Режим бога. Зенит Красной Звезды (СИ) - Вязовский Алексей - Страница 66

- Когда?? - покрасневший Романов дергает меня за пуговицу - Когда это случится? И где точно?

- Кажется, город называется Спитак - я аккуратно убираю руку Генсека, сажусь обратно на стул - Когда точно, сказать не могу, не скоро. Но мальчик, который мне снился несколько часов бродил по улицам. Там все было уничтожено. Будто атомная бомба упала. Если город строится в сейсмоопасной зоне, то таких разрушений даже при сильном землетрясении быть не должно.

- Воровство! - Генсек подходит к карте СССР, находит пальцем Ленинаканский район Армении - Знаем, как строят в южных республиках. Тяп-ляп слепили, лишь бы по плану отчитаться. Ладно, считай, что эту проблему ты мне скинул. Назначим комиссию.

Романов усмехается.

- После Грузии и арестов узбеков - Демирчян в штаны наложит. Подумает, что под него копаем...

Ага, Демирчян это у нас первый секретарь Армянской ССР. Может даже и не плохо, что наложит. Романов в очередной раз подтвердит свою репутацию "жесткой руки".

- Может не только комиссию создать, а целое новое министерство? - интересуюсь я

- Ну ка? Что у тебя там опять за идея?

- Министерство по чрезвычайным ситуациям. Отдать ему гражданскую оборону, пожарных, ну и создать группы спасателей постоянной готовности по всей стране. Что случилось - тут же погрузились в самолет или вертолет, прилетели разбирать завалы, спасать людей, госпиталь полевой развернули...

- Любопытно - Романов задумался - Их можно и за рубеж посылать, если какое стихийное бедствие у соседей... Престиж СССР поднимать. Знаешь, в этом есть определенный смысл, надо вынести на Политбюро идею.

В кабинет, постучавшись, заходит помощник. Приносят правленую речь Генерального. Я тихонько перевожу дух. Похоже мои "сны" на этот раз "зашли" удачно.

---

Во вторник утром впервые за долгое время я бодр и свеж, словно заново родился. Нет, что не говорите - сон это великое дело, особенно для молодого неокрепшего организма! Ну, и после сна плотный завтрак в мамином исполнении с большой чашкой кофе. Удастся ли мне пообедать - это еще большой вопрос, а поэтому едой пренебрегать нельзя. За завтраком вспоминаю вчерашнюю встречу Моники с Романовым, которая прошла на "ура" - они друг друга просто очаровали. И это заметили все журналисты, которые присутствовали на аудиенции. Их беседа получилась непринужденной и, я бы даже сказал ...душевной. Романов свою заранее заготовленную речь конечно произнес, но она скорее предназначалась для репортеров, а потом их общение пошло уже совершенно в другом ключе. Григорию Васильевичу даже не пришлось убеждать Монику в миролюбии советских граждан, умненькая девочка и сама во всем прекрасно разобралась, а госдеповские кукловоды точно просчитались, избрав девочку объектом своих манипуляций. А к концу их беседы Генеральный не то что Годунова был готов отпустить за границу, но попроси его Моника - весь сонм советских диссидентов чохом. Прямо хоть новый "философский пароход" готовь. Вот был бы сюрприз для госдеповцев...!

После Кремля я повез всю "банду" обедать в "Прагу", сочтя, что гостям будет полезно узнать о лучших ресторанах Москвы. В "Праге" нас уже конечно ждали и накормили ничуть не хуже, чем в Суздале - американцы с таким энтузиазмом зачищали столы от еды, словно их три дня не кормили. В конце всех ждал еще один приятный сюрприз, подготовленный главным образом для сладкоежки Моники - презентация продукции знаменитого кондитерского цеха. В зал торжественно ввезли сервировочные тележки, заставленные пирожными и тортами, и ввезли их не официанты, а сами кондитеры в высоких накрахмаленных колпаках, под предводительством Владимира Гуральника. Чья идея? Моя идея! Даже у нас, у взрослых, глаза разбежались от огромного разнообразия, а бедная Моника, кажется, вообще была на грани культурного шока. Перед ней торжественно поставили огромное блюдо, заполненное крохотными пирожными граммов по 30-40. Все эти маленькие птифуры и эклерчики, безе и корзиночки произвели на нее неизгладимое впечатление. А за ними шли небольшие порционные куски всех самых знаменитых тортов ресторана. И даже я, не самый большой сладкоежка, безошибочно узнал среди них торт "Вацлавский" посыпанный грильяжной крошкой, "Прагу", "Птичье молоко", и "Марику".

