Ночь Охотника - Сальваторе Роберт Энтони - Страница 101

Игла Коза, наполненная энергией, полетела, словно копье, в туннель вслед за убегавшей эльфийкой. Посох врезался в стену недалеко от входа в туннель, и затем раздался взрыв такой силы, что весь комплекс содрогнулся, словно от землетрясения. Падая на пол, Кэтти-бри испугалась, что она только что разрушила древний город и, возможно, освободила Предвечного.

Глава 27

Никогда не забывай

Дзирт и Энтрери бежали по коридору, который тянулся позади Кузни, миновали лавовый туннель, затем еще один, слева, и железную дверь, преграждавшую вход в один из коридоров в стене справа.

Они не обратили внимания на эту дверь; она послужила им лишь ориентиром, по которому они поняли, что Кузня уже близко.

Но внезапно их подбросило в воздух, затем швырнуло на каменный пол; туннель содрогнулся, как будто от мощного взрыва, слева, из щелей между волшебной дверью и косяком, вылетели облака пыли и каменной крошки. Оба врезались в противоположную стену, и Энтрери очутился в нескольких шагах от открытой лавовой трубки.

– Это чудовище, – прошептал Дзирт, поднимаясь с пола. И побежал дальше; а Энтрери, который с каждым шагом хромал все сильнее, бросился следом, стараясь не отставать.

Когда они появились в ярко освещенной Кузне, Дзирт сначала заметил брата Афафренфера, который стоял, привалившись к открытой мифриловой двери; ноги почти не держали его. Дроу окликнул монаха, тот оглянулся и замахал руками в сторону дверного проема и простирающегося за ним коридора.

Дзирт, не замедляя бега, быстро нырнул в туннель, и Энтрери, подволакивая ногу, поспешил за ним.

Ворвавшись в камеру Предвечного, Дзирт резко остановился. Перед ним открылась потрясающая картина: паутина, мертвый зеленый паук, каменный алтарь, груда остывающей магмы у края ямы и Компаньоны из Халла, стоявшие перед кучей камней, завалившей один из туннелей. Дзирт вспомнил, что это вход в лавовую трубку.

Кэтти-бри тяжело опиралась на Бренора, у нее был такой вид, словно она вот-вот потеряет сознание; она была вся покрыта пылью, и Дзирт бросился к ней.

– Нашли мы твою Далию, – проворчал Бренор, кивнув на кучу каменных обломков.

Дзирт ахнул в ужасе. Энтрери тоже услышал эти слова, подбежал к камням и начал раскидывать их, поднимая облака пыли.

– Далия! – крикнул он, швырнул на пол камень и резко развернулся к остальным: – Что вы натворили?

Дзирт привлек к себе Кэтти-бри, испугавшись, что Энтрери сейчас набросится на нее, но женщина выпрямилась, шагнула вперед и решительно подняла голову.

– От той эльфийки, которую ты знал, почти ничего не осталось, – уверенно произнесла она. – Она во власти демона. Она не послушала моих уговоров. Ее охватило безумие.

Энтрери схватил очередной камень, развернулся и с силой швырнул его в кучу, преграждавшую вход в туннель. Затем сел на пол, как будто не в силах был больше держаться на ногах, и бессмысленно уставился в одну точку.

– Надо скорее уходить, – заметил Реджис. – Вы нашли женщину-дворфа?

Дзирт не сводил взгляда с Кэтти-бри, с ожога и синяка у нее на горле.

– Она сейчас нас догонит, и мы освободили еще нескольких рабов, – ответил он. – Да, ты прав, пора уходить, и как можно скорее.

Он обнял Кэтти-бри за плечи, подтолкнул женщину к Вульфгару, подхватившему ее. Затем кивнул своим друзьям, и все направились к Кузне.

– Надо уходить, – обратился Дзирт к Энтрери несколько мгновений спустя, подошел к ассасину и склонился над ним.

– Значит, уходи.

– Здесь тебе больше нечего делать.

Энтрери поднял голову, и угрюмое выражение его лица все сказало Дзирту еще прежде, чем человек прошептал:

– У меня вообще в этом мире больше ничего не осталось.

– В жизни всегда можно найти цель и смысл.

– Уходи, дроу, – попросил Энтрери. – Твое место рядом с твоими друзьями.

– Ты найдешь… – начал было Дзирт, но Энтрери перебил его.

– Уходи, – более твердо проговорил он, затем снова повернулся к куче обломков.

