К-9: Ученик. Учитель (СИ) - Диденко Александр - Страница 3

Наверное, Джей еще не раз и не два так сорвется. Любое воспоминание об отряде причиняло ему резкую боль. Это видно было еще на пути в Брайт, хотя тогда Хаук при всем желании не мог понять, что такого в простом разговоре про очки и карту.

Сейчас эта боль стала сильнее.

Разок напоровшись на резкий негатив во время одной из пауз в казавшемся вечном забеге, Хаук пообещал себе быть внимательней. Но по правде таких вот спрятанных «камней» наверняка было невероятно много. И не споткнуться в очередной раз он просто не сможет. Тем более как раз внимательностью к людям Хаук, в прошлом колючка-Скарп, не отличался никогда.

Богатая, вылизанная до блеска комната перестала радовать глаз. Солнце уже зашло, в городе включились привычные фонари, в комнате – приглушенные местные. Поярче бы. Черт знает, как их настраивать. Шум воды в ванной затих, и снова появился Джей. Увидев, что Хаук так и не сдвинулся с места, он чуть дернул подбородком в сторону двух широких кроватей:

– И чего ты встал? Приводи себя в порядок, разбери вещи, отдохни. Режим не изменится, вместо бега будут местные скалы. Твари тут мирные, зеленые. От остальных чистят. Работать будешь сам, строго выполняя мои задания. Запас воды и еды себе тоже готовишь сам: сколько возьмешь, на том весь день будешь держаться. Мне плевать как. Снаряжение – полный комплект, иногда с дополнительным. Никаких подсказок с моей стороны ты не получишь. Помощь – только если доведешь себя до ручки. В два дня отдыха будешь нагружать мозги. Книги, карты, система знаков, система отзывов... Уверяю, не соскучишься. Каньон Новичков – прекрасное место, в котором учатся чувствовать и понимать Пустошь на начальных этапах, а заодно и впервые реально оценивают свои способности. Мы пробудем здесь не меньше месяца, а то и двух. Все будет зависеть от тебя. Основная задача, которую ты должен понять и держать в голове, – найти свой темп, способ работы, стиль, коль угодно. Это то, чему не научит ни один Мастер: понимание своего тела, своих возможностей и пределов. Ясно?

– Еще как, – мрачно оценил Хаук свалившиеся на голову перспективы. Бег через пустыню вспомнился уже с ностальгией. – И далеко он, этот каньон? Что-то я не видел ничего по пути.

– На «летучке» часа полтора с нормальной скоростью.

– Ага. Это сколько мне бегать?

Но тут Джей неожиданно рассмеялся и хлопнул Хаука по плечу:

– Ценю твою готовность! Но туда и обратно будешь кататься на халяву. Вся твоя работа начинается и заканчивается в каньоне. Тебя не хватит, если будет еще и бег.

– Блеск, – хмыкнул Хаук и, наконец, стянул с себя куртку. Строго говоря, очень хотелось в душ. Не так, как в больнице, наскоро, а так, чтобы горячая вода пропитала все тело, разлилась по мышцам приятной усталостью и забрала прочь боль от многочисленных синяков и ссадин, приобретенных в проклятом забеге. Интерес к новому месту отошел на второй план, и Хаук снова почувствовал, что начинает злиться. Да что там! За прошедшие дни у него накопилось много всего, что хотелось высказать Джею вот так вот в лоб. За каждое слишком близкое знакомство собственной физиономии с колючим песком. За постыдную слабость, которую терпеть не мог показывать. Нет, Хаук понимал необходимость тренировок, понимал, что легко не будет и всё такое, но методы учителя считал слишком уж кардинальными.

Просто убийственно кардинальными.

Тело заныло сильнее, будто отзываясь на поднимающееся в душе раздражение, но тут Джей, видимо, почувствовал тяжелеющий с каждой секундой взгляд и с усмешкой обернулся:

– Если надо отвести душу, тут внизу неплохой бордель.

– Че? – от удивления Хаук на мгновение забыл про злость. – Предлагаешь «организованно» подраться в местной забегаловке? На кулаках хоть?

Джей как-то странно усмехнулся, прищурился и спросил:

– Ты что, впервые про бордель слышишь?

– Слышу-то не впервые, – сбавил тон Хаук, остро ощущая подвох, – но объяснить никто не потрудился.

