Хорошо забытое старое. Книга 2 (СИ) - Осинская Олеся - Страница 25

— Ты еще заплачь от огорчения, — жестко добавила Ольга, не испытывая при этом ни малейших угрызений совести. — Ревность — неприятная штука, да?

Андрей покраснел, гордо поднял голову и так же гордо промолчал. Впрочем, надолго его не хватило. Через пару минут он снова со вздохом взглянул на Ольгу.

— Но… он тебе не подходит, — начал он. — Он старый, он тебе в отцы годится!

При этих словах Ершова притормозила, с недоумением взглянула на парнишку, а затем громко рассмеялась.

— Ничего смешного, — обиженно буркнул Усольцев. Что за манера, чуть что не так, смеяться с него.

— Послушай, Андрей. Командор Дрейк — самый молодой член мирового Совета за всю его историю. Да, он, как и все люди, регулярно проходит процедуры, омолаживающие организм и здоровье. Но не проходит косметических процедур — он хочет казаться взрослее. На самом деле, Дрейк старше меня всего лет на пять. А вот я тебя старше… — Ольга сделал вид, что подсчитывает в уме, — на двадцать пять. Я не ошиблась? Это не он мне в отцы годится. Это я тебе гожусь в матери.

— Зато он тебя не любит! А я… — парнишка резко заткнулся, сообразив, что говорит… — Ничего, это я так…

"Да, а вот с этим трудно поспорить", — кисло подумала Ершова.

— Все, пришли. Посиди здесь полчаса, ладно? Закажи себе что-нибудь.

Андрей кивнул.

— Ты снова к нему?… — едва слышно пробормотал он, глядя в спину удаляющейся Ольге.

— И что ты по этому поводу думаешь? — спросила Ольга, вернувшись в кабинет.

Дрейк вертел в руках винтовку Андрея, внимательно ее рассматривая.

— Учитывая исключительность ситуации, можно провести сеанс гипноза и однозначно выяснить, кто он такой. Но, подозреваю, что он говорит правду, — Дрейк на мгновение перевел глаза на Ольгу, затем вернулся к осмотру винтовки. — Так говоришь, у Саяны еще и пистолет есть?

— Погоди, — перебила Ершова оружейные исследования начальника. — Что будем делать с парнем? Если мы хоть где-то заикнемся…

— Да-да, сразу выстроится две очереди. Одна из желающих доказать, что мы идиоты. Вторая из жаждущих разобрать мальчишку на запчасти и отправить на опыты. Поэтому, — командор, наконец, отложил оружие и повернулся к собеседнице. И без того вечно серьезное и угрюмое лицо стало еще серьезнее, — поэтому мы не будем, как ты выразилась, заикаться. Ты нигде не была и ничего не видела.

— И что дальше?

— А дальше будем решать проблемы по мере поступления. Парню здесь не место, но мы не знаем, каким ветром его сюда занесло. Узнаем — отправим обратно. А до тех пор придется его прикрыть. Хочешь выпить?

— На работе?

Колин пожал плечами, мол — нет, так нет. Плеснул себе пару глотков виски и залпом выпил.

— И как, позволь спросить, ты собираешься его отправить назад?

— Успеем еще над этим подумать, — уклончиво ответил командор. — В любом случае на ближайшие полгода можешь о нем забыть. Надо будет взять биологический материал, вырастить и вживить искин — на адаптацию уйдет немало времени, он ведь не ребенок уже, потом залить базовые данные о современном мире, Городах, силовых полях

— Язык, — со своей стороны вставила Ольга, — он не знает общего. Конечно, когда появится искин, можно будет говорить через трансворд. Но это будет выглядеть странно.

— Да, верно. Я оправлю его пока к Джессике Аскер — пусть займется парнем.

— А может лучше на Калею к миссис Джексон?

Дрейк подумал немного, затем качнул головой.

— Нет, лучше к Джессике. Здесь ближе, тебе легче будет за ним присматривать.

— Мне? — переспросила помощница, не сумев скрыть нотки раздражения. — За ним присматривать?

— Конечно, — ровно ответил Дрейк, однако Ершовой тут же почудилась плохо завуалированная насмешка. — Ты его нашла, значит, он твой.

Колин слегка хмыкнул, затем серьезнее добавил.

— Если честно, у тебя лучше выйдет найти к нему подход.

"Да уж", — обреченно подумала Ольга, вспоминая сцену ревности, устроенную Усольцевым каких-то пятнадцать минут назад.

