Штормовые острова - Конторович Александр - Страница 1

Александр Сергеевич Конторович

Штормовые острова

© Конторович А., 2018

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018

– Браво-5 – Дельте-2!

– На связи Браво-5.

– Подтверждаю вход в зону неопознанного самолета. Высота четыре-ноль. Скорость один-семь-пять. Курс сто сорок. По характеру засветки предполагаю транспортный борт.

– Понял вас. Продолжать наблюдение.

И снова бежит по экрану радиолокатора луч развертки.

– Браво-5, цель снизила скорость. Предполагаю подготовку к выброске парашютистов.

– Понял, Дельта-2, снижение скорости.

– Фиксирую выброску парашютистов!

– Подтверждаю прием информации: самолет произвел выброску парашютистов.

– Цель меняет скорость и высоту.

– Продолжать наблюдение.

– Понял вас, продолжаю…

Когда привычный рывок раскрывшегося купола сигнализировал, что все идет в штатном режиме, я поудобнее устроился в подвесной системе и с интересом осмотрелся. Не каждый же день приходится прыгать с парашютом над территорией давнего и непримиримого противника! Будет что вспомнить!

Внешне – обычный горно-лесной пейзаж. И даже небо здесь точно такое же, как дома. Но…

Какая-то разница все же есть…

Для меня все это началось как-то буднично. Топая с обеда на стрельбище, я был выдернут из рядов роты нашим начальником штаба полка. Подполковник Краснов, подрулив на своем «уазике» к нашей колонне, приказал ротному остановиться.

Коротко переговорил с ним, и капитан окликнул меня:

– Ларин! В машину к подполковнику! Следовать с ним!

– Есть!

– Лейтенанту Михайленко временно заместить убывающего командира взвода!

– Есть! – откликнулся комвзвода-1. Теперь ему топать по жаре на стрельбище. Не факт, что это хуже, – внезапный вызов к руководству редко когда бывает сопряжен с чем-то приятным.

Но Краснов мне ничего не сказал, только кивнул на заднее сиденье.

Вот и штаб – невысокое двухэтажное здание относительно современной постройки. Ну как современной… лет пятнадцать, не более.

Поднявшись по ступеням, сворачиваю за подполковником в сторону его кабинета. Он расположен в небольшой пристройке так, что дежурный видит лишь начало коридора.

Подойдя к своей двери, Краснов неожиданно в нее стучит! Это в свой-то кабинет? Что за…

– Войдите!

Шагнув через порог, начштаба подносит руку к козырьку:

– Товарищ генерал-майор! По вашему приказу старший лейтенант Ларин доставлен!

– Спасибо, Дмитрий Петрович! Можете быть свободны…

Здрасьте, я ваша тетя!

Генерал?

В кабинете начштаба?

У комполка – это как-то более естественно было бы… во всяком случае – понятнее.

– Присаживайтесь, товарищ старший лейтенант, – кивнул он на стул.

Ну, когда прокурор… пардон, столь высокий чин предлагает присесть, то отказываться как-то уже и не принято. Сажусь, пододвигая стул поближе к столу.

– Значит, – заглядывает собеседник в лежащую перед ним папку, – Дмитрий Михайлович Ларин… Родился, крестился, женился… ах, не женат еще? И как перспективы на этом фронте?

Пожимаю плечами.

– Пока неясные. Не то чтобы совсем облом… но и ясности особой не просматривается.

– Бывает, – кивает генерал. – Москва тоже не сразу строилась… Так, и что тут у нас еще есть? Окончил училище – ну, это-то как раз и понятно, фиг бы без этого на роту поставили.

Ну, это еще рано каркать, положим – всего лишь и. о., да и то на короткое время.

– Ага, вот это уже интереснее! – оживляется высокий чин. – Воевал?

– Пришлось. В составе разведвзвода.

– Угум… И в основном в тылу противника… Разведка, корректировка авиаударов и артиллерии. Нормально так побарахтались… И две боевые награды, я так полагаю, не за натирание паркета в штабе получены?

– Не за паркет, – коротко отвечаю я.

