Распутанный (ЛП) - Шоуолтер Джена - Страница 73

— Может, он излечивается быстрее и от куда большего количества ран, чем остальные.

Райли довольно долго стоял, склонив голову набок — тихий, задумчивый, мрачный. Наконец, вздохнул и протянул руку.

— Есть только один способ проверить это.

Она покачала головой, уже зная, что он задумал.

— Ты можешь пойти один.

— Ни за что. Давай проверим склеп.

Ее глаза распахнулись.

— Там может быть очень даже живой, очень голодный и очень злой свергнутый король. Это опасно, а я, предполагается, не подвергаю себя опасности. Помнишь?

— Ты очень способная подмога. Пошли. — Он махнул рукой. — Потом вернемся в хижину, узнаем, может, Эйден вышел из тела ведьмы и узнал что-нибудь.

«А если нет?» — хотела она спросить, но промолчала. Время шло, на горизонте — ни одного решения. Она пыталась не поддаваться панике, не разрешала себе думать о значимости завтрашнего дня. Поэтому, что могло быть лучше, чем нанести визит старине Владу? Мужчине, который сносил человеческие головы и сажал их на пики забавы ради.

Задрожав, она взяла Райли за руку, и он поставил ее на ноги. Все же почему он хотел, чтобы она пошла с ним? Ей нужна была настоящая причина, а не то «способное» дерьмо, которое он выдал. Райли был защитником в первую очередь и льстецом во вторую. Он не поверил, что Влад жив, и хотел доказать ей, что Такер лгал?

Вместо того, чтобы вывести ее из комнаты, он уронил ее руку. Что, теперь она должна идти следом, как маленький ничтожный человечишка? Она была не просто разочарована, а сильно разочарована. Только вот он не ушел. Он прошел к своему шкафу, откопал пальто, накинул на нее и освободил волосы. Ладно, вот теперь она больше не чувствовала себя разочарованной.

Он снова взял ее за руку.

— Просто… оставайся за мной и делай, что я скажу. Ясно?

— Ясно. Но когда дело доходит до моей безопасности, я не такая уж и тупица.

— Давай не будем спорить по этому поводу сейчас.

Забавно. Они вышли в коридор. Переход из нормальной спальни Райли в чернильно-черный коридор слегка шокировал, но она быстро привыкла к унылой окружающей обстановке. Черные стены, черные окна, агрессивные гобелены и везде выгравированные круглые завитушки — защита.

— Ты думаешь, Такер планирует устроить засаду? — Не успела она задать вопрос, как сама себе ответила. Если бы он думал, что это возможно, не взял бы ее с собой. Если только он не хотел, чтобы она увидела «зло» Такера самолично. Она едва не закатила глаза. — Забудь. Не отвечай. Слушай. Я просто. Хочу. Выжить. Я не сделаю ничего, что подвергнет меня опасности.

— Хорошо. Потому что я тоже нацелен на твое выживание.

Видели? Защитничек.

Внезапно из-за угла осторожно выбрались две симпатичные вампирши. Обе замедлили шаги, окинув Райли долгим томным взглядом, практически пожирая его. То же самое происходило в школе с человеческими девушками. Он был слишком сексуален ему же во благо.

Он махнул им свободной рукой. Видимо, они восприняли этот жест, как приглашение поболтать, потому что нацелились на него, как тепловые ракеты, едва одарив Мэри Энн взглядом.

— Райли, — произнесла брюнетка тоном, намекающим на близкое знакомство.

Рыжая просто улыбнулась, кокетливо опустив ресницы.

«Я не ревную и не злюсь. Честно-честно.» Время Мэри Энн с ним все равно уже подошло к концу. Так почему же ей внезапно понадобилось гигантское ведро вампирского яда и нож?

— Мы вроде как торопимся, девочки… — Райли попытался проскользнуть мимо них, потащив Мэри Энн за собой, но брюнетка загородила ему путь.

— Не так быстро, волк. Нам нужно кое-что обсудить.

— Дрейвен, — вздохнул он. — Не сейчас. Пожалуйста.

Дрейвен. Довольно развратное имечко. Подходит своей хозяйке. Она была утонченной, как ангелочек, и все же было в ее глазах что-то… извращенное. Что-то холодное и расчетливое.

— Я ненадолго, — продолжила вампирша, — и ты единственный, кто впустую тратит сейчас время.

