Распутанный (ЛП) - Шоуолтер Джена - Страница 78

Ее глаза распахнулись.

— Правда? Кого? Когда? Где? Рассказывай все!

Он засмеялся.

— Так много вопросов и сразу. Да, правда. Я встретил ее вчера в продуктовом магазине. И я, ну… я пригласил ее на свидание.

— Папа!

— Я много лет не был на свидании, но ничего не мог с собой поделать. Она просто такая интеллигентная и, в общем, милая.

Мэри Энн… была рада. Он заслужил счастье. Особенно, если она… если она… нет, она не будет думать об этом. Он просто заслужил счастья.

— Ты опускаешь детали. О чем вы говорили? Какая она? Где вы собираетесь…

В дверь позвонили, и они оба подскочили.

Отец застенчиво улыбнулся.

— Отложим ненадолго этот разговор. Я открою дверь. — Он встал со стула и вышел, пока Мэри Энн собирала карты, поражаясь тому, как разворачивались события. Ее папа и на свидании. О, он ходил на одно или два свидания за все эти годы, но ничего серьезного, и он никогда так не светился. Его интерес всегда был бесстрастным.

Через несколько секунд она услышала женский голос и смех. Смеялся ее папа, и это был такой умилительный звук. Что там происходило?

— Мэри Энн, — позвал он. — Иди сюда, милая.

Она неслышно прошла в гостиную, засунув руки в карманы. Встав в радужной гостиной матери, она вперилась взглядом в отца. Он, как чокнутый, расплылся в улыбке и говорил что-то молодой, великолепной блондинке в белой шелковой блузке и струящейся белой юбке. У нее была безупречная кожа — даже чересчур, совершенные и до боли прекрасные черты лица. Это была таинственная красотка из продуктового магазина?

Мэри Энн прочистила горло.

Папа посмотрел на нее, излучая столько волнения, что пришлось отвести взгляд.

— Мэри Энн, это та женщина, о которой я тебе говорил.

Блондинка приветственно кивнула, не отводя взгляда от отца Мэри Энн. Она гладила его по щеке, как будто он был ее любимым щенком.

— Мэри Энн. Я столько слышала о тебе.

Из одного разговора в магазине? Не будь малодушной. Все хорошо.

— Приятно познакомиться, — произнесла она.

Наконец, гостья повернулась, и Мэри Энн в ужасе задохнулась. Эти широко открытые карие глаза… пылали, выдавая сияющий блеск слишком совершенной кожи. Не человеческой.

Она была феей.

— Оставь моего отца в покое, — грубо отрезала она. — Он ничего не сделал…

— Мэри Энн, — возмутился он, в полном шоке и разочаровании от ее поведения. — Как ты…

— Будь милым, иди в свою комнату, — сказала фея. — И оставайся там, независимо от того, что услышишь.

— Конечно, — ответил он и вышел без всяких слов, поднялся по лестнице и ни разу не обернулся.

Сердце Мэри Энн готово было выскочить из груди. Ей хотелось сбежать, но она осталась. Она защитит своего папу, и неважно, что придется для этого сделать. Правда, нужно признать, ей никогда раньше не приходилось иметь дел с феей. Она знала только то, что говорили ей Райли и Виктория.

Они не гипнотизировали людей голосом, как это делали вампиры, но люди настолько очаровывались ими, что без вопросов подчинялись. Они жаждали власти и более сильные им не нравились. Они были холодными, ледяными внутри, и все же отчаянно нуждались в тепле.

Несмотря на все это или, возможно, именно по этой причине, они считали себя защитниками человечества. А Мэри Энн была частью человечества. Возможно. С ее-то способностью…

Она открыла рот, чтобы сказать… она не знала, что.

— Не зови своего парня, — хмуро произнесла фея. — Волки сейчас дерутся с толпой гоблинов. Я позаботилась об этом. И ты только отвлечешь их. Ты же не хочешь, чтобы их кровь была на твоих руках?

Она сглотнула.

— Я не собиралась кричать. — Она больше не была трусихой. — Что ты здесь делаешь? Кто ты? Что тебе нужно?

Она с усмешкой встретила ее слова, но при этом в выражении лица не было и намека на веселье.

— Меня зовут Брендал, что же насчет того, почему я здесь, думаю, это очевидно. Я хочу, чтобы ты пошла со мной.

— Зачем?

— Вопросы потом.

