Шпионка поневоле - Быстрова Мария - Страница 33

Отвратительная получилась тренировка. Как только черная лента отсекла дневной свет, жутко захотелось спать, но надо было куда-то идти, не спотыкаться и не сталкиваться с однокурсниками. Не сталкиваться оказалось невозможно. Венерти отдавил мне ногу, Алекс едва не скинул в ров. Со всех сторон доносились восклицания и недостойная аристократов нецензурная брань. Спасибо преподавателям, набрались за время учебы…

Опустившись на колени, я обползла опасную яму, на ощупь добралась до натянутой над самой землей сетки и долго раздумывала, лезть под ней или по ней. Лежать на снегу было холодно, и я выбрала второй вариант, как выяснилось, верный, — впереди нашлась веревочная лестница. Пришлось карабкаться наверх, внимательно проверяя, за что хватаются пальцы и куда встает ботинок. Когда в очередной раз руки не нащупали обледеневшую бечевку, я растерялась. Что дальше? Так бы и сидела, как воробей на ветке, если бы не услышала удалявшийся вперед голос Ройса. Ага… Значит, мне туда же. Лестница оказалась привязанной к длинной перекладине, по которой я добралась до каната. Хорошо…

— Яна, не забывай о цели тренировки, — проговорила леди Джениз. — Важно попытаться увидеть. Передвигаясь наугад, ты сильно рискуешь. Сконцентрируйся, пусть смотрит разделенное сознание.

Внезапно очнулась совесть. Преподавательница была права — я занималась ерундой, не тренировала тонкое видение, пыталась пройти испытания на ощупь… Сколько раз с начала года я действительно старалась увидеть? Несколько? Терпеть не могу ментальные практики! Спасибо, натерпелись уже! По канату я перебралась на другую сторону и повисла на турнике. Вот тут-то и будет мой финиш. Вокруг пустота… За что схватиться, чтобы спуститься на твердую землю? Так… Висим… До конца занятия еще долго, руки не выдержат.

— Яна! — На счастье, меня догнал Джон. — Раскачивайся и прыгай. Внизу натянут брезент.

— А — а… Ага! — Отпустив руки, я полетела вниз.

Шершавая ткань спружинила и подбросила меня обратно вверх. Лиммер приземлился рядом.

— Дальше на высоте двух метров брусья, потом узкая доска через ров и финиш.

Голос друга уже доносился сверху. Вот демоны лоранийские. Прыгаю тут в этом огромном гамаке как дура, пытаюсь поймать руками невидимые перекладины. Наверняка вся школа потешается… Довольно! Скрипнув зубами, плюнула и упала на спину. Мимо промчался Раф с воплями: «Вижу, вижу!» — а у меня перед глазами как было черно, так и осталось… Наконец преподавательница милостиво разрешила снять повязки. На моем брезенте в отдалении валялся Ройс, но большинство студентов так и не смогли преодолеть и половину пути. Рина Джениз наблюдала за нами из-за финишной черты. Помимо Джона и Рафа, с испытанием справились трое ребят, Ингрид застряла на канате, а Хельга вообще никуда не пошла, уселась на деревянный настил и просидела там всю тренировку.

— Не так плохо, — вынесла вердикт магиня. — Освоивших тонкое видение пятеро. Дамы и господа, напоминаю, без этого навыка вы все уязвимы. Врагам известно, что для атаки магу необходимо смотреть на цель. Если они прознают про вашу слабость, то лишат вас зрения намеренно.

Адепты удрученно перешептывались.

— Все свободны. Мисс Брайл, подойдите.

Ну вот… Зачем зовет меня? Сделать очередное мягкое внушение? А может, хочет рассказать о Мадине или передать от нее послание? Что бы там ни говорил милорд, но наставницу жалко, и узнать о ее самочувствии я обязана. Махнув подругам, приблизилась.

Леди Джениз проводила взглядом студентов и только потом обратила внимание на меня:

— Совсем никак не получается?

В ответ я лишь развела руками.

— У тебя сейчас занятия?

— Нет, миледи.

— Тогда идем пообщаемся, выпьем чаю или кофе. Кажется, ты не выспалась.

С чего это ей так кажется? Я подозрительно нахмурилась, но, увидев совершенно спокойное выражение лица преподавательницы, осознала: бесполезное это дело — понять, что на уме у ментальных магов, слишком хорошо они собой владеют. Подхватив сумку, потопала следом за ней в учебный замок.