Он сухо кивнул, крепче сжимая руку Мэри Энн.

— Отлично. Что ты хочешь обсудить?

Она приподняла подбородок, всем своим видом выражая высокомерие и самоуверенность.

— Ты знаешь, что я была в числе тех, кого выбрали, чтобы обольстить нового короля.

Райли еще раз кивнул, теперь уже настороженно.

— Но скорее всего ты не знаешь, что я бросила вызов.

— Сама хочешь стать королем? — рассмеялся Райли, расслабляясь. — Удачи тебе в этом. Если ты…

— Вообще-то нет. Я не хочу быть королем. — Она улыбнулась без намека на смех, но удовлетворенно. — Я ходила к советникам, чтобы оспорить права Виктории. На Хейдена Стоуна.

— Что? — Короткое слово прозвучало как рев и выдох, слитые воедино.

Почему Райли был так разгневан и ошеломлен? Эйден был королем, и он никогда не позволит другой девушке иметь «права» на него.

Дрейвен вздернула подбородок еще выше.

— Вызов можно бросить кому угодно в любое время и по любому поводу. Тебе это отлично известно. Если вызов не будет принят, соперник автоматически выигрывает.

— Принцесса под моей защитой, — прорычал Райли, — а это значит, что твой вызов брошен мне. И я его принимаю. Мы с тобой…

— Вот и нет. — Засмеявшись, Дрейвен покачала головой. — Наши законы работают не так, об этом ты тоже знаешь. Если Виктория примет вызов, она может победить меня. А тебе, ее хранителю, вмешиваться нельзя.

У него под глазом задергался нерв. Они перешли на опасную территорию, но казалось, Дрейвен это не волнует.

— Эйден изменит этот закон, — заявил Райли.

— Да, он это может. Но после того, как мой вызов будет принят. Иначе все узнают, что Виктория отклонила его. Все будут знать, что Эйден принадлежит мне, и народ осудит ее.

Осудит. Что это значило для вампиров? Она хотела спросить, но придержала язык. Она совершенно не знала как добиться объяснений от вампирской сучки. Если Мэри Энн думала, что Райли был взбешен раньше, она понятия не имела, насколько глубоко он испытывал эмоции. Гнев ощутимо и хлестко прокатывался огромными волнами, нагревая вокруг воздух.

— Я передам ей, — процедил он сквозь зубы. — Она его примет. Время поединка будет определено на следующей неделе.

Дрейвен впервые нахмурилась.

— Я хочу, чтобы его определили сегодня.

— Нет, подождешь до следующей недели. Если тебя не устраивают эти условия, тебе придется лишиться этого права. Король может выбрать время для поединка и настоять на том, чтобы присутствовать. Об этом мне известно. И он не освободится до следующей недели.

— Отлично. Решено. — Дрейвен склонила голову. Ее самодовольство было таким же явным, как и ярость Райли. Она кинула быстрый насмешливый взгляд на Мэри Энн. — Тогда до скорого.

Парочка вампиров, смеясь и разговаривая, поплыла прочь, будто только что брошенная в Райли бомба не имела никакого значения.

— Виктория хорошо дерется? — спокойно спросила Мэри Энн, когда Райли подтолкнул ее в спину.

— Да. Я сам ее тренировал.

— А Дрейвен?

— Да. К сожалению, ее тоже тренировал я.

— Кто из них лучше?

Его челюсти сжались.

Мэри Энн решила, что Дрейвен. Желудок скрутило.

— Что будет, если Дрейвен победит? С Эйденом? С Викторией?

— Они не будут бороться до смерти, только до тех пор, пока одна из них не признает поражение. Победительница получит Эйдена.

— Получит. Как? Он же король!

— Да, но еще он человек, и это та лазейка, которую использует Дрейвен. У нас никогда раньше не было короля-человека, а наши законы были созданы для рабов крови. А рабов крови можно пустить по рукам, как бейсбольные карты. Эйдену придется изменить закон, но Дрейвен права. Он не сможет сделать этого, не разобравшись с этой проблемой. И в любом случае Виктория будет выглядеть слабой.

— И будет осуждена. Что это значит?

— Это значит, что все будут смотреть на нее, как на легкую добычу, бросать ей вызов по всякому поводу до конца ее вечной жизни, пока у нее хоть что-то остается. Стража, одежда, комната, мебель. Пока ей не придется жить отдельно, чтобы выжить.