Квинтэссенция Кью (ЛП) - Винтерс Пэппер - Страница 94

Расцепляя ее ноги, я бросил Тесс на кровать и расстегнул пуговицу на брюках. Тесс начала неистово извиваться, когда я стягивал их по ее ногам. Она избавилась от своей блузки, сбрасывая ее с кровати.

Я пристально смотрел на нее.

Она была одета в простое белое белье. Ее тело было худым по сравнению с прежними формами, но ее живучесть поставила меня, черт побери, на колени.

Когда я забрался на кровать, цепи, удерживающие ее, начали раскачиваться, заставляя нас покачиваться и наклоняться. Тесс подняла взгляд, смотря на балдахин, и я воспользовался моментом отвлечения, чтобы наклониться и обрушить свой рот на ее киску.

Ее бедра качнулись в тот момент, когда мое горячее дыхание коснулось ее плоти. Издавая крик, он скользнула пальцами в мои волосы, заключая меня в плен, прижимаясь сильнее, требуя.

Ее приказ сделал со мной две вещи. Прежде, если бы мне было сказано, что делать я бы разозлился. Теперь, я хотел подчиняться ей — ублажать ее и делать все, что, черт возьми, она скажет. Животное все еще рычало и хмурилось, испытывая желание заставить ее извиниться за то, что она повелевала мной, но я мог игнорировать это. Впервые в жизни я нашел равновесие.

Присаживаясь, я резко стянул ее трусики и вновь склонился. Ее вкус наполнил мою гребаную душу, когда я лизал неспешными и длительными прикосновениями языка.

— Кью. Черт возьми. Сильнее!

Я рассмеялся, когда Тесс выругалась и застонала. Наслаждаясь тем, что доставляю ей удовольствие, трахая ее языком, вытягивая из нее каждую каплю удовольствия и влаги.

Мой член изнывал от желания кончить. Я не притрагивался к себе с того самого времени, как в последний раз был с Тесс. У меня не было желания.

Но теперь я хотел. Бл*дь, как же я хотел.

С последним решительным прикосновением языка, я присел, избавляя себя от джинсов и боксеров одним рывком. Я хотел связать Тесс и использовать разные игрушки на ней. Я хотел, чтобы она кончала вновь и вновь, но сильная необходимость крепко стиснула меня за яйца, и все о чем я мог думать, как буду глубоко вдалбливаться в нее.

— Встань, — приказал я, присаживаясь на колени, с ремнем, что все еще находился в моей руке.

Тесс в тот же миг повиновалась, и я зарычал от удовольствия. В тот момент, когда она поднялась, я указал ей на своей член.

— Сядь на него.

Ее губы приоткрылись и она замешкалась. Моя рука дернулась вместе с ремнем. Я позволил всего на мгновение взять надо мной вверх животному. Я хлестнул ее по бедру кожаным ремнем, влюбляясь в нее вновь, когда она дернулась, а затем задрожала всем телом от удовольствия.

— Сядь на меня, Тесс. Или я буду тебя бить до того момента, пока ты это не сделаешь.

Она склонила голову, позволяя кудрям ниспадать на лицо.

— Я хочу испробовать тебя. Как ты меня.

Мысль о ее губах вокруг моего члена была чрезмерной для меня. Я все еще не простил ее за то, что она заставила меня испытать такой неистовый оргазм ранее. Качая головой, я потянулся к ней, усаживая ее на мои бедра.

— Не сегодня.

Тесс прикрыла глаза, когда я потянул ее опуститься на себя. Ее влажные складочки соприкоснулись с моим членом, скользя глубже, обхватывая меня этой, черт побери, приятной тьмой.

Я застонал, когда она опустилась ниже. Мой член набух от желания неистово толкнуть в нее.

В тот момент, когда она полностью насадила себя, я отвел запястье в сторону и ударил ее по пояснице ремнем.

Она задохнулась, когда ее внутренние мышцы стиснули меня сильнее глубоко внутри нее.

— Черт, сделай так еще раз, — прорычал я, нанося ей удар кожаным ремнем.

Та же самая реакция — внезапное соприкосновение ремня с ее кожей, и она неистово обхватила меня, поглощая своими сильными мышцами.

Я толкнулся один раз и Тесс, черт побери, взорвалась. Ее пальцы глубоко скользнули в мои волосы, когда она приподнималась и опускалась, трахая меня, в то время как содрогалась, покачивалась, открывалась.

Ее удовольствие буквально заставило меня утратить контроль. Я стиснул зубы, сражаясь с потребностью.

