Драконы Хитхгладэ (СИ) - Смирнова Ирина "cobras" - Страница 112

Глава 2-20 (50 день, 6 день осени)

Мчаться мне надо было в соседний двор, именно оттуда было удобнее всего попасть в блок, где жил Славка. Перебежав через корпус и вылетев на улицу, я сразу оценила масштаб веселья.

Поближе к стене стояла первая группа действующих лиц.  Двое гвардейцев с носилками, накрытыми покрывалом  - все понятно, там жертва ментального допроса. Парень со связанными руками - это наш последний пленный, возле которого скучает один гвардеец. Мужик с противной рожей... то есть нормальная у него рожа, просто мне на него смотреть противно - это дядюшка Аля. Ему для охраны выделили двоих. Правильно, все-таки контрабандист и убийца. А за тетушкой Ребекки присматривает опять всего один гвардеец. И она стоит такая бедная, зареванная, несчастная... лицемерка, и-ить! И убийца тоже, пусть и несостоявшаяся.

Чуть поближе к самому месту действия веселилась от души вторая группа - две наших команды, мужским составом, а также ректор, проректор, два брата Троватто и Хамон. То есть все, кто был на большом тайном собрании, кроме меня и Тимки.

Прибежавший следом за мной домовенок стоял за моей спиной и восторженно комментировал происходящее нечленораздельными звуками.

У меня сначала тоже не вышло выдать что-то более осмысленное, чем: «И-ить!».

Шесть гвардейцев, нападая с трех сторон, пытались как-то обмануть один по идее довольно неповоротливый мотоцикл, урчащий, сверкающий фарами, встающий на заднее колесо и крутящий рулем во все стороны. Мотя, то есть Аль... катался по кругу, как в цирке, быстро разворачивался и несся, пробуксовывая для устрашения, в обратную сторону. На резких поворотах у него из под колес летели пыль и мелкие камни, причем прицельно - в противников.

Этот одушевленный озверевший артефакт упорно не подпускал шестерых... и-ить! Убиться плеером!.. Шестерых гвардейцев к Славке, прижавшемуся вплотную к стене и тоже отбивающемуся палкой, по мере надобности. Палка была из ученических, для тренировок. Интересно, удачно под руку подвернулась, или кто-то помог? Хотя скорее первое - зрительный зал просто наблюдал за представлением, но не поощрял никого из соперников.

- Что здесь происходит?! - рыкнула я, оглядывая всех участников - и скучающих, и веселящихся, и дерущихся.

- Я попросил Сенат прислать отряд гвардейцев забрать находящихся здесь пленных и двоих задержанных, чтобы перевезти их в дворцовую тюрьму, - спокойно ответил ректор. - В Академии живут студенты, убийцам здесь не место.

Я внимательно посмотрела на лэра Тестаччо, пытаясь определить - он сделал это из-за разговора с отцом Фредониса или действительно потому что Академия - не тюрьма. Вроде все логично, так что, скорее всего, просто совпадение.

- Славка - не убийца, - не знаю почему, но я, как и Аль, совершенно не хотела, чтобы Славу отсюда забирали. Причем я осознавала, что он мне не друг, но и врагом воспринимать не получалось.

- Он военнопленный, - Мухобой наблюдал за происходящим с азартом юного натуралиста. Ему было плевать на исход событий, но интересно, как они будут развиваться.

- Он - мой пленный, - тихо огрызнулась я, в панике ища выход из сложившейся ситуации. - И еще он - стихийный маг! Вы обязаны взять его в студенты!

- Насколько я вижу, этот молодой человек лишен магии, - ректор сурово посмотрел на меня, но я даже не поежилась.

У меня мозг прямо чесался от напряжения. Вернуть сейчас при всех Славке магию я не смогу, тем более в одиночку. Потребовать, чтобы его оставили здесь - тоже не могу. Если он военнопленный - значит, надо отправить его в тюрьму дворца, если же мой личный - значит, все равно надо забирать из Академии. Здесь студентам своих домашних питомцев держать запрещено, а уж людей - тем более.

Хотя Чечи живет у природниц, находясь под опекой Натана, а Ребекка пока что крутится тут, находясь под опекой Чезанно. Чем я хуже?!

- Тогда возьму его под опеку! - гордо объявила я и победно оглядела всех присутствующих.