— Договорились, но сейчас к Джессике повезешь его ты. Без меня. Если что — клиент в кафетерии, — выдала майор напоследок и быстро смылась, не давая начальнику возможности возразить.

2–4 октября 2х51 года по земному календарю.

ЗЕМЛЯ. Джунгли Сахары.

Двигаясь больше на упрямстве, нежели сознательно, Саяна Аскер не сразу сообразила, что фактически тащит на себе спасенного. Ее спутник давно обмяк и не переставлял самостоятельно ноги. С осознанием этого девушка сразу почувствовала и собственную усталость, и немалый вес своего живого груза. Она аккуратно опустила Рея на землю и прислушалась к дыханию. За время боя она полностью истратила и основной заряд искина, включая аварийный резерв, и дополнительную батарею. Сейчас, когда появилась минутка, чтобы задуматься о своих действиях, сержант Аскер поняла, что здорово сглупила — не послала аварийный сигнал пока была такая возможность. Теперь ее нет.

Просканировать потерпевшего с помощью искина она соответственно не имела возможности. Как могла, в темноте, Саяна ощупала пациента. Видимых повреждений не было. Однако дыхание слабело, руки стали прохладными, а пульс едва прощупывался — причем девушка совершено не была уверена, действительно ли это пульс Шеверса, а не ее собственный. Может, у него внутренние повреждения? Или отравили чем-то?.. Неожиданно заныла собственная рана на боку. Аскер легко пробежалась по ней пальцами, пытаясь оценить степень повреждений — не царапина, конечно, но ничего, переживет.

Шум в соседних кустах, отвлек разведчицу от размышлений. За ним последовало резкое птичье верещание и хлопанье крыльев. Саяна замерла.

— Птица, всего лишь птица… — облегченно выдохнула она, чувствуя, как медленно разжимается в груди комок страха. Рано она расслабилась, надо уйти как можно дальше, пока их не нашли. Странно, что до сих пор не догнали — девушка с парнем оставили за собой неплохую траншею, бери и иди по следам. Или туземцы боятся темноты? Или ее боятся? Девушка до сих пор не могла понять эту странную общую истерию, что началась с ее появлением. Как бы там ни было, стоило воспользоваться этой поблажкой озлобленной судьбы.

Аскер срубила лазерно-силовым ножом пару толстых гибких веток, соорудила односторонние носилки. Перетащила туда Шеверса и двинулась в сторону их бывшего лагеря. Как минимум надо было забрать аптечку.

Где-то в середине ночи Саяна добралась до лагеря. И первым делом проверила состояние Рея. Даже не будучи врачом, девушка поняла, что ему хуже. Она не чувствовала ни пульса, ни дыхания, и только короткие нездоровые хрипы, вырывавшиеся из иногда горла, говорили, что актер пока жив. Девушка в панике заметалась по лагерю в поисках аптечки. Плюнула на безопасность и зажгла крошечный электрический фонарик, не беспокоясь, что теперь их может быть далеко видно. Нашла лекарства. Уколола Шеверсу универсальное противоядие, затем антисептики и ранозаживляющие средства… Наконец, секунду поколебавшись, достала последнюю пластинку К-9 — такую же, как однажды уже истратила на клиента, когда тот прыгнул со скалы. И быстро приложила к плечу пациента.

— Попробуй только умереть. Ты мне еще две пластинки К-9 должен. Знаешь, сколько одна стоит? — тихо разговаривала она с Реем, оказывая ему доступную в данных условиях медицинскую помощь. — Полмиллиона одна стоит! А впрочем… я даже подарить их тебе готова, только выживи. Вот же, кретин…

Девушка выключила фонарик, достала походный плед, подоткнула его под Шеверса, и посидела пару минут с мужчиной. Заметных изменений в состоянии потерпевшего пока не было, однако Саяна их так быстро и не ожидала. Затем со вздохом поднялась и снова взялась за ручки волокуши: "Пора уходить. И чем дальше, тем лучше".

Девушка двигалась всю ночь и весь следующий день. Стиснув зубы, не обращая внимания на усталость, дождь и голод, на боль в боку. Пару раз вколола себе модифицированный энергетик и обезболивающее. Можно было истратить на себя последнее ранозаживляющее средство из оставленных Ольгой, но девушка пожадничала. От своих царапин она не умрет, даже если они воспалятся — до станции не так далеко. Зато, если Рей еще раз куда-то вляпается… Аскер негромко выругалась. Зато бесчувственное тело, что она транспортировала, за время пути заметно порозовело и уже нормально дышало, хоть и не приходило в себя.