Злобный леший, выйди вон! (СИ) - Аведин Илья - Страница 114

Авдей посмотрел на него таким взглядом, что лучше всех слов разъяснил, что будет, сделай он хоть один шаг от холма.

- Я хочу услышать ответ другого человека, – донеслось сверху.

- Подожди немного. Я тебе в лицо отвечу, – прокричал Авдей.

Все это время копья освободились от назойливых человеческих тел, и медленно, описывая полукруг, улеглись наконечниками к холму. Как только Леший услышал ответ Авдея, копья как пришпоренные, вырвались из снега и полетели в мечников. В тот же миг с верхушки вылетело еще пять копий. Мечники попадали на землю, некоторые попытались убежать в сторону и только Авдей, остался стоять, зажмурив глаза. Один за другим, донеслись звуки падающих тел, а он все стоял. Разлетевшиеся после столкновения пики, забарабанили по спине щепками. А он все стоял. Все ждал, когда же холодная сталь пронзит его сердце и вырвет душу из этого, в общем-то неплохого мира. Последний миг его жизни затянулся. То ли смерть наступила не так, как представлялось, то ли он остался невредим.

- Что стоишь? – раздался знакомый голос, - Хотел в лицо сказать, так поднимайся.

Голос звучал вовсе не угрожающе, а скорее доброжелательно, будто хозяин звал к себе на обед. Только теперь Авдей открыл глаза. Не только двор, но и подножье холма покрылось трупами. Только теперь он понял, чего стоил прорыв. Особенно последние его шаги, когда был шанс спасти хоть кого-нибудь, а он отказался. Оставалось только заплатить свою цену. Заплатить убийце его же монетой, или прибавить свое тело к остальным.

***

Как бы не был Ухай себе на уме, но оставить в беде столько человек, не позволяла совесть мечника - сама по себе вещь легендарная. Верный конь Авдея повернулся на дыбах  и поскакал обратно, вдоль пролеска, к постоялому двору. Ухай на скаку заряжал самострел, а потому не заметил, как над ним пролетел черный аист.

Море тел и реки крови встретили мечника жутким молчанием, что заставило его усомниться в решении.

«Помогать то, похоже, не кому», - подумал он.

Словно услышав его мысль, на холме показался Авдей, а перед ним мохнатое чудище, выше мечника на голову, в стальных сапогах и рукавицах. Воины ударились мечам, после чего оба кубарем слетели с холма. Когда противники поднялись, Авдей встал ровно между Лешим и Ухаем, отчего тот не мог как следует прицелиться.

- Отойди родненький, отойди же, - шептал он, боясь выдать свое присутствие.

Враг Авдея отступил на шаг назад и скинул шубу. Под ней засверкал латный доспех, каких прежде Ухай не видел, а потому нашел повод прицелиться получше. Ведь повредить доспех означало одно – продать придется на пару златцев дешевле.

Авдей в свою очередь тоже отошел назад, чтобы перевести дух.

- Замри Авдей! – крикнул Ухай.

Мечник замер. Не шевелился и Леший, он пытался разглядеть источник звука, глазами полными дурманной пелены.

Прежде чем Ухай нажал на курок, он услышал короткий свист, оборвавшийся хлопком где-то возле виска. Конь Авдея беспокойно заржал, когда обмякший всадник упал на землю.

Авдей с Лешим обернулись на выстрел. На холме возникла другая фигура.

- Олег? – с опасением произнес Леший.

Авдей воспользовался замешательством врага и нанес удар в область шеи. К удивлению атакующего меч застрял. Леший пошатнулся.

- Стой! – закричал Олег.

Мечник, недолго думая, достал из сапога нож и с размаху ударил противника чуть пониже уха. В этот раз сталь прошла глубоко в ткани и уперлась в позвоночник. Леший кое-как отмахнулся мечом от Авдея, и рухнул на спину. Мечник не заметил, как его штанина порвалась и на коже выступила алая, точно ягодка клюквы, капля крови. Авдей вырвал из шеи меч и, сделав несколько шагов назад, приготовился встретить нового противника.

Олег подбежал к телу Лешего и упал на колени. По клинку, торчащему из шеи друга, текла темная струйка.

- После такой раны не выживет даже колдун, - сказал Авдей.

Олег быстрым взглядом оценил мечника.

- Что ты наделал, дурак? Что ты наделал? – сказал Олег то ли Лешему, то ли Авдею.