– А, вот как, – усмешка на лице Джея стала совсем уж выразительной, – а кто такие шлюхи, в курсе?

– Да уж не мальчик! – оскорбленно дернул подбородком Хаук, так и чуя подтекст насмешки. Уж чем можно заниматься с девушкой наедине, он был в курсе, да и опыт какой-никакой имелся. Родной городок, конечно, радовал только старыми стервами, к которым интерес мог возникнуть разве что совсем от безнадеги. Или после пары бутылок. Зато с караванами иногда приходили и девушки. Разной легкости поведения. И со случайными знакомствами пару раз Хауку определенно везло. – Так что, этот бордель...

– В точку! И уверяю, девочки там свое дело знают.

– Ты же женат, – брякнул Хаук и тут же весь похолодел. Надо следить за своим языком. Черт возьми, надо следить! А то он Джея добьет сам и без всяких тварей! – Прости. Не отвечай. Правда.

Даже зажмурился, боясь реакции. Но в примиряюще поднятые руки ткнулся мягкий ворс полотенца:

– Вали в ванную, Хаук. Я, конечно, предложил вариант, но сегодня тебе лучше как следует отдохнуть и выспаться. И еще... А, ладно. Если что, я внизу. Узнаю, сколько тут групп имперских и вообще как дела в каньоне.

Хаук кивнул, сжав в руке полотенце, и проводил учителя взглядом. Хлопнула дверь. Джей даже толком не переоделся.

А вернулся едва стоя на ногах.

По комнате разлился стойкий запах выпивки, тут же подхваченный гуляющим ветерком и унесенный прочь сквозь вентиляцию. Кастиэль, помнится, говорил, что раньше Джей не пил. Но Хаук-то уже не первый раз видел обратное. Сначала после военных арок и нашивки Дианы Ро, потом после сорвавшейся казни. И вот теперь, наверняка из-за не вовремя и неправильно брошенных слов.

Острые коготки вины впились в душу еще сильнее, и Хаук предпочел сделать вид, что спит. Только позже, когда давно уже стих шум воды, а дыхание Джея стало спокойным и ровным, все же встал, поднял и нормально повесил на стул сброшенную черт-те как одежду.

Для извинений этого не хватит.

Вообще ничего не хватит. Хаук уже привык, что он не один. Воспринимал Джея странно, скорее как кого-то родного. Полагался и верил. Понимал, что о нем заботятся, фактически опекают. И сколько бы он ни злился на жесткие тренировки и ни стыдился слабости, у Хаука всегда была вода, еда, спокойный сон, отдых и безопасность. Там, в Пустоши, он думал что угодно, обычно оскорбительное и нецензурное.

Но никогда не опасался за свою жизнь.

Часть 2

Утро оказалось непривычно поздним.

Забег по пустыне приучил вставать чуть свет, и теперь, когда вместо жара и песка был мягкий уют шикарной кровати, Хаук не знал, что ему делать. Любая попытка расслабиться будила в душе подозрение, что вся эта роскошь — очередная подстава от Джея.

Но Джей спал. И спать будет еще долго. Пусть запахи алкоголя исчезли за ночь, Хаук знал по себе: похмелье с ветром не уходит. А тем временем организм просыпался, напоминал о проклятом беге ломотой во всем теле, которой охотно вторил зверский голод. Интересно, тут еду прямо в комнату попросить можно? От одного воспоминания о лестнице в душе рождалось острое желание послать всех по известному адресу, чтобы снова уснуть.

На ближайшие сутки-двое.

Увы, зов природы проснулся вместе с организмом. И теперь, взбодрившись заодно под холодным душем, Хаук со смесью обиды и раздражения смотрел на дрыхнущего без задних ног учителя. В голове крутились планы жестокой мести.

Тоже стащить за ногу? Облить водой? Или… взгляд как-то сам собой остановился на подушке. Хаук подкинул снаряд в руке, примерился, перехватил за уголок и от души запустил точно в рожу Джея, уже предвкушая выражение оной секунду спустя.

Висок обожгло болью.

С запозданием до ушей донесся сухой щелчок револьвера и вдогонку — испуганный голос:

— Сдурел? — Джей даже не злился. Действительно испугался куда больше, чем растерявшийся Хаук. Его глаза странно потускнели, лицо сравнялось по цвету с треклятой подушкой: — Ты на что подписать меня хочешь, мальчишка?