Вторая Попытка. Дилогия (СИ) - Кыштымов Александр - Страница 102

   - Присоединяюсь, - прогудел Ефродонт. - Вы разрешите нам уйти?

   - Конечно! У нас не острог, а дом, где поселилась добродетель.

   Священнослужители ушли...

   - Им будет тяжело решиться, - сказал Ли Фу. - Придётся многое ломать в себе. Хотелось бы знать - насколько они пропитаны фанатизмом...

   - Скоро всё станет ясно, - улыбнулся робот. - А рыба у вас всё же подгорела.

   На следующий день Ли Фу затеял гончарное производство. В сильно разросшемся поселении давно ощущалась нехватка посуды, в особенности металлической. Каульвюр с большим трудом наладил штучное производство тяжёлых, неуклюжих, ломких казанов, а вот с остальным было совсем плохо. Руководитель между делом съездил к морю, осмотрел побережье, вернулся, выловил Первого Помощника и сообщил:

   - Глупо жить возле моря и не ловить рыбу. Только кого вот поставить старшим над рыбаками? Ещё перетопятся сдуру...

   - Есть у меня на примете один дядька. Зовут Элиас Перес. Он уже подходил ко мне пару раз. Говорит - умеет делать хорошие лодки, плести сети, невода. Промышляет на море с детства. Уверяет - чует рыбу за версту. В общем - я обещал посодействовать...

   - Ему можно доверять?

   - Не попробуем, не узнаем. Если примемся сомневаться во всех - к но-вому году свихнёмся окончательно.

   - Хорошо. Пусть подберёт людей. Сделай заявку Каульвюру. Он задавится, но ничего просто так не даст. И пошли этого самого Переса к Ли Фу. Пусть подумают из чего лучше всего сделать орудия лова.

   Элиас сильно обрадовался решению Руководителя начать добычу рыбы и с энтузиазмом принялся делать лодки, вёсла. Далее он посетил швейную мастерскую, переговорил с работницами и выяснил - четверо из них умели плести сети. Их, по личному распоряжению старика, откомандировали в распоряжение рыбаков, дав тем самым начало рыбозаводу. К большому разочарованию Переса, Ли Фу жестко лимитировал выдачу сырья для сетей и неводов. Хлопка оставалось мало, а одежды требовалось много...

   Летунов мобилизовал двадцать человек на строительство Порта, а робот смотался за новой партией людей.

   В районе ферм и птичников заложили Дальний посёлок. Там же разместили огороды, сады и начали отвод земли под личные хозяйства.

   Ли Фу отправил экспедицию за семенами и посадочным материалом. Конечно, все сроки давно прошли, но у людей просто не оставалось выбора. Они надеялись исключительно на удачу. Улов не оправдал даже самых пессимистических прогнозов. Добытое трудами непосильными уместилось всего на двух телегах. Там было всего по чуть-чуть. Ли Фу осмотрел содержимое мешков, сокрушённо покачал головой, распорядился всё тщательно просушить и убрать под охрану Дракона. Руководитель выслушал доклад о результатах экспедиции, немного помолчал и попросил старика повторить заход на следующий год.

   * * *

   Зима прошла в бесконечных хлопотах, заботах и трудах. Особенно плохо дело обстояло с птицей. Если коровы, лошади, овцы и прочий скот ещё кое-как перебивались на сухой траве, то с пернатой живностью были большие проблемы. До весны дотянула только треть поголовья...

   С наступлением тепла работники вышли в поле. Семена перебрали на два раза и посеяли. Вскоре появились всходы. Летунов организовал круглосуточное дежурство возле полей. Он опасался потравы.

   Ли Фу пришёл к Руководителю и сообщил о желании двенадцати пар создать семьи ближе к осени. Вилли сделал вывод - они на правильном пути. Только и противоречия не заставили себя долго ждать. Они неустанно подтачивали устои только народившегося общества, которое не имело традиций, веры в себя, единой религии. Последнее особенно тревожило Руководителя, потому, что Город постоянно нуждался в рабочих руках, а каждое новое пополнение вольно или невольно подливало масла в огонь. И тогда Лабер волевым решением запретил переброски на ближайшие два года. Советники с ним полностью согласились...

   К середине лета сформировались тридцать два фермерских хозяйства разной направленности. У горожан появилось молоко, яйца, овощи, правда в весьма ограниченном ассортименте и количестве. Ближе к осени экспедиция привезла огромное количество семян. Возглавлял её Али. В специальные хранилища засыпались: пшеница, рожь, кукуруза, овёс и диковинный корнеплод - картофель. Отдельно разместили семена томатов, перца, кабачков, свеклы, капусты и многого другого. Далее робот отправился за фуражным зерном. Он мобилизовал большое количество народа, вооружил их серпами, косами, объяснил задачу, и работа закипела. Илья не мог нарадоваться тому, с какой скоростью наполнялись объёмистые лари. С такими запасами не была страшна любая зима. Мыши сидели на солидном удалении и грустили. Перед ними находилось огромное количество еды, а добраться до нёё не представлялось возможным. Надёжную охрану обеспечивал убелённый сединами, мужественный, по-прежнему бесстрашный Дракон. Он командовал бригадой из восьми кошек, которые были готовы идти за командиром в огонь и в воду.

