КК. Книга 8 (СИ) - Котова Ирина Владимировна - Страница 88

Она обернулась ещё раз и похолодела, увидев мерцающие огни факелов. Похоже, часть преследователей поняла, что с помощью звуков рога их водят за нос, и решила прочесать тот склон, по которому поднималась Алина. Охонги были еще очень далеко, но двигались куда быстрее человека - то расстояние, на прохождение которого она потратила уйму времени, они преодолели за несколько минут. Еще пара десятков минут - и ее догонят!

Сверкнули и снова полетели вперед, к ней, горящие стрелы.

Слезы то ли от страха, то ли от беспомощности мгновенно высохли, и принцесса опять бросилась бежать. Она долго бежала - сердце колотилось все сильнее и сильнее. Холм пошел вниз, и она прыгала через стволы, запиналась о камни, падала, поднималась и неслась дальше.

Сбоку полыхнуло красным - это пролетела горящая стрела, воткнулась в нескольких метрах от принцессы. Алинка обернулась - преследователи были уже на вершине холма, а она убежала оттуда совсем недалеко! Полетели ещё стрелы. Сзади раздались возгласы - она поняла, что ее заметили, и, поскуливая от ужаса, ускорилась так, что в глазах потемнело, начала петлять между деревьями, как заяц, оглядываясь через плечо. Ловчие были совсем близко, послышались окрики. Она запнулась, но удержалась на ногах, побежала дальше, взвизгнула - навстречу ей метнулся кто-то темный, дернул за руку и поволок дальше за собой.

Лорд Тротт. Живой.

У нее словно второе дыхание открылось, и она полетела за ним, не чувствуя ног. Но наемники окружали их, отрезая путь. Вот навстречу понесся охонг, второй, третий заходил сбоку по дуге - его всадник раскручивал что-то очень похожее на ловчую сеть, которые Алинка уже видела. Тротт еще ухитрялся проскальзывать между преследователями, о его щит то и дело стучали стрелы, но их прижимали все ближе к обрыву у моря.

В лесу стало совсем темно. Луны зашли.

И тут профессор остановился, развернулся к наемникам, прикрывая Алинку собой. Принцесса покосилась назад. За их спинами скала обрывалась в море, а спереди, окружая их, из леса выходило с полтора десятка нейров на охонгах.

Тротт тяжело дышал, рука его на запястье принцессы сжималась жестко. Тоже оглянулся. Сбоку его лицо подсвечивалось красноватыми всполохами от факелов.

- Вы плавать умеете? - спросил, едва выговаривая слова из-за частящего дыхания. О его щит с треском ударили стрелы.

- Что? - опешила она.

Он мотнул головой, подхватил ее на руки, бегом, под свистящими стрелами преодолел метры до обрыва - и, раскрыв крылья, прыгнул вперед.

Алинка даже не смогла завизжать - от страха свело горло. Вниз и мимо них в темноте летели обычные и горящие стрелы, а Тротт парил на крыльях над морем. Он успел спланировать на несколько метров вниз, когда крылья у него вывернулись - и беглецы рухнули в воду.

Они не разбились - это было чудом, - не утонули, хотя принцесса ушиблась и на мгновение потеряла сознание. Сверху вопили, сверху стреляли - но стрелы в кромешной темноте летели мимо.

- Профессор, - шепотом кричала Алинка, барахтаясь в воде и оглядываясь. - Лорд Макс! Где же вы!!!!

Он вынырнул неподалеку, проводил взглядом горящую стрелу, упавшую далеко, подплыл к принцессе ближе - и она со всхлипом обхватила его руками, почти вскарабкалась на него, целуя куда попадала - в плечо, горло, мокрую бороду.

- Вы живы! Живы!

- Вы меня так утопите, - сказал он сипло, сжимая ее за талию. - Прекратите, Богуславская.

Она никак не могла отцепиться. Так и застыла, прижимаясь к нему и вздрагивая. Он спокойно поводил крыльями в воде.

- Это еще не конец, но пока мы в безопасности, - добавил профессор, прислушиваясь к окрикам сверху. - Они думают, что мы разбились. Но у нас нет времени обниматься, Алина.

Принцесса только сильнее сжала руки, и Тротт вздохнул.

- Все, Алина, довольно сантиментов, - сказал он, отрывая ее от себя. - Нельзя расслабляться, слышите меня? - Лицо его было очень близко, и Алинка попыталась сосредоточиться на движении его губ, чтобы понять его. - Надо плыть. Есть надежда, что успеем до восхода выйти на берег за холмами. Понимаете меня?