В то мгновение, когда она прекратила кончать, я сорвал пластырь с ее шеи. Она вздрогнула, но я пробормотал:

— Просто позволь мне смотреть, в то время как я буду любить тебя. Позволь мне знать, что ты моя.

Она кивнула, дергаясь от предыдущего толчка вокруг моего члена.

— Я собираюсь жестко трахнуть тебя. Я так чертовски сильно скучал по тебе, — я пристально уставился в ее глаза. — Тебе следовало подождать, когда я кончу. Теперь я должен убедиться, что ты кончишь еще раз.

Ее губы приоткрылись; она задрожала, когда я толкнулся бедрами вверх.

— Черт побери, как хорошо, — мои глаза впились в ее шею и я промурлыкал. Я, черт побери, промурлыкал от удовольствия, наблюдая за моей меткой выжженной на ее коже.

Пальцы Тесс возились с пластырем над моим сердцем, и я наслаждался вспышкой обладания в ее глазах, когда она посмотрела на метку.

— Ты принадлежишь мне, — прошептала она. Ее киска сильнее сжалась вокруг меня, и я старался сделать вдох.

— Les uns des autres (прим. пер. с фр.: Мы принадлежим друг другу), — удерживая одну ладонь на ее бедре, я нанес ей удар ремнем, когда толкнулся вверх. Не слишком сильно, но и не слишком нежно.

— Боль и удовольствие, Тесс. Запомни.

Ее глаза затрепетав, закрылись, когда я подстроился под ритм: толчок, удар, толчок, удар. Она стонала с каждым покачиванием, хватая меня за яйца, ускоряя мой оргазм, пока он не наполнил каждую часть меня.

Мое сердце ускорило бег, и мне понравилось покалывающее ощущение от желания разрядки. Когда я больше не мог удерживать ритм, я отбросил в сторону ремень, и притянул Тесс ближе к себе. Ее грудь прижалась к моей груди, раздражая обожженную кожу. Смесь удовольствия и боли разрушила меня.

Я усилил скорость проникновения, пока Тесс покачивалась в моих руках. Мои глаза были прикованы к ее шее. Красная, отчетливая буква «Q», навсегда выжженная на ее коже, принесла мне разрядку только от одного взгляда.

Это чертовки идеальная женщина принадлежала мне. И теперь каждому будет известно это.

Мой оргазм взорвался, расходясь огромными волнами, наполняя ее с каждым толчком. Мои глаза закатились, когда я существовал только для того, чтобы глубоко кончать внутри нее.

— Бл*дь, эсклава. Прими это. Прими это все.

Тесс издала всхлип, когда я погладил ее клитор. Второй оргазм взорвался, выжимая все до последней капли, поглощая меня, пока я не рухнул в ее объятия.

Мои бедра содрогались мелкой дрожь от толчков, и я чувствовал покалывания в икрах, но мне было абсолютно по хрену, когда мой член находился глубоко в женщине, которою я боготворил, и когда моя сперма была размазана по ее телу.

Тесс подалась вперед, целуя меня с нежностью.

— Я люблю тебя, Квинси.

Моя спина напряглась. Обычно я ненавидел свое полное имя. Это имя принадлежало моему отцу. Имя, которое бы я предпочел забыть навсегда, но в этот момент, я любил его. Я любил то, что Тесс любила меня. Я любил то, что Тесс принимала меня.

Я любил ее чертовки сильно.

— Je t'aime, — я прошептал ей в ответ.

***

Спустя некоторое время, я был разбужен хныкающей Тесс в моих руках. Ее кошмары не ушли, и каждую ночь она просыпалась с криками, вонзая мне в сердце нож. Я хотел проникнуть в ее сны и перебить всех до последнего ублюдка, что истязали ее.

Целуя ее в лоб, я пробормотал:

— Tu es en sécurité. Avec moi (прим. пер. с фр.: Ты в безопасности. Со мной).

Когда она успокоилась, я привлек ее ближе к себе. Просовывая руку под подушку, я хотел достать кое-что, что я оставил там пару дней назад. Когда я создал дизайн железных прутов, я знал, что если Тесс позволит мне пометить себя чем-то настолько постоянным, тогда я пойду еще дальше, чтобы окончательно сделать ее своей.

С того момента, как я принял это решение, мои головные боли как по волшебству прошли. Как если бы весь стресс, которым жил, ушел прочь, давая мне знать, что я принял правильный выбор. Единственный выбор.