   Следующий год принёс хорошие результаты. Запасы умножились многократно. Стада утроились. Птицы развелось видимо не видимо. На полях стеной стояли зерновые. Овощи солили, квасили, мариновали в специальной глиняной посуде. Элиас Перес не дремал и регулярно поставлял рыбу с моллюсками к столу горожан.

   Наконец Руководитель после долгих консультаций с Советниками принял решение о начале массовой переброске людей. Более не имело смысла тянуть. Каждая партия насчитывала по триста человек. И всякий раз повторялась одна и та же история. Вновь прибывшие ничего не понимали. Их пугал вид незнакомых людей. Страх рос с каждой минутой. Возникали волнения, ссоры, драки. Истерика охватывала толпу. Переселенцы, переполненные суевериями, раздираемые противоречиями сбивались в плотные группы и принимались крушить всё подряд. Некоторые впадали в депрессию. Меньшую часть охватывало тоскливое беспокойство. На них не действовали никакие уговоры и усиленное питание. Они будто заведённые, ходили кругами, тупо упёршись пустым взглядом в пол.

   Большая часть прибывших с маниакальной настойчивостью стремилась покинуть Город. Люди плакали, умоляли отпустить домой. Им пробовали растолковать - идти некуда. Тогда люди принимались с новой силой рыдать, всхлипывать, умолять и всё же уходили, бежали в слепой надежде найти родную деревню, семьи. Единицы покидали поселение потому, что где-то там, вдали, у них остались поместья и замки, челядь и деньги, место в свите короля. Эти всё хладнокровно продумывали и исчезали в самый подходящий момент. Пешком! С самого начала по приказу Руководителя верблюдов и лошадей тщательно охраняли с собаками и никого не подпускали к табунам.

   После достаточно длительного отсутствия основная масса несчастных возвращалась: потерянная, оборванная, с безумными глазами, отощавшая, с пустотой в сердце.

   По настоятельному требованию Ли Фу людей старались держать вместе. Старик рассудил здраво: совместная работа сблизит, породит новый язык, который неминуемо вберёт в себя слова, понятия и выражения, присущие всем национальностям. Основа данного процесса была заложена два года назад. Так что проблема языка стремительно сходила на нет. А вот религиозный вопрос поднялся над Городом зловещим грозовым облаком. Население, после того, как научилось понимать друг друга, разбилось на множество обособленных групп, поклоняющихся самым неожиданным богам, божкам и идолам. Они в укромных местах понаделали святилищ, капищ, молельных домов, и ещё не знамо чего, украсили их всяким добром: висюльками из бусинок, разноцветными тряпочками, курительницами, дощечками с заклинаниями, изображениями верховных существ изготовленных из глины, дерева, кости. А в одном месте, по слухам, кто-то видел два человеческих черепа.

   Многие группы принимались открыто враждовать, ни сколько не стесняясь присутствия Руководителя и Советников. Люди стали воспринимать окружающее через призму своей веры и наотрез отказывались работать с иноверцами, жить на одной улице. Они категорически запрещали членам групп встречаться с посторонними. Ослушников ждало суровое наказание. Постоянные стычки стали привычными. Но наибольшую опасность представляли те, кто возомнил, будто персонально на них возложена особая миссия по спасению земли от иноверцев, особенно если у них был другой цвет кожи. Они наряжались в плащи, балахоны и вооружённые разномастными религиозными символами, слонялись по Городу, изрыгая проклятья, пылая ненавистью и предрекая всем скорую смерть. По ночам они проникали в жилища еретиков и, движимые звериной ненавистью, жгли глаза, ломали руки, вспарывали животы, резали глотки и подобно демонам растворялись во тьме. Мерзавцы успели умертвить и искалечить тридцать семь человек. Предсказания Ли Фу начали сбываться. Руководитель не имел права мириться с убийствами и принял адекватные меры. Мстители исчезли из Города в течение недели, бесследно, навсегда. Жители терялись в догадках, и никто из них не мог предположить, что фанатики и убийцы повстречались ночью с не знающим пощады Али. Он возникал из тьмы страшный, молчаливый и изверг закачивал свой бренный путь. С другой стороны вокруг Руководителя сформировалась команда, в которую вошли поселенцы первой волны, некоторые из последующих партий. В ней особо выделялись: постоянно улыбающийся негр Н"Гвашла и рассудительный Диего Кастильянос. По всем признакам Диего в своё время принадлежал к инквизиции, но в новой обстановке разобрался верно и активно поддержал все начинания руководства. Вилли без колебаний возложил на него сложнейшую миссию по наведению порядка в Городе. Испанец искренне считал, и не без оснований, что Руководитель ни в коем случае не должен обагрить руки кровью. Уж пусть лучше ненавидят его. Диего без лишних колебаний и переживаний принял крайне жёсткие меры, которые надолго отбили охоту у желающих доказать своё превосходство над всеми при помощи силы. В данной ситуации Кастильянос не боялся, что лидеры групп пойдут на объединение. То, против чего он боролся, неожиданно помогло. Религия, разобщившая народ, не позволяла выступить единым фронтом.