужчина.

— Ну, и кто по твоим наблюдениям будет первым? — не выдержал все-таки Айкейнури, чуть прищурившись и обводя взглядом помещение, в котором снова прибавилось народу.

Шайн пожал плечами:

— Угадай сам.

— Вот эта парочка — Кэйтайриона их ни разу не выбирала, — кивнул Айк на Тийкийлэ с братом, выползших в общую гостиную, но пристроившихся на одном из пуфиков в уголочке. Тийка был бледен и даже смуглая кожа не скрывала, что ему, мягко говоря, хреново.

— Не-а, не угадал — этот как раз только что отработал, в них Эйлиорина любит играть.

Парни, на которых не церемонясь, небрежно указали, заметно сникли, ссутулив плечи и прижавшись друг к другу, как сиротливые щенки.

— Ты удручающе тактичен, — хмыкнул Шайн. Он этих "нежных" тоже недолюбливал. Вот Нэй, например, тоже был Нижним, но на пацана любо-дорого посмотреть. Это он пока Нижний, но скоро свое возьмет. Черты лица Рыжика пока еще имеют юношескую свежесть, но разворот плеч не оставляет сомнений, что он еще возмужает и вытянется в рост.

Шайн замечал за Айком некоторый интерес к Нэйю, но чаще парень зачем-то таскал Рыжика с собой в тренажерку, и занятия в спортивном зале не всегда заканчивались банальным трахом в душевой. Нэйю это не нравилось. А вот сам Шайн не возражал — ему остался всего год до церемонии. За год Нэй еще не будет достаточно готов, чтобы постоять за себя и утвердиться Верхним. Жаль, если мальчишку не пропустят. А вот Айк, похоже, понимает, что у парня все задатки и если и ведет себя с ним грубо — так это с расчетом на будущее, чтобы Рыжик не зарвался в отношении него. Пусть попривыкнут друг к другу, может… Кто знает, что у них может получиться в этом серпентарии, но все-таки…

— А что? — усмехнулся Айкейнури, откидываясь назад, оперевшись на локти. — Хотя, ты прав — хрен тут угадаешь. Тебя вот, между прочим, ни одна госпожа уже давно не выбирала.

— На что ты намекаешь? — напрягся Шайн, выныривая из созерцательной задумчивости.

— Я не намекаю — просто констатирую факт.

— Я вообще-то, тоже наблюдаю странную тенденцию, — не остался в долгу задетый замечанием Шайн. — Ты в последнее время вроде как остался ни с чем. Сколько времени прошло с тех пор, как Эйнри отвалил к себе домой, а тебя что-то нечасто зовут. Вот так оно и начинается, парень.

— Мне всего двадцать три! — искренне возмутился собеседник.

— Ага, — съехидничал Шайн, — а мне было всего двадцать четыре…

Айк помрачнел, но что-то достойное ответить не нашелся.

Поднялся, смачно выругавшись, кивнул одному из несчастно вздохнувших мальков, и пошел в свою комнату. Мальчишка засеменил следом…

Глава 13

Между 22 вайэбом и 10 жниэвеном 327 года. Дом Кэйтайрионы

День, заставивший мужскую половину Дома Маргойлин поволноваться, подходил уже к концу, но в гареме все равно оставалась напряженная атмосфера, несмотря на витающий в общей гостиной сладковато-приторный дурманящий дымок кальянов, который, по идее, должен был расслабить присутствующих. Самым непонятным оказалось это странное затишье — не только Старшая госпожа не появилась, но и вообще никто из женщин не затребовал себе игрушек. Тийка, жуть как не хотевший возвращаться для продолжения экзекуции, называемой госпожой Эйлиориной "воспитательным моментом", был доволен хотя бы этим фактом — ему действительно требовалась передышка. Что готовил грядущий день — непонятно. Кое-кто снова решил, что новость о перетасовке гарема всего лишь слух, но то, что парней вообще никто не побеспокоил — хотя обычно под вечер женщины приходили за своими "любимчиками", чтобы нескучно провести время до сна — было непривычно странным. Укладываться в такую рань и всем составом было как-то неправильно и тревожно. Единственно, грела мысль, что всех скопом вряд ли их куда-то сплавят…

Брат Кэйтарионы, Эйлий, у которого можно было бы выспросить подробности, тоже ни разу не заглянул. Передвигаться же по дому, когда такие дела творятся, мужское население не рисковало.

