Педофил: Исповедь чудовища (СИ) - Крыжановский Пётр - Страница 57

Альфред не подавал виду, но был напуган. Напуган тем, что приступы тошноты и боли, возможно, вернулись снова, и кто знает, чем это обернется. А что если он снова потеряет память? Что если это произойдет внезапно и его снова никто не станет искать? Из его жизни исчезнет интригующая и такая манящая Рита Коулмен... Что если?..

Находясь в машине скорой помощи, по дороге в больницу он будет задавать себе очень много вопросов, не желая вспоминать и думать о том, что напугало его на самом деле, о том, что он выкрикнул, прежде чем потерять сознанное. Нечто запредельно мерзкое! Эмоции, испытанные в тот момент, были неестественными для Альфреда — панический животный страх и демоническая злоба. Он не станет много и долго размышлять о пережитом странном ужасе, который наверняка никогда не повторится. Он просто объяснит случившееся тем, что увидел галлюцинацию, навязанную чрезмерной эмоциональной интеграцией в дело о похищении и убийстве. Его мозг, измученный страшной травмой, о которой он ничего не помнит, немного переутомлен. Случилось то, что случилось, об этом просто не надо думать.

Испытывая легкое головокружение и тошноту, Альфред лег на удобные носилки. Кейт потянулась рукой и погладила его черные шелковистые волосы.

— Все будет хорошо, — нежно сказала она.

— Да, наверняка будет, — грустно добавил он, поворачивая голову вправо, делая намек коллеге, что к нему не надо прикасаться.

Глава 21

В центре Индианаполиса, среди высоких серо-бежевых и коричневых зданий, в плотном кругу, огибаемый дорогой стоит монумент солдатам и морякам. Неоклассическая стела, сделанная из оолитового известняка, украшенная бронзовыми барельефами, возвышается над городом на 87 метров, что всего на шесть метров ниже Статуи Свободы. Отец одного из похищенных мальчиков назначил встречу агенту Альфреду Хоупу как раз недалеко от величественного монумента.

Среди бетонно-стеклянных закоулков деловых кварталов спрятался небольшой, но любимый местным офисным планктоном итальянский ресторан «Бука Ди Бепо».

Альфред, оглядываясь по сторонам, перебежал через дорогу, огибая томящиеся в пробке автомобили. Припарковав свою машину в нескольких кварталах от центра, он решил пройтись, убивая тем самым лишнее время, оставшееся до встречи. Шагая вдоль высокого офисного здания, напоминающего прозрачный аквариум, он не слишком внимательно смотрел на прохожих, торопящихся использовать время, отведенное на ланч, максимально эффективно. Молодые люди и те, кто с помощью спорта или денег стараются затянуть свою молодость, одетые в черные и серые деловые костюмы, не выпуская из рук телефоны, спешили по своими делам, суетно обходя друг друга, раздраженно останавливаясь на медленно считающих секунды светофорах. Федеральный агент как никогда подходил по своему виду под окружающую его толпу. Не зная его профессии, можно было подумать, что молодой привлекательный мужчина — местный белый воротничок, но никак не сотрудник правоохранительных органов.

Остановившись у небольшой летней террасы, скрывающей от солнца под полосатым бело-зеленым навесом сидящих за столами людей, Альфред взглянул на часы. Его недорогой хронометр показывал без семи минут час, до встречи с Тедом Эдисоном оставалось еще немного времени. Обернувшись, он посмотрел на шумную заполненную людьми террасу. Все столы были заняты, а на тех, что были свободны, стояли таблички с надписью «резерв». Альфред не хотел стоять целых семь минут под палящим полуденным августовским солнцем и, заметив белую табличку, на которой написано «У нас работает кондиционер», зашел внутрь. Ресторан «Бука Ди Бепо», помимо террасы, состоял из нескольких уютных комнат, где стены были увешены старыми черно-белыми ­фотографиями, на которых были запечатлены знаменитые итальянцы прошлого столетия. Скромные деревянные столы в залах были накрыты клетчатыми красно-белыми скатертями. Место, выбранное мистером Эдисоном для встречи, не отличалось особой стильностью или гламуром, но было фантастически уютным. Внутри было пусто, никого, кроме пицайоло, колдующего над тестом, и парочки молодых официантов, жадно глядящих сквозь окно на террасу в ожидании новых заказов, не было.

Только что зашедшего гостя окутала приятная прохлада, и он еле заметно улыбнулся. Выбрав стол, расположенный прямо напротив входа, он снял с себя серый пиджак и, кинув его на красный кожаный диван у стены, удобно устроился за ним. В ожидании официанта он взял со стола тейбл-тент и стал бегло его просматривать.