— Это вряд ли. Ты обманула папу, чтобы добраться до меня?

— Конечно. Мы делаем то, что должны.

Ни намека на раскаяние. Сука. В девушке вспыхнул гнев.

— А теперь пошли, — указала ей жестом Брендал.

Мэри Энн подняла подбородок. Она не чувствовала ни капли принуждения со стороны феи. Потому что подавляла ее силы? Возможно, но не полностью, раз уж папа поднялся по лестнице. Помни, что говорила Виктория. Твои способности не работают на тех, кто одарен природой.

— Думаю, останусь здесь, спасибо.

Темные глаза сузились.

— Хочешь ответов, прекрасно. Я хочу, чтобы ты пошла со мной, потому что ты нужна мне. Ты отталкиваешь, в то время как твой дружок Эйден притягивает. Ты успокаиваешь, он разжигает. Ты тоже оружие, хотя, скорее всего, не понимаешь этого.

— Придумай что-нибудь получше.

— Он завлекает, ты добиваешь.

Если бы.

— И кого мне нужно добить, м?

— Врагов, конечно.

Для фей врагами были вампиры и оборотни.

— Поэтому ты здесь? Думаешь, я помогу тебе?

— Не мне, нет. — Брендал двинулась по левую сторону, проводя рукой по ценным безделушкам. — Ты хочешь помочь своему другу, Эйдену, разве нет?

Желудок Мэри Энн скрутило от боли.

— Что ты имеешь в виду?

— Он у ведьм, и они им недовольны. И я знаю о встрече и о том, что вы умрете завтра. Впрочем, Эйден любит тебя и, чтобы спасти тебе жизнь, отказывается идти ведьмам навстречу, пока они не объявят встречу открытой. И точно так же отказывается дать желаемое мне.

Не показывай свои чувства. Не смей показывать.

— И ты хочешь…?

— Знать, что случилось с моим братом. Ради этого я на что угодно готова пойти. На что угодно. Даже… предать союзников.

Она сказала то, о чем подумала Мэри Энн? Что она предаст ведьм в обмен на информацию о брате? Что поможет Мэри Энн освободить Эйдена?

— Поэтому ты идешь со мной, Мэри Энн.

Она покачала головой. Она не могла довериться этому существу.

— Нет. Я же сказала. Я остаюсь здесь.

Брендал подняла золотистую бровь, в высшей степени выражая спокойное принятие.

— Если я прикажу твоему отцу убить себя, он с радостью это сделает. Твоя способность приглушать мое влияние могла бы остановить его, да. Знаю, ты об этом думаешь, но я могу позвать своих сородичей. Они утащат тебя прочь, и тогда…

На долю секунды Мэри Энн представила, как налетает на фею подобно катапульте ярости, как вцепляется в нее ногтями и рвет зубами. Никто не угрожал ее отцу. Никто. Только обещание Брендал позвать остальных остановило ее. Один на один еще куда ни шло. Но если их будет много, сомнительная затея.

— Как, по-твоему, я должна тебе помочь?

В глазах женщины расцвела досада, первая эмоция, что тронула ее лицо.

— Я же говорила. Ты пойдешь со мной, ослабишь ведьм, а я стащу парня.

— И все?

— Да.

Она знала, что Мэри Энн может вытянуть силы ведьм, или просто имела в виду, что она приглушит их способности?

— А что ты будешь делать с Эйденом?

— Как только он мне все расскажет, я его освобожу.

Или попытается убить его. Потому что Мэри Энн знала ответ, который так жаждала услышать фея, и знала, что ей он не понравится. Ее брат был мертв и из-за Эйдена.

— Ты освободишь его? Несмотря ни на что?

Она кивнула.

— Несмотря ни на что.

— Я могу тебе доверять?

— А у тебя есть другие варианты?

Боже, как она хотела, чтобы Райли был здесь и сказал, держат ли феи свои обещания.

— А что насчет собрания ведьм?

Триумф сменил досаду.

— Я не могу заставить их объявить встречу открытой.

По крайней мере, в этом она была честна.

— Хорошо. Я помогу тебе.

А потом…

Глава 30

Прижимаясь губами к земле, он почувствовал вкус крови. Это не его, понял Эйден, а Виктории. Она дала ему несколько капель. Случайно? Намеренно? Но этого было достаточно. Теперь он был в ее голове, слышал ее мысли, видел мир ее глазами. Чувствовал ее боль.