Дзирт смотрел на него еще какое-то время, затем понял, что сказать больше нечего. Он поднялся, похлопал Энтрери по плечу и направился к выходу.

– Я никогда не забуду того, что ты пришел освободить меня, Дзирт До’Урден, – произнес вслед ему Энтрери, и почему-то сердце Дзирта дрогнуло, он сам не понял почему.

Когда Дзирт вернулся в Кузню, Амбра и трое освобожденных рабов-людей уже добрались туда. У Кэтти-бри не осталось магических сил, чтобы помочь заколдованной жрице, но Реджис покопался в своем волшебном мешке и достал какое-то зелье, которое, но его мнению, должно было сработать. И действительно, еще прежде чем отряд из десяти спутников отправился в путь, Амбра снова могла говорить, и теперь рот у нее буквально не закрывался: она рассказывала о своих приключениях тем, кто соглашался ее слушать.

– Мощное рвотное, – прошептал Реджис Дзирту с Бренором и кивнул в сторону взбодрившейся женщины-дворфа. – Я решил, что это окажется сильнее любого яда дроу.

– Аха-ха! – загоготал Бренор, и Дзирт улыбнулся, к собственному удивлению. У него было тяжело на сердце от мыслей о судьбе Далии, и его переполняло сострадание к Энтрери.

Амбра подбежала к своему дорогому другу Афафренферу, положила мощную ладонь ему на лоб и начала нараспев произносить волшебные слова, взывая к своему богу с просьбой наделить истощенного человека целительным теплом и силой.

Почти сразу же Афафренфер выпрямился и кивнул в знак благодарности.

– У меня еще наготове кое-какая магия, – предложила жрица.

– Тогда примени ее на себе, – посоветовал Реджис, отходя от Бренора и Дзирта. – Я не уверен, что мое зелье долго выдержит против проклятия дроу.

– Проклятия этих мерзопакостных дроу, – пробормотал Бренор, и Дзирт кивнул, услышав его слова.

– Мне не нравится видеть их здесь, эльф, – продолжал дворф. – Кроме тебя, конечно.

– Конечно, – усмехнулся Дзирт.

Бренор хотел было еще что-то добавить, но прикусил язык, и на лице его появилось странное выражение. Он поднял руку, давая Дзирту знак молчать, и повернулся к главному горну.

– Бренор? – спустя несколько минут окликнул его Дзирт, потому что дворф просто стоял на месте, уставившись на огромную печь.

Не говоря ни слова, Бренор зашагал к горну. Приблизившись, он положил топор, шлем и щит на металлический поддон возле закрытых дверец печи. Огляделся, не обращая внимания на вопросы Дзирта, нашел какую-то кочергу с крючком на конце и длинные щипцы.

Остальные подошли к Бренору и Дзирту; Кэтти-бри и Вульфгар спрашивали, что собрался делать Бренор, но дворф по-прежнему не отвечал. Он потянулся через поддон, крючком поддел тяжелую дверцу печи и открыл ее.

Внутри яростно ревел огонь Предвечного; Бренор кивнул и улыбнулся.

Затем забегал вокруг печи, собирая нужные инструменты.

– У нас нет времени, – возразил Дзирт, сообразив, что он собирается делать.

– Охраняй помещение, – отозвался дворф отстраненным тоном, не допускающим возражений.

– Бренор!

– Просто охраняй эту пещеру, эльф! – приказал дворф. Посмотрел мимо Дзирта, на остальных: – И вы все тоже!

– У нас раненые, – напомнила ему Кэтти-бри. – И простые люди, которые не могут сражаться. Каждая минута задержки…

Дворф мрачно посмотрел на нее.

– Нам надо ид… – начала было Кэтти-бри, но внезапно смолкла и пристально уставилась в огонь: она услышала зов Предвечного. – Топор, – сказала она дворфу. – И шлем…

Кэтти-бри взглянула на Бренора, и на лице ее внезапно появилось радостное выражение. К ужасу остальных, она вскочила на поддон и шагнула совсем близко к отверстию печи, туда, где обычное смертное существо не могло бы стоять из-за нестерпимого жара, и наклонилась за доспехами дворфа.

– Дочка! – встревожился Бренор.

Кэтти-бри с широкой улыбкой оглянулась, держа в руках топор Бренора. И швырнула его в печь.

– Дочка! – воскликнул дворф, а остальные ахнули.