Около столика появился чернявый молодой человек в белой рубашке и красном фартуке. Ловко и бесконечно профессионально, не отрывая гостя от прочтения настольной рекламы, он положил перед ним меню и винную карту. Альфред поставил тейбл-тент на соседний стол и посмотрел на официанта.

— Сделаете заказ сразу или еще посмотрите меню? — спросил тот.

Гость растеряно перелистнул две страницы меню и, не поняв, что скрывается за сложными итальянскими названиями, закрыл его.

— Принесите мне, пожалуйста, кофе. Двойной американо.

— Что-нибудь к кофе?

— Десерт, любой, на ваш выбор, — пожал плечами Альфред.

Кивнув головой, официант забрал со стола меню, после чего скрылся. Всего спустя пару минут гостю принесли чертовски ароматный кофе и кусок вишневого пирога.

Альфред с удивлением посмотрел на официанта.

— Я думал, будет какая-нибудь панакота или профитроли.

— Вы же сами сказали, на мой вкус, — улыбнулся парень.

— Спасибо, — кивнул головой гость, подвигая ближе к себе блюдца с десертом и кофе.

Оставшись один, он вновь посмотрел на часы. Отец Дэвида Эдисона опаздывал на три минуты. Альфред, обжигая язык, отпил немного кофе. Его рука как раз потянулась к десертной вилке, когда он обратил свой взор на входные двери. За ними стоял высокий худощавый брюнет, выглядящий взволнованным и усталым. Он явно кого-то искал, оглядываясь по сторонам. Обернувшись и заглянув сквозь маленькое круглое окошко внутрь ресторана, он заметил того, кто был ему нужен.

Альфред поднял правую руку, давая понять мистеру Эдисону, что тоже его заметил.

Двери распахнулись, и внутрь зашел суетливый худой мужчина средних лет, на котором слегка висел хороший деловой костюм. Подойдя к столу, он протянул руку и улыбнулся как-то очень устало и грустно.

— Извините за опоздание.

— Ничего страшного, — встав, пожал руку Альфред. — Такие пробки…

Вздыхая, мистер Эдисон расстегнул бежевый пиджак и, поправляя упавшую на вспотевший лоб челку, сел напротив агента Хоупа.

— Да, пробки здесь невозможные. Вроде не Нью-Йорк или Вашингтон, а трафик такой, что проще на велосипеде ездить, чем на машине, — нервно постукивая правой ногой по полу, он посмотрел на экран своего смартфона.

— Вы торопитесь? — интересовался Альфред.

— А, вы об этом, — неловко посмотрел на собеседника мистер Эдисон, после чего положил телефон на стол перед собой. — Нет, я с помощью приложения наблюдаю за местом нахождения дочери.

— Почему таких приспособлений не было еще несколько лет назад… — кивал головой Альфред.

— Были, только мы с Маргарет о них не знали, — нервно улыбался собеседник. — Узнали мы об их существовании при крайне печальных обстоятельствах.

Около беседующих мужчин появился официант. Не дожидаясь, пока тот начнет ритуал, включающий в себя раскладку меню и стандартные вопросы, измотанный худощавый гость попросил:

— Просто стакан холодной воды. Больше ничего не надо.

Чувствуя напряжение, исходящее от гостя, молодой человек удалился, торопясь выполнить заказ.

— С вами все хорошо?

Мистер Эдисон безразлично оглядел ресторан, после чего вернул взор на федерального агента.

— Тремор и беспокойство — побочные действия анти­депрессантов, что-то там с норадреналином, из-за него я выгляжу, как псих. Представляю, каким я кажусь со стороны.

— Вы не пробовали поменять препарат?

— Хм… — грустно улыбался собеседник. — Каждый больной, страдающий от фобий, тревожности, посттравматического синдрома или клинической депрессии, прекрасно знает, что нужно сделать, чтобы вернуться в нормальное состояние. Для одних это любимый человек, который тебя унизил и бросил. Унизив его сильнее или вернув в свою жизнь в прежнем статусе, больной успокоится спустя совсем немного времени. Кто-то обретет умиротворение, убив врага или достигнув успеха в работе и финансах. Для меня это Дэвид. Если бы он вернулся или, допустим, я знал, что он уже мертв и не страдает, за пару лет я бы вытащил себя из этого состояния. Таблетки не лечат. Лечит жизнь. Говорю вам это как психолог, который с огромным удовольствием выписывал мощнейшие препараты своим пациентам и теперь врет им, делая вид, что совершенно здоров.