Чемпион: Держись от него подальше - Белякова Людмила Игоревна - Страница 1

Людмила Белякова

Чемпион

— Просто отыгрались на переводчике! — сказала Жанна, демонстрируя шефу договор, полученный из юридического отдела. — Я когда этот талмуд должна делать? В понедельник переговоры…

— Присядь, сейчас разберемся.

Шеф нажал на кнопку местной связи:

— Маш, Корецкую мне вызови.

— Если она еще не слиняла. Пятница же…

— Не нервничай — разберемся.

Но ведущего юриста все-таки разыскали.

— Да, Пал Лексаныч? — невинно сказала Корецкая, войдя в кабинет. — Какие-то вопросы?

— Вы почему так поздно даете документ на перевод?

Сесть он ее не пригласил — значит, очень сердит.

— Так получилось. Много уточнений.

— А когда его переводить будут, не подскажете?

— Пусть в выходные выйдет, потом отгуляет, — дернула Корецкая плечиком.

Шеф вопросительно взглянул на Жанну — ты как?

— Да я-то не против, только, может, вы забыли, что здание на уикенд полностью опечатывают в восемь часов вечера?

Шеф, закипая все сильнее, поднял глаза на Корецкую.

— Пусть домой возьмет! — фыркнула та.

Шеф поднял брови, переводя взгляд на Жанну.

— У меня дома компьютера нет.

— У, блин!

Если шеф перешел на эвфемизмы, скоро грянет буря.

— Так, Елена Николаевна, счастливых выходных!

Не слушая ее извинительного бормотания, генеральный снова взялся за трубку:

— Маш, найди Костика, пусть принесет мне свободный ноутбук.

— Нет свободных ноутбуков, — сказала Жанна. — Я бы к вам не пришла, если б не пиковая ситуация.

— Ладно, пиковых ситуаций нет, если…

«Но есть тупиковые», — подумала Жанна, но промолчала.

— А можешь завтра с утра приехать ко мне на дачу в Подлипки?

— Надо — подъеду.

— Там есть компьютер, сядешь и будешь спокойно работать.

На том и порешили.

«Апрель хорош в любое время года», — думала Жанна, шагая по желтой подмосковной грязи к даче любимого начальника.

Утро было пронзительно весенним. По закоулкам дотаивали натоптыши темного льда. На ветках деревьев надсаживались любовным криком воробьи, где-то повыше гортанно ссорилось воронье.

Жанна нажала кнопочку у железной калитки.

— Кто там? — спросил в переговорном устройстве женский голос.

— Водопроводчика, в смысле — переводчика вызывали?

— А… да, — хихикнул голос. — Заходите.

Жанна толкнула калитку и пошла по дорожке. На крылечко, прикрываясь кофточкой, вышла шефова супруга — Жанна видела ее на корпоративных вечеринках.

— Вы Жанна, да? Пал Лексаныч велел вас накормить, напоить и посадить работать.

— Есть я не хочу, если только чаю зеленого с дороги.

Жанна села за компьютер, находившийся на первом этаже. Текст пошел довольно споро. К трем часам в дом ввалился шеф, в расхристанном виде и с удочками.

— А, сидишь! Как дела? — весело спросил он Жанну, снимая у двери резиновые сапоги.

— Нормально.

— Значит, мы сейчас все пообедаем, потом подъедет охрана, и мы с Дианой уедем в Москву.

Жанна, не отрываясь от работы, кивнула. На шум появилась из кухни хозяйка.

— Я вам потом покажу комнату для гостей, Жанночка.

В половине пятого Диана спустилась вниз в вечернем платье. Шеф был в смокинге и шелковой бабочке.

— У-у, кто-то развлекаться едет, а бедная девушка сидит-работает в поте лица и еще одного места, — гундосо съехидничала Жанна.

— Не боись — не обижу, — по-купечески вальяжно сказал шеф. — Мишка вот где, интересно?

— Кто? — спросила Жанна из вежливости.

— Охранять тебя будет начальник отдела безопасности лично. Знаешь его?

— Не-а. Я ни в чем предосудительном не замечена, так что с отделом безопасности не контактировала.

— Вы с ним поосторожнее, Жанночка, — многозначительно заметила Диана, которая до перехода на должность жены гендиректора тоже работала в фирме. — Он донжуан еще тот.

— Он на блондинок западает, — возразил шеф. — У него грузины в роду были.

