Пара для Гидеона (СИ) - Хартнеди Шарлин - Страница 26

— Что ещё ты должна была тогда сделать? Я видел ублюдка, и он был огромным. У тебя не было шансов против него.

Ее губы дрожали, а слезы продолжали литься.

— Я была на седьмом месяце. Мой ребёнок был достаточно сформировавшимся, чтобы выжить вне утробы. — Она издала хныкающий звук. — Я выбралась через парадную дверь… на лестничную площадку. Лиам позволил мне зайти так далеко. Теперь я это знаю. Я не должна была сбегать, не должна была пережаривать его стейк.

Гидеон ничего не мог с собой поделать, он громко зарычал. Рычание, медленно искажаясь, перешло в мучительный стон. Он глубоко вздохнул, борясь за контроль.

— Стейк, его чёртовы ботинки не в том месте, что угодно могло его спровоцировать. Ты ведь понимаешь, что это не имеет никакого отношения к стейку? Он не имел права поднимать на тебя руку… никогда, блядь.

— Он сказал, что не хотел этого делать, — прошептала она.

— Ты веришь, что это так и есть? — должен был спросить он.

— Нет… — Дженна покачала головой. — Он сказал, что это был несчастный случай, но мне лучше знать. Когда я обернулась, пока бежала… — девушка жевала нижнюю губу в течение нескольких секунд. — Его лицо… о Боже, его лицо. Оно как будто сошло с экрана фильма ужасов. — Ее глаза остекленели, слезы продолжали литься. — Ярость в них… они были дикими… как у животного. Он толкнул меня вниз по лестнице. — Дженна облизала губы. Тыльной стороной руки она вытерла свой нос и лицо. — Хуже всего было то, что он заставил меня лгать персоналу в отделении неотложной помощи. Мне пришлось притворяться, будто я неуклюжая, что я шла слишком быстро и споткнулась о собственные ноги. Он говорил так, словно я убила собственного ребёнка из-за своей беспечности. Я такая чёртова трусиха. Я оставалась с ним несколько месяцев после того, как он убил моего ребёнка. Я больший монстр, чем он.

Девушка отстранилась от него.

— Я знаю, что ты уже ненавидишь меня… что ты должен испытывать ко мне отвращение. Я чувствую отвращение к себе.

Дженна попыталась отстраниться от него подальше, но он удерживал ее.

— Ты боялась и имела полное право так себя чувствовать.

Она кивнула.

— Да, но это не оправдание. Он убил моего ребёнка, а я оставалась с ним. Ночь за ночью. — Она снова заплакала. — Лиам — больной ублюдок. После всего, что случилось, он заставил меня притворяться, что это был несчастный случай. Что я споткнулась и упала с лестницы — вот, как это произошло. Он начал говорить мне перестать быть неуклюжей. Для него это был новый способ угрожать мне. «Прекрати быть неуклюжей, Дженна.» Затем он бил меня. А я так и оставалась с ним… какого черта я осталась? Что со мной не так?

— Ты имела полное право бояться. Беспокоиться о том, что он мог сделать, попытайся ты уйти. Ты приняла верное решение, придя сюда… Мне жаль, что я не выслушал то, что ты собиралась мне рассказать раньше. Мне так жаль. Черт… Дженна. — Он обхватил руками ее щеки, большими пальцами вытирая слезы.

- Он заставил меня бросить работу. Мне пришлось носить с собой мобильный телефон. И помоги мне Господь, если я немедленно не отвечала на звонок или на сообщение. Я должна была просить у него денег, а потом подтверждать свои расходы. Я была вынуждена возвращать вещи, чтобы сэкономить деньги и иметь потом возможность уйти. Это ещё не повод для задержки. — Ещё больше слез полилось из ее глаз, и это, блядь, уничтожало его. — Я рада, что мне, в конце концов, удалось сбежать. Я жалею о каждой минуте, проведённой под той крышей. Я ненавижу себя за то, что осталась.

— Нет, — прорычал он. — Не говори этого. В конце концов, ты поступила правильно… сделала то, что должна была, чтобы выжить, Дженна. Пожалуйста, послушай меня. Он держал тебя в плену. Ты принадлежала этому ублюдку, но ты все равно нашла способ сбежать. Это требует большой отваги. Возможно, это заняло какое-то время, но ты это сделала. Необходимо много мужества, чтобы уйти.

— Я должна была оставаться с ним месяцами. Разделять с ним постель, позволять прикасаться ко мне… — ее голос стал напряжённым, в глазах отражалась мука.

Хоть Гидеону и хотелось неоднократно врезать по дереву и реветь от ярости, он воздержался от этого. Вместо этого он пригладил своенравные пряди волос у ее лица.

Дженна вздрогнула. Ее глаза расширились. Он мог почуять ее страх.

— Я не собираюсь причинять тебе боль, милая. Я говорил тебе, что ты в безопасности. Я бы никогда так с тобой не поступил.

Ее губы дрожали. Дженна кивнула.

— Я знаю. — Она попыталась улыбнуться. — Это трудно забыть и займёт некоторое время. Дело не в тебе.

Гидеон выдохнул через нос.

— Как я уже говорил, теперь ты в безопасности. Ты здесь, со мной. Я буду защищать тебя и оберегать. Есть кое-что, о чём я должен тебя спросить. Это действительно важно.

Она кивнула. Ее большие карие глаза решительно уставились на него.

— Я сказал, что ты в безопасности, и я не шучу. Мы договорились больше не лгать друг другу. — Он замолчал. — Ты здесь, потому что хочешь… — Гидеон сжал челюсть. То, что она рассказала, многое изменило, но он не был готов окунуться с головой в новые отношения. — Потому что ты хочешь, чтобы между нами все получилось, или ты здесь, потому что тебе было необходимо сбежать от него? — Было больно спрашивать ее об этом. А ещё он чувствовал себя первоклассным мерзавцем, но ему было необходимо знать, прежде чем будет сказано что-то большее.

Она глубоко вздохнула, собираясь ответить ему.

— Прежде, чем ты что-нибудь скажешь… — Гидеон почувствовал, как его сердце начало бешено биться в груди, и услышал, как кровь прилила к ушам. — Даже если ты здесь просто скрываешься… я это полностью понимаю. Возможно, приезд сюда был твоей крайней мерой, и я не против. — Это, блядь, убьёт его. — Я прослежу, чтобы ты была в безопасности, чтобы у тебя были средства начать все сначала. Подальше отсюда. Ты сможешь сделать это под совершенно другим именем. Он не найдёт тебя и больше никогда не тронет. — Потому что я собираюсь убить этого сукиного сына. — Будь честна в этом вопросе. Я взрослый самец. Пожалуйста, что бы ни было, просто не говори мне то, что я хочу услышать. Я обещаю тебе, клянусь честью, что о тебе позаботятся независимо от того, что ты скажешь. — Он болтал и болтал, как киска. Пришло время заткнуться и позволить ей сказать.

Она улыбнулась ему и его сердце сжалось. Блядь. Было приятно видеть ее счастливой и знать, что он был тем, кто заставил ее улыбнуться. Но ещё это напугало его до усрачки. Затем девушка подняла свою маленькую ручку и погладила его по щеке, пройдясь по щетине.

— Означает ли это, что ты хочешь возобновить отношения? Начать с того, на чём мы остановились?

Гидеон поджал губы на несколько мгновений. Его сердце бешено заколотилось.

— Это означает, что я пока не хочу, чтобы ты уходила.