Она закивала, оглянулась. Неподалеку виднелись страшные валуны, о которые они могли разбиться, между ними плескали волны. Сильно пахло водорослями.

- Нас тут никто не съест? - тихо спросила она.

- Нет, крупные хищники водятся на глубине, а здесь всего три метра, - успокоил ее Тротт и поплыл вперед. - Двигайтесь, Богуславская, - бросил он через плечо, - и постарайтесь не утонуть. После всего случившегося это будет очень невежливо по отношению ко мне.

Она фыркнула, мгновенно взбодрившись от негодования, и спешно погребла за ним.

Плыли они бесконечно долго. Алинка ужасно замерзла - вода была теплой, но ей казалось, что уже деревенеют руки и ноги и сводит губы. Сумка тянула вниз, крылья, заправленные под сорочку, только мешали - благо, профессор заметил это, подплыл к ней и помог вытащить их наружу. А самое ужасное - принцесса работала руками и ногами, отплевываясь от воды, старалась двигаться побыстрее, но создавалось впечатление, что зависла на одном месте - так медленно смещались назад холмы.

- Не успеем, - раздался голос Тротта. Алинка, погруженная в себя, стараясь не стучать зубами, повернулась к нему, хлебнула мерзкой соленой воды, закашлялась. Профессор смотрел на небо - оно серело. - За мной, Богуславская.

Он направился к берегу - к покрытой трещинами каменной стене. Пятая Рудлог, упрямо дергаясь всем телом и тяжело дыша, повернула за ним, даже не спрашивая, что он собирается делать. Море, слава богам, успокоилось, и теперь напоминало зеркальную серую гладь.

Через полчаса она добарахталась до скалы, лавируя меж валунов - теперь та нависала прямо над их головами, и страшно было, что может осесть и похоронить их под собой. Профессор плыл вдоль стены, что-то высматривая. Кое-где дно поднималось, и он шел по грудь в воде.

Позади раздался рев. Алина оглянулась - небо совсем посветлело, и она увидела, как из-за выступа берега, с которого они ночью прыгали, вылетели несколько раньяров.

- Быстрее, - резко позвал Тротт.

Он уже стоял по колени в воде, протягивал принцессе руку. Вытянул ее и потащил за собой - в трещину, разошедшуюся треугольником и образовавшую узкую пещеру, невидимую с моря. Здесь был даже кусочек сухого камня - и Алина прошла туда на негнущихся ногах, остановилась, сотрясаясь от холода. Профессор со стоном рухнул рядом, прислонившись плечом к влажной скале, сразу же закрыл глаза. С их одежды текла вода.

Снаружи снова раздался рев.

- Мы переждем день, - проговорил Тротт медленно, словно язык слушался его неохотно, - ночью снова поплывем. Осталось немного. Сейчас нужно поесть, выпить пресной воды и поспать, Алина.

Он нащупал флягу, зубами открыл ее, выпил. Глаз он не открывал.

- Х-х-хо-ро-шо, - зубы принцессы выбивали дробь. Она тоже попыталась попить и чуть не уронила флягу, а о горлышко зубы стучали так, что она глотнуть не сразу смогла.

Инляндец все же с усилием открыл глаза, посмотрел на нее. Протянул руку.

- Идите сюда. Будем греться.

И когда она шагнула к нему, притянул к себе на колени, обнял руками и обхватил крыльями. Лорд Макс тоже был холодный и мокрый - но близость действительно согрела их обоих, как и несколько съеденных кусочков калорийного медово-орехового лакомства. И Алина, уже засыпая, пригревшись на груди наставника, осторожно - чтобы не разбудить, - пошевелилась и как смогла обняла его своими крыльями.

Командир отряда наемников, нор Хенши, доверенное лицо тха-нора твердыни Аллипа, был опытным бойцом, и лицо его, изуродованное шрамами, заставляло трепетать врагов, а подчиненных - отводить глаза. Он был жесток и резок, но обилие пролитой крови не развило в нем жажду пускать ее ещё и еще: к своей службе Хенши относился отстраненно, казни и пытки устраивал по необходимости, а не из-за внутренней жажды чужих страданий.

Не был он и честолюбив. Хоть и текла в его жилах благородная кровь норов - потомков воинов-аристократов, пришедших с богами из старого мира, он довольствовался своим местом и не стремился стать тха-нором, получить земли и твердыню во владение. Он был идеальным псом своего господина, и приказы выполнял по-собачьи беспрекословно.