- Как я разумею, после прощания с другом, ты захочешь расквитаться с его убийцей? Тогда поспеши. Мне еще друзей хоронить, - сказал Авдей, но Олег его не слышал.

- Зачем ты пошел один? Почему не сказал нам с Тео? Ты держись только, - сказал Олег и достал из поясной сумки флакон с живицей духа, но открыть не успел. Авдей подскочил и пинком выбил целебное средство.

- Чего удумал, проклятый?

Олег схватил меч и напал на Авдея. Очень быстро последний лишился оружия и равновесия. Олег же вернулся к другу.

- Что? Добивать не будешь? В благородную кровь играешь? – крикнул Авдей вслед.

- Ты уже мертв, просто еще не понял, - сказал Олег и вырвал нож из шеи Лешего, после чего вылил целый флакон живицы духа на рану.

Леший тихо застонал. Рана на шее тотчас затянулась тонкими изумрудными волокнами.

- Что ты несешь, собака? Это я-то умираю? Я? Тот, кто поразил кол… колду…

- Смотри, язык уже опух. Скоро отечет глотка, а за ней и гортань – тогда ты перестанешь дышать. Что глаза выпучил? Не понимаешь, что случилось? Меч моего друга отравлен, и ты задел лезвие. Вон, чуть выше колена.

- Цар.. цара… пина, - сказал Авдей, после нескольких коротких вздохов.

- Тебе хватит, - сказал Олег и отвернулся.

С каждым вздохом, все меньше воздуха проходило по отекшей гортани. Мечник сел на колени и согнулся. Одной рукой он оперся на землю, а другой схватился за шею, словно пытался снять невидимые оковы. Губы его посинели. Глаза налились кровью. Последние звуки вырвались из груди и вместе с облаком пара улетели в небо.

- Олег, - тихо позвал Леший.

- Я здесь, друг.

- Там, в доме… Сходи…

- Ты хочешь пить? Тебе нужна вода?

- Наместники. Проверь... Пятеро. Их пятеро.

- Боги! – воскликнул Олег, - зачем ты все это начал? Почему ты пошел один? Почему не поговорил с нами?

- Я это начал…

Леший не договорил, но Олег понял, что тот хотел сказать. Он укрыл друга лежащей неподалеку шубой и побежал к дому. Олег прошел через ряды трупов. Что-то холодное и неприятное скользнуло внутри, когда он переступал через тела с зияющими дырами от копий, что прошли навылет.

В обеденной зале бархатистым одеялом разлегся серый пепел. Знакомый Олегу запах каменной пыли и аммиачной воды пропитал деревянные стены, пол, каждую крохотную щель. Олег поморщился и пошел дальше. В дальнем углу, у самой стойки, он обнаружил тела, лежащие в ряд. Длинные, не по-крестьянски роскошные шубы выдали хозяев с потрохами.

- Вот и наместники, - сказал Олег и проверил биение алчных сердец. – Эти мертвы. Где еще двое?

Он зашел на кухню, где пепел лежал прям-таки горой. Через окно, он увидел прибитое к сосне тело.

- Вот четвертый, - сказал он и вышел на задний двор, но больше тел не обнаружил, но увидел почти исчезнувшие следы на снегу. Несколько человек проследовали от заднего крыльца к погребу. Олег потянул за крышку и отскочил в сторону, ожидая выстрела, но только кто-то заохал внизу.

- Вы кто будете?

- А вы сами кто? – ответил Фарсин.

Дружескую, пропитанную доверием, беседу прервал паломник Пробка.

- Мы рабочие здешние! Да хозяин Фарсин с нами.

Раздался шлепок – это Фарсин одарил болтуна затрещиной.

- А в углу кто сидит? – спросил Олег.

- Мальчишка наш, тоже рабочий, - ответил Пробка, потирая голову.

- Скажите, добрые люди, наместника среди вас нет, случаем?

- Нет, батюшка.

- Тогда поднимайтесь, мне нужна ваша помощь.

Первый выбрался Фарсин.

- Разорви меня леший, - прошептал он.

- Что там? – спросил Пробка.

Увидев тело, прибитое к дереву, слабый желудком паломник побежал за угол дома.

- Кто же его так? – спросил Фарсин.

- Хозяин, - начал Олег, оставив без внимания вопрос, - ты человек толковый, как мне кажется, а потому послушай внимательно. Постоялый двор пострадал в междоусобной войне наместников, в чем ты сейчас убедишься. Если именно это ты будешь, говорить тем, кто спросит о случившемся, ты получишь средства, на которые сможешь поправить хозяйство.