Реинкарнация с подвохом. Книга 2 Реставрация новостройки (СИ) - Сергеева Александра - Страница 65

Вейтел? Да ради богов! Вырастет, выучится и, пожалуйста: на все четыре стороны. Я и раньше не приклеивала деток к подолу, и нынче не слишком-то этим страдаю. И вообще, кто сказал, что жизнь замкнется на нем? Я еще могу нарожать двух-трех детишек. Времени впереди - прорва! Мне девятнадцать. Границы царства смерти не рисует даже юношеское воображение, не то, чтобы ими заинтересовался здравый смысл пенсионерки. Хотя он у меня все больше и больше скатывается в направлении омоложения и легкомыслия.

Голос Ольги прорезается, но как-то слишком избирательно. По сути, только тогда, когда к ней громче всех взывает задница с воспалившимся чутьем. Да и то, Ольга не горит желанием задерживаться в этом неприятном для нее мире дольше необходимого. Быстро оглянулась по сторонам, оценила, дала пинка в оптимальном направлении. А после, даже не отследив конца полета, смылась в глубины подсознания. Там же у нее кристально безупречные воспоминания о том Эдеме, из которого ее изгнали! Правда, и оттуда Ольга периодически пускает парфянские стрелы, талдыча прописные истины этой мокрощелке Ксейе. А та вечно где-то бегает, от кого-то спасается да кого-то спасает - когда ей заглядывать в себя?

- Кхе-кхе, - деликатно вторглась в думки Внимающей разлегшаяся на моем животе Рах.

Я открыла глаза и приподняла голову. От долгого лежания спина чуть затекла, но тревожить малышку не хотелось. Та, развернув ко мне мордаху, пристально рассматривала маску, отыскивая под ней мои бесстыжие глазки. Я невольно скосила их в сторону, уводя с линии укоризненного огня - в паре шагов от меня Тех, распластался на брюхе и караулил у цветочка пчелку. Нужна она ему была, как зайцу компас, но поэтическое настроение требовало выхода. И мой огрубевший в походах с битвами приятель отдавался ему с упоением маньяка. Высокие ушки, размякнув, плюхнулись пластом на спинку. Они даже не подрагивали, подтверждая бессмысленность охоты и отсутствие нацеленности на результат. Глаза полуприкрыты, хвост валяется на земле дохлой змейкой. Я его люблю. Я их всех люблю до чертиков! И они всегда будут со мной, несмотря на свои пристрастия и симпатии к прочим двуногим.

Внезапно уши Теха подскочили по стойке смирно и слегка развернулись, нервно подрагивая. Рах тоже напряглась, приподнимая головку и поводя носом. Я только-только успела подумать: пусть они ошибутся! Пусть это будет ложная тревога!.. И лайсаков, как корова языком слизнула. Капризное раздражение ударило в голову и приказало лежать до победного конца. Конец и не думал задерживаться: Рах вылетела из подлеска, прыгнула мне на грудь, выбив из нее дух, и грозно насупилась. Дескать, чего разлеглась, мымра? Что за демонстрации, когда труба зовет? Я уперлась, сжав губы, зажмурив глаза и врастая затылком в травянистую кочку. Рах подобралась к самому лицу, уткнулась носиком в мой нос под маской и злобно зашипела. Однако!

Я-то ожидала законных трубных матюгов, а тут вон, оказывается, какое дело. Мы-то в засаде, язви ее. Видать, дело и впрямь того стоит, коли эти двое не обошлись простым пренебрежением. Или самостоятельным устранением проблемы, обновляя яд в зубах. Я мысленно плюнула, выругалась, перевернулась на брюхо и попыталась, было, подняться. Но Рах, собравшись в пружину у меня на загривке, предупреждающе зашипела. Ага, засада у нас прямо здесь. Никуда бегать или ползать не нужно - уже подарок. Я скосила глаза на мордочку, свесившуюся у левого виска, и проследила направление дышащего тревогой взгляда. Искомое находилось слева по курсу, где в лесных зарослях фигурировала проплешина. Там была небольшая полянка, которую мы миновали, выбираясь на бережок. Теперь она принимала неожиданных гостей. Наш картавый дедок решил устроить себе променад под сенью кустистых рощ. Подышать природой - на первый взгляд ничего криминального. Он возник на фоне проплешины, как конферансье перед занавесом. Покрутил трогательной головкой, почесал седенькую бородку, и на этом сельская идиллия отдала богам душу.

- Двигай сюда, урод, - приказал дед таким тоном, что я чуть не подорвалась к нему и не вытянулась по стойке смирно.