Демо тихо фыркнул, потом хрюкнул... потом издал какой-то странный булькающий звук, но под мрачным взглядом Медо быстро успокоился, только в мою сторону старался не смотреть.

Ним и Фредо так и застыли, растерянно переглядываясь. Ректор и Мухобой тоже старательно удерживали на лицах суровые рожи. Похоже, мой вариант решения проблемы неодобрительно проигнорировали.

- Если этот юноша так вам дорог, его под опеку могу взять я, - внезапно предложил Сальваторе. - Морально-этических норм это не нарушит, политических тоже, так как я являюсь представителем Ордена, как и этот молодой человек.

- Это я могу позволить, - облегченно выдохнул ректор.  И в упор уставился на меня: - Или опека лэра Руджери, или дворцовая тюрьма.

Славка, опустив палку, устало выдохнул, но на Сальваторе поглядывал с опаской. Аль все еще агрессивно рычал и сверкал фарами на быстро отступающих гвардейцев.

- Остальных можно уводить? - поинтересовался старший отряда у лэра Тестаччо.

Не став дожидаться, чем все закончится, я схватила мотоцикл за руль, прошипев, чтобы не рыпался, и мы со Славкой вместе направились обратно в его блок.

- Ну хорошо, естественно, что ты не хочешь в дворцовую тюрьму, - усевшись на единственный свободный стул, я закрыла глаза и принялась раскачиваться. Накатила дикая усталость, и резко захотелось спать. Неудивительно, ведь уже поздний вечер, а день был слишком насыщенный.  Слишком... Я еще с Фредо до конца не разобралась, а тут...

- Но почему мой мотоцикл кинулся тебя защищать?!

Наступила тишина.

В уголочке, тихо сжавшись в клубок, почти беззвучно плакала Ребекка. Она пряталась в этой комнате все время, пока шло сражение во дворе, и я даже не сразу ее заметила, когда вошла сюда.

Возле двери гневно фырчал Мотя... то есть Аль.

Славка, забравшись на кровать с ногами, уткнулся лицом в колени и молчал.

Идиллия! Почувствуй себя деспотом и тираном...

- Я пообещал жениться на его девушке, - признался наконец-то Слава. - Сказал, что позабочусь о ней и о ребенке.

- А-а-а... - протянула я, вроде бы понимающе. Но потом осознала, что ничего не поняла: - А зачем?!

Правда, я тут же мысленно залепила себе подзатыльник:  нехорошо обсуждать все это в присутствие Ребекки. Но было уже поздно.

- Красивая, - произнес Славка с интонацией, словно это был самый главный решающий фактор. - Герцог за дите приданое даст, - добавил он, выдержав паузу в пару мигов. - Матери весточку кину, что живой, а отец не найдет, в чужом герцогстве-то. Руки у меня на месте, другое место тоже - своих понаделаю.  Будет семья... как у всех. Жить буду, ясно?!

Когда я посмотрела Славе в глаза, мне действительно стало все ясно. Это было как... Как совет из одной умной книги - если вы мечтаете о квартире и у вас нет на нее денег, выберите занавеску для ванной и коврик в коридор, а потом каждодневно представляйте эту занавесочку, фантазируйте и обустраивайте сначала ванную комнату, потом кухню, потом... потом мироздание проникнется и выделит вам квартиру. А если будете циклиться на деньгах, то можете остаться ни с чем.

Вот для Славы, который до сих пор не очень понимал, убьют ли его, останется ли он жить, где именно будет жить... для него Ребекка послужила своего рода занавесочкой. Он вцепился в нее и начал планировать свое будущее. А тут приперлись гвардейцы и попытались испортить мечту...

- А-а-а-аль! - внезапно девушка выскочила из угла и ринулась к моему мотоциклу. - Я тебя люблю! Прости меня!

- Ну, началось, - обреченно вздохнул Славка. - С дюжник уже таких приступов было, а то и больше. Главное, чтобы головой биться опять не стала. С чего-то вдруг решила, что это она в его смерти виновата, про книгу какую-то лепечет постоянно...

- Она не виновата, - я подсела к Славе на кровать и шепотом поделилась с ним краткой версией истории про книгу и про контрабандистов-убийц.

Скажем так, это была своего рода проверка.