Чирикнул сигнал ворот.

— Заезжай, боец, — сказал шеф в микрофон.

Через несколько минут в дом вошел молодой человек, выше среднего роста, темноволосый, в черном костюме.

— Значит, так. Жанна, это Майкл, Майкл, это Жанна. Холодильник, бар, кофеварка в вашем распоряжении. Мы приедем завтра часов в одиннадцать. Не ссорьтесь.

— Нам делить нечего, — буркнула Жанна.

— Понял. Ты на какой странице, Жаннусь?

— На предпредпоследней. Успею.

— Умница. Все, мы поехали. Миш, остаешься за старшего.

Они вышли.

— Большое чувство юмора у шефа, — скорее самой себе сказала Жанна.

— Что есть, то есть, — ответил темноволосый. — Можно, я телевизор включу?

— Если потихоньку.

К семичасовым новостям перевод был вчерне закончен. Жанна закрыла файл и встала, разгибая затекшую спину.

— Я на улицу.

— Конечно, гуляйте.

Жанна включила чайник и вышла на крылечко. Было почти темно, вечер наполнялся вкрадчивым журчаньем ручейков и призывными криками ночных существ. Жанна постояла минут десять, озябла и вернулась в дом.

— Чего там на улице?

— На улице весна. Вам кофе сделать?

— Если не трудно. Сейчас фильм интересный будет по СТС.

— М-м, вряд ли мне удастся посмотреть. Мне еще двадцать страниц причесывать.

Жанна нацедила ему чашечку.

— Берите кофе.

— Спасибо. А… что это я вас до сих пор на фирме не видел?

— Я там уже восемь месяцев. Плохо смотрели.

Жанна закрыла крантик кофеварки.

— Да я вроде человек наблюдательный.

Она наконец соизволила поднять на него взгляд. У Миши были идеально прямой нос, тонкие черные брови и серо-зеленые глаза в темных ресницах, пристально ее изучавшие. «Будто цену мою прикидывает… Хорошо, что я не блондинка».

— Если в фирме только один переводчик, у него нет возможности бродить по отделам и мозолить людям глаза.

— Что же это Паша упускает такой момент?

— Вот и подскажите ему — узкое место в лице единственного переводчика ставит под угрозу оперативность работы компании. Сегодняшнее бдение — этому доказательство.

Миша усмехнулся:

— Я занимаюсь физической безопасностью.

— А, да, я что-то слышала, — задумалась Жанна. — Вы ведь какой-то чемпион?

— Не «какой-то», а чемпион Российской Федерации по кикбоксингу среди профессионалов. А начинал я выступать как любитель — грекоримская борьба. Мастер спорта, короче.

— Ах, прошу прощения. Кстати, ваш фильм начался.

Жанна кивнула в сторону телевизора. Там юркие желтолицые товарищи почем зря лупили друг друга, сопровождая побоище нечленораздельными воплями.

— Халтура для переводчика, — насмешливо заметила Жанна. — Три-четыре слова на весь фильм. Потише сделайте, пожалуйста. У меня вторая серия начинается.

Жанна отошла к компьютеру, а чемпион плюхнулся смотреть про желтолицых. Ей был виден экран, где драки перемежались с погонями, и полупрофиль чемпиона, который время от времени досадливо вертел головой. Видимо, артисты дрались неправильно, и он их осуждал.

Через два часа Жанна, чувствуя, что просто не понимает написанного ею самой, закрыла файл. Перевоспитание плохих парней также завершилось. В кино добро победило зло нокаутом, перевод победил Жанну по очкам.

— Все, закончили? — спросил Миша, видя, что она достает из холодильника пакет сока.

— Не-а, просто не могу больше — глаза не смотрят.

— Есть проверенный способ расслабиться.

— Чемпионский?

— Да. Полтора грамма коньяка на грамм веса. Хотите? А то на вас смотреть страшно.

— Не ставила цели сразить вас красотой.

— Извините, неправильно выразился. Вид у вас правда усталый. Так налить? Восемьдесят грамм?

— Пятьдесят. Я не ужинала.

— Шестьдесят — минимум. Говорю как профессионал.

Миша нашел в баре бутылку, вынул два пузатых бокала и налил «Хеннесси».

— Тоже сильно переработали? — не без ехидства спросила Жанна, подразумевая его сидение у телевизора.