Испытание (СИ) - Сугралинов Данияр Саматович - Страница 81

Аккуратно, стараясь не привлекать ничье внимание резкими движениями, встаю и поднимаюсь наверх, в противоположную от Панченко сторону. Решаю сделать дугу побольше, чтобы не попасть в поле прямой видимости.

Задевая зрителей, потому что мой взгляд не отрывается от Кости, иду в его сторону так, чтобы зайти в конечном итоге сзади. Из-за этого натыкаюсь на кого-то и больно ударяюсь плечом о чей-то лоб. Машинально извиняюсь – передо мной какой-то низкорослый крепкий широкоплечий парень, смотревший, судя по всему, на ринг, потирает лоб.

– Прошу прощения, – одновременно говорим мы с ним друг другу.

Делаю извиняющееся лицо и пытаюсь обойти его, но он не отводит взгляда, и это взгляд узнавания. Его лицо вытягивается.

– Фил?

– Да… – тяну я, лихорадочно пытаясь понять, откуда этот явно местный парень меня знает. – А мы знакомы?

– Я – Майк! – кричит он мне в ухо, пытаясь перекричать толпу. – Майк Хаген![8]

– И? – Имя кажется мне смутно знакомым.

Парень чешет затылок и смущается.

Майк ‘Бьорн’ Хаген, 29 лет

Текущий статус: профессиональный спортсмен.

6 уровень социальной значимости.

Класс: боец 7 уровня.

Не женат.

Замечен в противоправных действиях!

Отношение: Дружелюбие 15/60.

Интерес: 81 %.

Страх: 0 %.

Настроение: 75 %.

Его интерес к моей персоне подозрительно высок – не об этом ли предупреждал меня Алекс? На всякий случай прикидываю, как буду уходить – «Спринт», рывок к Косте под «Скрытностью», деактивация интерфейса и… Дальше будет видно.

Кладу руку на плечо парня, и, прикрываясь им, веду в сторону Панченко. Милая беседа двух старых приятелей, что может быть обычнее?

– Это, наверное, глупо, – он делает резкие движения головой, будто разминая шею, и я понимаю, что он искренне волнуется. – Я видел тебя во сне, бро…. Черт, извини. Но я, правда, видел тебя!

Меня осеняет – да он, никак, тоже носитель и участник Испытания?

– Скажи, Майк, ты… особенный? Ты видишь текст и цифры?

Если нет, то он ничего и не поймет.

– Ты тоже! – восторгается он. – Вот почему ты мне снился! Но…

– Что?

– Это было какое-то странное место… – бормочет Майк, и я могу расслышать его только благодаря феноменальному слуху. – Оранжевый лес, фиолетовое небо, странные деревья…

Кажется, я понимаю, о чем он говорит. Илинди рассказывала, что носители часто видят во сне то, что происходит с их копиями в Испытании. Неужели мы с Майком там пересеклись?

– И что мы там делали? – спрашиваю я чуть напряжённее, чем следует.

– Не знаю, – он как-то совсем по-детски улыбается и жмет плечами. – Ты пожал мне руку и сказал, что тебя зовут Фил. А я сказал, что я – Бьорн.

– Ты что-то знаешь об Испытании?

Он не понимает, о чем речь. Вместо ответа на мой вопрос он останавливается, приближает лицо к моему и доверительно шепчет:

– У тебя слишком низкий уровень, Фил. Тебе надо чаще драться.

– Что?

– Я говорю, тебе надо чаще драться, бро!

– С кем драться?

– Вообще.

– Зачем?

– Чтобы твой уровень рос! Тебе тридцать два года, а у тебя меньше двадцати поединков за всю жизнь! Это очень мало! Ты так будешь очень медленно качаться!

Он продолжает мне рассказывать о том, как правильно тренироваться, как прокачивать бойцовые приемы типа ударов рукой или ногой, и я понимаю, что у парня интерфейс, скорее всего, заточен под какой-то компьютерный файтинг типа Mortal Kombat или Tekken[9]. И вряд ли это версия Илинди.

– Братишка, – я зеркалирую его стиль общения, – видишь ли, я и на своем «низком» уровне тебя сделаю. Качать надо добрые дела и свою полезность миру, а не драться.

– Что? – он задорно смеется. – Ты? Меня? Не хочу тебя расстраивать, но со следующего сезона я – профессиональный боец UFC.