Вызываемый урод не заставил себя ждать, привальсировав к нему на полусогнутых. Плюхнулся на коленки и макнул лоб в траву. Занятный политес. Ни востоком, ни севером от него не пахнет. Запад? Все может быть... Но, скорей, юг - пленный командир южан тоже пытался поползать перед дедулей на брюхе в фигуральном смысле.

- Говори, - дозволил неопознанный владыка или заоблачных высот военачальник, продолжая выговаривать все до единой буквы алфавита.

Он и впрямь урод - этот подхалим, коли не сподобился отчитаться по-человечьи. Язык, на котором он тарахтел, сглатывая окончания слов, мне был неизвестен. Совершенно некстати, потому, как вещал коленопреклоненный торопыга долго. А, судя по мордахе босса, качественно. Хотя в голове оратора царила какая-то подавленность, потерянность что ли, даже бессвязность ощущений. Страх граничил с отчаянием, порожденным таким ошеломлением от чего-то, что стресс у него расцветал хризантемой. Полуприкрыв масляные блинчики глаз, дед удовлетворенно покачивал головкой и лыбился. Самодовольство и энтузиазм - неотразимый тандем, особенно если учесть концентрацию стремления к чему-то или кому-то. От старичка даже попахивало какой-то эйфорией. А уж горд-то он был собой любимым - все представители класса наполеонов отдыхают!

Меня так и подмывало подгрести поближе. Рах на загривке вцепилась зубками в сетку на прическе и ощутимо натянула поводья. Вовремя. Во-первых, на поляне завершился отчет. И начался тихий диалог все на том же иноземном наречии, сопровождаемый верчением голов. Во-вторых, под бок проползло что-то огромное, сдержанно поводящее грудной клеткой, и прихлопнуло лапой мой отклячившийся зад.

- Какая прелесть, выражаясь языком Внимающих, - констатировал Сарг, выдыхая шепот мне в ухо. - Уперлась поохотиться. Заполевала жирную дичь, а меня не позвала. Друзья так не поступают, Сиятельная, - ядовито взгрустнул он, не спуская глаз со сцены. - Давно они тут?

- Как ты узнал? - сбросила я с себя руку чужого мужа.

- Кух, - объяснил он все и сразу. - Жаль не удалось попасть к началу преставления.

- Ты знаешь этот язык? - плотней прижалась я к родному боку, сделав ручкой страху.

- Знаю, - практически мяукнул он, подражая жене. - Помолчи.

Я с облегчением уступила пальму первенства находки и замерла. Кажется, даже задремала чуток - буквально подпрыгнула, когда Сарг вполголоса позвал:

- Тех!

Я глянула на полянку - та была пуста. Дедок со своим холуем исчезли.

- Приведи Варкара, дружок, - попросил Сарг моего малыша. - Ну что, Сиятельная, как будем пытать старого прохиндея? - задумчиво поинтересовался он, разглядывая качнувшуюся на месте лайсака травинку.

- Это не мое дело, - скуксилась я. - Знаешь же: меня коробит от всех этих шпионских штучек. Да и не привыкла я поднимать руку на старых людей. Мама с папой меня хоть и редко, но добросовестно воспитывали.

- У тебя была мама? - деланно удивился этот гад. - Вот бы не подумал.

Как не быстро принесся Варкар, а с Саргом мы переругаться успели. В том числе, и по поводу моей несанкционированной отлучки. Та, собственно, и привела его сюда с твердым намерением зарыть втихаря пакостную необучаемую заразу под кустом. Потому, как однажды или она сдохнет, или его грохнут над трупиком идиотки, за которой не уследили. А он своей ведьме обещал соблюдать себя. Соблюсти же меня средств нет! Да и пользы с воробьиный нос. С чем Варкар, поймав за хвост эту фразу, не согласился. Мол, я, как приснопамятные селезень, волчица, медведица и щука, еще пригожусь. Ибо впереди у нас еще пропасть сундуков со смертью.

- Я бы не стал трогать деда сейчас, - предложил мой супруг, дослушав Сарга. - Он, несомненно, южанин. И понятно, что не бродячий фигляр. Кто такой? Если упрется, никогда не узнаем. А пыток в его нежном возрасте можно не пережить. Ксейя мыслей не читает. Нам что, гадать, перебирая возможные варианты? Прощупывать все его «да» и «нет» Ксейя будет до собственной стрости. Так что, кроха, отпустим его побегать на свободе, а? Голову заложу: нам не придется его пасти.