Но едва парни расслабились в надежде, что наступающая ночь даст им некоторую отсрочку от оглашения приговора, хотя бы до утра, как влетел взъерошенный Эйли и велел всем собраться в гостиной.

Мальки резво бросились по комнатам звать тех, кого не было в общем зале.

Остальные обступили Эйлия, надеясь у него выспросить, что происходит.

— Сейчас придет госпожа и сама объявит, — отмахнулся он от наседающих. — А пока проветрите тут, и всем раздеться до пояса!

Гейнийляша, державшего гарем не первый год, маловразумительный ответ не удовлетворил, но сейчас тряхнуть парнишку, чтобы тот проболтался, мужчина не решился. Статус родного брата Старшей госпожи и первого помощника Ойливы, давал пацану некоторую неприкосновенность. По крайней мере, если и проучить нахаленка — то не так открыто, когда в любой момент может войти сама госпожа Кэйтариона. "Старшинство" в гареме к Гейну перешло по "наследству", потому что, попав в гарем, он сразу приглянулся тогдашнему смотрителю, и когда тот достиг своего тридцатилетия, как-то само-собой получилось, что именно Гейнийляша признали Cтаршим. На тот момент Верхних, с кем он не состоял вообще ни в каких отношениях, было только трое, в том числе Шайн, но по молчаливому согласию, они признали его без вопросов, а вот остальным пришлось доказывать, хотя бы по разу.

Больше всего хлопот потом было с Айком. Правда, тот попал в гарем еще слишком молодым и его амбициям не суждено было реализоваться, по крайней мере до тех пор, пока перед Гейном не замаячит церемония усыпления. Для двадцативосьмилетнего парня это противостояние было делом принципа, и если уж Айкейнури захочет, то пусть рыпается через пару лет — успеет еще насладиться всеми "прелестями", дающими некоторую власть, и потешит свое самолюбие.

Гейнийляша младшая госпожа не сильно привечала, и это обижало мужчину. К тому же он привык, что его слушались беспрекословно практически все, кроме Айка. Но открыто конфликтовать с любимчиком Кэйтайрионы, особенно после того, как она была объявлена Старшей госпожой Дома Маргойлин, мужчина уже не рисковал. Теперь Гейн просто старался не доводить до ситуации, когда им с Айкейнури пришлось бы выяснять отношения, но то, что парень больше под него не ляжет, было очевидно. Да впрочем, и в прошлом это было-то всего пару раз, несколько лет назад, когда пришлось доказывать, кто собственно здесь главный. А так Гейнийляш был вполне вменяемым, и большего сверх того, чтобы просто не зарывались, не требовал. А Верхних и вообще не трогал… разве только в самом начале, когда поступал новенький, чтобы "определить" его место в иерархии, ну, или за особо тяжкую провинность. Решения Гейна обычно не обсуждались, даже если и не всегда одобрялись большинством.

Айкейнури появился предпоследним. Бросив взгляд на слегка помятую спросонья физиономию парня, Эйли скривился:

— Ты что, Айк? Быстро приведи себя в порядок! Госпожа будет с минуты на минуту.

Парень пожал плечами и пошел умываться. Гейнийляш только зло сощурился, глядя ему вслед: вот ведь сучонок! Тут все на измене, а этот натрахался и уснул себе, будто его происходящее и вовсе не касается.

Через насколько минут вошла Кейтайриона, и рабы слаженно бухнулись на колени, приветствуя свою госпожу.

Девушка была непривычно сосредоточена и явно не слишком довольна предстоящим действием.

— Можете подняться, — разрешила она, наблюдая, как парни проворно принимают вертикальное положение, поднимаясь с колен.

Красивое зрелище — столько хищной грации и почти изящества, отработанного годами и ежедневной муштрой, словно исполнили танцевальное па. Замерли, расправили плечи, руки за спину, подбородки опущены, глаза — в пол. Идеально!