– А я чемпион своего города, – меня веселит эта перепалка, тем более до Кости осталось пройти метров десять. – По боксу.

– Ха! Какой бокс, бро? Скорее, по шахматам среди калек, инвалидов и стариков! Ты, конечно, выглядишь здоровым малым, но статистика твоих боев удручающая. Видел бы ты, с кем мне приходилось драться!

Майк продолжает плестись за мной и что-то рассказывать о тюрьме и «деревянном ринге», где он бился насмерть сразу против троих, но слушаю я вполуха. Цель рядом.

Костя взасос целуется с яркой фигуристой блондинкой, чья футболка ничего не скрывает. До него пара метров. Майк продолжает увлеченно рассказывать о том, как он знавал одного русского, с которым сидел в одной камере…

– Извини, я на секунду, – говорю Майку и включаю «Спринт».

Все вокруг на миг замирает, а потом продолжает жить, но уже в три раза медленнее. В таком слоу-мо окружающий шум, вульгарный смех блондинки и речь Майка превращаются в монотонный низкий гул.

Вдох. Делаю шаг, другой, легким касанием дотрагиваюсь до затылка Константина Панченко и активирую «Деинсталляцию интерфейса».

Шаг и еще назад, я снова возле Майка, застывшего с выпученными глазами. Не могу удержаться от подколки и натягиваю ему футболку на голову. Выдох.

Мир возвращается к нормальной скорости.

Панченко валится на бок, потеряв сознание – вот так выглядит деинсталляция системы со стороны? Крики блондинки зрители вокруг воспринимают за поддержку одного из бойцов на ринге. Я же смотрю на это не больше секунды – ощущение, будто комара прихлопнул. Не испытываю я к нему ни ненависти, ни злости. Так, жалость – появился у человека шанс, да так же и пропал. И в грядущем Испытании ему точно ничего не светит.

Майк возвращает задранную футболку на место и улыбается.

– Охренеть, Фил! У тебя тоже есть «Тактическая пауза»? Круто!

Приходит моя очередь выпучить глаза и выронить челюсть.

– Что за тактическая пауза?

– Ну… – Майк подбирает слова. – Способность такая. Когда ты очень быстро двигаешься, а все вокруг как будто замирает. Слушай, круто было бы нам реально провести спарринг-другой, а?

– Малыш, – говорю я, и парень вздрагивает, – нам с тобой точно есть о чем пообщаться! Может, и побуцкаемся. Сейчас у меня дела, но буду рад еще раз с тобой встретиться.

– Точно, мне тоже пора! Скоро мне выступать, – он показывает на ринг, и его лицо озаряет счастливая улыбка.

– Удачного боя, братишка, – не могу и сам сдержать улыбку, отчего-то испытывая к парню теплые чувства, и обнимаю его.

Чем-то он напоминает мне Славку.

– Мой адрес…

– Я найду тебя, не переживай, – хлопаю его по спине. – Теперь я тебя везде смогу найти…

«Если не потеряю интерфейс, как и ты», – конец фразы я не озвучиваю. Потому что, если это случится, то мы оба ничего не вспомним. Но в этом есть и хорошие новости. Несформировавшаяся мысль, свербевшая мне мозг со вчерашнего дня, наконец, преображается в нечто разумное и понятное.

То, что цэрэушники помнят о носителях интерфейса все, включая события, произошедшие с ними в этот период, говорит только об одном. Хфор и остальные врут. Да, проигравший в Испытании теряет интерфейс. Да, он не помнит, что этот интерфейс вообще был с ним. Но все, чего он добился, остается! Ветка реальности не откатывается ко дню получения системы Augmented Reality! Platform! А, значит, даже если все у моей копии будет плохо там, на Пибеллау, и Фил-2 проиграет, жизнь этим не закончится.

Смотрю вслед Майку. Идет он пружинистой походкой и на ходу разминается. Прилично развитые физические характеристики, бешено задранные навыки, причем не как у меня – «бокс», «бег», а намного детальнее. Одних навыков удара рукой – четыре. И все развиты выше десяти очков, намного выше. Будет интересно с ним пообщаться, пока я не уехал отсюда…

Новый приступ эйфории получается пережить на ногах. Разве что, чуть качнувшись на ватных ногах, я опираюсь на спинку кресла, выдавливаю «Sorry!» и отхожу к лестнице, чтобы не мешать зрителям.