- ...Это все мне...? - растерянно спрашивает меня девочка.

- Конечно! Все для маленького Посла Мира, Моники Картер!

Девочка со счастливым лицом приступила к дегустации, а кондитеры в это время доходчиво рассказывали гостям об особенностях каждого десерта, я же по мере своих сил переводил их объяснения на английский. На пятом пирожном Моника обвела взглядом поднос и жалобно произнесла

- Витья.., я столько пирожных съесть не смогу, я же лопну... Но мне так хочется все это попробовать...!

Пришлось успокоить Монику, что все оставшееся, сложат для нее в коробку и отдадут им с собой. Сладкоежка довольно вздыхает и тянется за очередной вкусняшкой. Я наклоняюсь к ее уху и задаю провокационный вопрос

- А хочешь посмотреть, как это все готовят?

- Ты еще спрашиваешь?!!

Я забираю операторов, и мы идем вслед за кондитерами к ним в цех. На входе нас просят надеть белые халаты и поварские колпаки, после чего Моника начинает хихикать. Наверное, мы с ней и впрямь забавно выглядели, зато кадры у нас получились замечательные. Потом девочка помчалась посмотреть, как одна из кондитеров украшает трехъярусный торт, созданный на заказ. Кто-то предложил Монике самой попробовать украсить пирожное. У-у-у... это они зря..., теперь американку отсюда и силком не вытащить. Мы ее теряем...! Пока прикусив от усердия язык, наша маленькая гостья выдавливает крем на пирожное из кондитерского мешка, я спрашиваю Владимира Михайловича, почему он не оформляет патенты на свои торты?

- У нас так не принято - смущенный Гуральник разводит руками - Потом любой торт - это же коллективное... творчество

- Ну и запатентовали бы рецептуру на ресторан - пожимаю плечами я - Чтобы другим кондитерам в голову не пришло халтурить.

Кондитер молчит, косит взглядом на директора. И вот так у нас во всем... Государственное - значит ничье. Помочь что ли хорошим людям с регистрацией патентов? А пока вношу свое рационализаторское предложение: создать к Олимпиаде торт, состоящий из пяти разноцветных слоев в цветах олимпийских колец. У каждого слоя свой вкус и цвет. Такие торты стали популярны в 90-х, но сейчас до этой простой идеи никто почему-то еще не додумался. Смеясь, уверяю всех, что на авторство не претендую, но если он у них получится, я рассчитываю на один призовой экземпляр. У Моники тем временем половина крема из кондитерского мешка оказывается на руках, на халате и даже на щеках. Но восторгам нет предела, и была бы ее воля - мы бы здесь остались навсегда ...

Выныриваю из приятных воспоминаний и возвращаюсь в сегодняшнюю действительность. Запись в Останкино сегодня нужно провести на самом высоком уровне, так чтобы американскую девочку Монику увидела и полюбила вся советская страна. У нас вроде все готово, но меня больше волнует встреча с Лапиным... Нам срочно нужно с ним поговорить. О чем? О многом... Для начала о том, что большая часть песен, которые будут исполнены на предстоящем концерте, моего сочинения. Хотя петь их будут и разные артисты. Считаем и загибаем пальцы. Премьера "Две звезды" - это раз. Феличита, на исполнении которой я буду настаивать особенно - это два. Пьеха исполнит "Белый вечер" - это уже три. Эдита Станиславовна, кстати, еще раз меня приятно удивила - она принесла личные извинения еще и Григорию Давыдовичу, когда тот позвонил ей, чтобы справится о ее планах на концерт к 8-му Марта. Да, надо сказать, что наш Клаймич все-таки наотрез отказался отправляться в санаторий. Заявил, что он и так неплохо отдохнул за время своего пребывания в ЦКБ, а сейчас ему просто необходимо "немного поработать для восстановления тонуса". Сторговались на недельную отсрочку, но я взял с него клятву, что он во всем будет соблюдать меру. "Главный из трудоголиков" торжественно мне это пообещал в присутствии родного коллектива. Ага... пообещал, а уже в воскресенье заявился на работу к восьми утра, и пока мы выгуливали американцев в Суздале и в Большом, наш ненаглядный директор развернул в студии бурную деятельность.