— Как себя чувствует леди Филис?

— В целом неплохо. Лезвие извлекли, кровь остановили, походит на процедуры пару дней и обо всем позабудет. Целители даже не стали оставлять ее в лазарете.

Мы поднялись в учительскую. Из кабинета Гарса доносились глухие возгласы, от которых становилось не по себе. Очень надеюсь, что магистр и леди Филис не поубивают друг друга и ограничатся лишь взаимными оскорблениями… Моя спутница заметила, куда я смотрю, хмыкнула и распахнула свою дверь. В последний раз я бывала тут на первом курсе, с тех пор убранство комнаты не изменилось.

— Уже второй час выясняют отношения, — словно извиняясь, сообщила леди Джениз. — Присаживайся. Кофе?

— Спасибо. Без сахара. — Я опустилась на диван.

— Вообще-то Мадина уже должна быть тут. Это она просила тебя позвать, но, видишь, задерживается.

Взмахом руки магиня вскипятила воду, налила в кружку и положила туда ложку молотого кофе. Божественный запах заполнил помещение, неожиданно о себе напомнил голод — позавтракать я сегодня не успела. Между тем Рина достала какие-то склянки и принялась мешать травки в маленьком чайнике.

— Это сбор для твоей наставницы, — пояснила она, добавляя несколько капель синей жидкости. — Успокоительный. Ей потребуется. Чувствуешь запах?

Кроме аромата кофе, я уже ничего не чувствовала.

— Слегка горький вкус, но если добавить засахаренных апельсинов, то получится недурно.

Я вежливо улыбнулась:

— Никогда не пробовала ничего подобного.

— Хочешь, отсыплю тебе немного? Хорошо помогает с концентрацией. — Она многозначительно подняла тонкую бровь.

Намек был ясен.

— У меня нет проблем с концентрацией и с разделенным сознанием — тоже… Просто… просто…

Джениз подняла зеленые глаза.

— Просто ты не хочешь тренироваться, — закончила она. — Стоит приложить немного усилий, и тонкое видение сразу откроется. Но ты противишься ему. Плохие воспоминания? Разумеется, плохие. Лорд Гарс бывает слишком жесток. Обычно такой подход оправдан, но, к сожалению, его милость недостаточно чуток и не знает, когда следует остановиться.

Она размешала смесь и добавила в чайник кипятка, из носика повалил голубой пар. Полюбовавшись необычным зрелищем, я отпила терпкого кофе. Из коридора донеслись гневные возгласы.

— Как директора позволили магистрам преподавать в одной школе? — не удержалась я от вопроса. — Они ведь друг друга на дух не переносят.

— Их отношения дружескими не назовешь, но прежде они держали нейтралитет. Вчера он был нарушен, Мадина зашла слишком далеко и наступила на больную мозоль лорда. — Дымящаяся жидкость заполнила высокий бокал. — Впрочем, и ее можно понять.

— Я знаю. Лорд сказал, что муж леди Филис погиб, выполняя задание вместо него.

Леди Джениз с интересом взглянула на меня, бокал был отодвинут в сторону.

— Даже так… Я удивлена. Как думаешь, зачем он тебе это рассказал?

Чтобы я отказалась у нее учиться. Но эту мысль я оставила при себе. Сомневаться в наставнице невежливо, но история Гарса заставила в очередной раз задуматься: а не совершила ли я фатальную ошибку, согласившись учиться у человека, лечившегося у психиатра?

— Он считает, что леди Филис не оправилась после потери мужа и что она…

— Сумасшедшая, — кивнула собеседница. — Да. Я знаю. У него есть право так думать. Мадина не совсем здорова, но с головой у нее все в порядке. Тебе не стоит переживать, сейчас она намного спокойнее, чем была когда-то, выработала самоконтроль, и скорее всего больше приступов не случится.

Получается, лорд не лгал… Подумав, магиня продолжила:

— Яна, пойми. Все имеет свою цену. Дар объединяться в пары — это не просто, как если бы вы удвоили свои силы. Нет. Слияние — это нечто большее, это следствие искренних неподдельных чувств двух влюбленных. Связь рождается в глубине, затрагивает тонкие тела, сшивает их в единое целое. Вот почему объединение начинается после интимной близости и длится долго — неделями, а иногда и месяцами. Но когда оно заканчивается, мысли, чувства перестают быть тайной для второй половинки, ментально партнер всегда будет рядом, как бы далеко ни находился на самом деле.