Он, конечно же, генерал, да и не просто так в этот кабинет попал. Небось, документы только что рентгеном предварительно не просветили. Но вот распространяться на тему своих наград я даже при нем воздержусь. Не просто так некоторые документы подписываются, знаете ли…

Собеседник с прищуром смотрит на меня и, не дождавшись ответа, кивает. И только сейчас замечаю, что он давно уже не перелистывает папку с моим личным делом. То есть этот хитрый дядя все по памяти шпарит? Что-то мне это совсем уже не нравится…

– Ладно, – усмехается генерал. – Будем считать, что предварительное знакомство состоялось. Вам такая фамилия – Снежный – говорит что-нибудь?

– Слон?

Собеседник прищуривается.

– Возможно…

– Да, говорит, знаю его.

– Так вот, он о вас весьма одобрительно отзывается. Говорит, что… – тут он меняет тон и совершенно в интонациях моего старого знакомого произносит: – «Этот сайгак еще далеко поскачет!»

– Ну, это он, положим, загнул…

– Не загнул, – абсолютно серьезно говорит генерал.

И от тона, каким это было сказано, по телу даже озноб прошел!

Поймите меня правильно!

Я давно уже не желторотый птенчик и из юношеского возраста вышел достаточно давно. Не скажу, что видел все, но и того, что успел, хватит, чтобы три раза поседеть… И чтобы какой угодно деятель одним только строгим тоном меня в дрожь вогнал – это, знаете ли, далеко не каждому по зубам! Комполка – тот может. Но Батя у нас мужик крайне серьезный! И все это по своему опыту знают – успели уже на собственной шкуре прочувствовать. Раз уж он сказал – брито, то уж точно не стрижено…

Но – это наш комполка. А тут какой-то заезжий, хоть и в немалых чинах.

Так что я расслабился немного, даже на стуле подвинулся.

Посмотрел на эти мои действия, снова усмехнулся и продолжил:

– Вам предлагается сменить место службы.

Нате-здрасьте! Меня, в общем-то, и старое вполне устраивает. Тем более – перспектива ротного… это тоже, знаете ли, не каждый день такие возможности бывают. А на новом месте… так новичка завсегда на повышение выдвигать никто не спешит.

Об этом я честно и поведал.

Генерал кивнул, словно чего-то подобного и ожидал.

– Да и с командными постами вам там явно ничего не светит. Во всяком случае, пока… Единственное, что я вам могу предложить, – должность старшего группы. Личный состав – пять человек, вы шестой.

Понятно, две рабочие тройки. Знакомое построение, да и задачи, надо полагать, не сильно-таки неведомые. Однако старшего лейтенанта, почти капитана уже, на такую должность… не до фига ли?

– Не впечатляет, если честно.

– Срок выслуги – год за четыре. Соответственно – и все прочее. Звания, оклад и еще кое-что… Правда, райских условий службы я вам обещать не могу – напротив, будет весьма нелегко!

Год за четыре?

Это что еще за часть такая? Кого там надобно под плинтус заровнять за такие неслабые льготы? Ибо что-что – а такие плюшки явно не за красивые глаза дают! Я вот, руку на сердце положа, даже и не слышал про подобные подразделения!

– А что делать-то надо?

На столе появляется бумага. Ну ясно… опять подписка… очередная. Сколько таких уже я подписал…

«Не разглашать и не передавать, в любой форме, никому содержимое беседы…» Хм, а это уже что-то новое. Вот подмахнешь такую бумажку…

А впрочем – чем черт не шутит! Это же я не согласие подписываю на перевод, в конце-то концов?

Беру ручку и ставлю размашистую подпись.

Генерал внимательно (будто сам эту бумагу ни разу не читал…) просматривает документ и убирает его в папку.

– С этого момента все, что вы сейчас услышите, представляет собой государственную тайну. Особо охраняемую тайну. Это понятно?

Киваю. Что уж тут пояснять-то?

– Не слышу ответа!

– Да. Я все понял, товарищ генерал-майор.

Хорошо, если он такой уж буквоед… примем его правила игры.

– Это подразделение – десантно-штурмовой полк особого назначения. Формально этой части вообще не существует. По документам – вы будете проходить службу в подразделении охраны РВСН. В должности старшего группы разведки. Все ваши письма, буде таковые последуют, станут иметь все реквизиты этой части. Непосредственным командиром у вас будет подполковник Снежный.