Сердца и моторы - Васильев Владимир Николаевич - Страница 29

Пиво еще хранило прохладу конторского холодильника. Подавая упаковку хозяину, Лощинин подумал, что нужно будет сводить секретаршу в ресторан. Наверное, она этого давно ждет, раз так старается. Или не так? Или Уля просто дорожит работой? Денег ей, что ли, больше платить? Так ведь вроде немало и сейчас платится…

Платонов легко свернул пробку с горлышка голой рукой, швырнул металлический кругляш под столик и с ясно видимым удовольствием присосался к первой бутылке «Хейнского». Пиво, пенясь и тихо клокоча, исчезло в несколько глотков. Наверное, Платонов пьянствовал уже не первый день.

– Выкладывай, – наконец оторвался он от бутылки, утираясь похожей на небольшую лопату ладонью.

Платонов слыл лучшим и самым высокооплачиваемым в сити убийцей. Самым странным было то, что убивал клиента он исключительно редко – практически всегда доставлял живым заказчику. За дела, когда требовалось просто кого-нибудь втихую хлопнуть, он просто не брался. За убийства видных людей он не брался тем более. А вот разыскать самоуверенного ловчилу, сперевшего у одной из контор нечто важное и тепленького приволочь его прямо в кабинет шефа или догнать на перегоне лоха с чемоданом денег – вот такие дела Платонов любил. Тем не менее его считали обычным киллером, правда – лучшим из. Не гнушался он и съездить на разборку, но если дело доходило до стрельбы (а случалось это опять же крайне редко), финал всегда получался одинаковым: Платонов и команда, пристрелив парочку коллег-оппонентов, брала остальных живыми, чтобы затем получить за них выкуп. Кто его только не пытался перетянуть на свою сторону – даже Фариду этого не удалось. Платонов предпочитал оставаться вольным охотником и договариваться с ним имело смысл только непосредственно перед делом. Брал он дорого, но никто и не думал экономить, если действительно намеревался заполучить Платонова в свою команду – хотя бы на один раз.

– В общем… – начал Лощинин, – пропало у меня кое-какое файло…

Платонов оторвался от второй бутылки пива и пристально поглядел на Лощинина.

– Хакеры? – спросил он бесцветно.

– Да.

– Но у тебя же грамотный персонал. Энди, например… Неужели влезли?

Лощинин развел руками:

– Увы… Энди и сам не понимает как это произошло. Помнишь, рядом с сумеречной перебой с энергией был? Когда повервод повредили?

– Ну? – Платонов снова отхлебнул, но всего глоток. Значит, заинтересовался.

– Файло пропало когда мой терминал был отключен. Понимаешь?

– Нет, – ответил Платонов. – Не понимаю. Впрочем, ладно. Почему я?

– Шамил и его четверка мертвы, – честно сказал Лощинин, стараясь, чтобы это прозвучало не очень уныло. Получилось плохо.

Вот теперь Платонов заинтересовался всерьез. Даже пиво отставил в сторону.

– Давай, давай, не молчи, – поторопил он. – Кто заказчик – ты или я?

Лощинин засуетился:

– Мы вычислили кто это… почти наверняка. Некто Фриппи, хакер-одиночка. Его не знают в сетях.

– Действительно, – подтвердил Платонов. – Я его не знаю. Даже не слышал никогда.

– Он всегда оставляет трек в пределах чужого холда. После того, как файл у меня пропал – он затер даже бекапные копии – его следов не могли отыскать в сети несколько недель. А когда нашли, он сумел уйти от Шамила с командой на перегон. В этом ему помогла девчонка по имени Тири, бывшая подружка…

– Гонзы. Знаю, – сказал Платонов.

– Их настигли в Трое. Это…

– Южнее перегона… У Добрича. Знаю.

– Собственно… все. Потом позвонил Фарид.

Платонов кивнул:

– Понятно. И сказал – хочешь жить, зови меня. Ладно, я берусь. Таксу ты знаешь. Половину вперед, как обычно.

Лощинин полез в карман пиджака и достал толстый, набитый крупными купюрами конверт. Взвесив его на ладони, Платонов, даже не заглядывая внутрь, швырнул в сторону бюро. Конверт спланировал к пачке точно таких же, вскрытых.

– Начну вечером – пиво только допью и в себя приду. А ты пока рассказывай подробности, – сказал он. Лощинин кивнул в ответ.

– Кроме бригады Шамила я планировал использовать пятерку сетевиков из-за барьера…

Платонов даже пивом подавился.

– Зачем?!!

Помявшись, Лощинин ответил правду:

– Посоветовали… Камилл посоветовал.

Платонов покачал головой, как бы говоря «Ну-ну…» и вновь приложился к «Хейнскому». Бутылке сразу основательно полегчало.

– Их вытащили черт знает где, на перегоне, в глубине материка. Правда, не в самом центре, относительно близко к сити. Дали четыре джипа и инструкции – Камилл словно предвидел, что Фриппи ускользнет от меня в самом городе и вырвется на перегон…

О том, что Камилл вел свою игру, Лощинин решил не говорить. И о том, что Камилл исчез из сити некоторое время назад, именно в тот день, когда Фриппи проявился в «Потерянном кластере». Причем на несколько часов раньше.

– Какая у клиента тачка? – поинтересовался Платонов.

– "Сигейт Барракуда", если еще не сменил. Да и зачем менять?

На это Платонов не ответил.

– Короче, этот Фриппи влез на терминалы джипов и заменил хинт. Точнее, слегка подпатчил. И эти кретины теперь уверены, что должны его охранять. За мои, ядрена вошь, деньги! – Лощинин в сердцах махнул рукой.

– Нечего с чайниками дело иметь, – пожал плечами Платонов, откупоривая третью бутылку. – Тебе известно кто платит дважды, а, Лощинин?

– Известно, – проворчал Лощинин успокаиваясь. – Но ведь обидно!

– Сам виноват. Хорошо, а кто мешает тому же Энди влезть на холд этого умника и выпотрошить его?

Лощинин фыркнул, показывая, что уж до этой мысли он и сам бы дошел.

– У этого умника просто нет холда. И станции нет. Он – плавающая нода.

– Понятно, – Платонов покачался в кресле. – Ковбой, значит. Это славно, обломаем ему перья.

Поборов хрипоту и колебания, Лощинин предостерег:

– Это не просто ковбои-недотепы… И парень, и девка. Они смогли убить Рюкзака прямо через сеть – выжгли ему мозги. И Энди едва не сожгли, еле успел мнемоюсты сдернуть…

Платонов пристально взглянул на Лощинина. В том, что Лощинин говорит правду, сомнений не было – Платонову не врут, нанимая на дело. Потому что единственный умник быстро узнал вкус смерти и заплаченные деньги так и остались валяться в луже его собственной крови. Также Платонов был уверен, что заказчик не рехнулся – слишком стройная картина, да и… в общем, уверенность в этом не покидала Платонова ни на секунду. Получалось, что изменчивая сеть позволяет делать то, чего раньше никто не умел – убивать прямо в киберспейсе. Убивать пользователя, проникшего в сеть, а не просто его программы и ядра. А значит, он обязан научиться делать это. И научат его эти ковбои-воры. Чем скорее, тем лучше.

– Оставь входной пароль по приоритетному линку, – сказал он Лощинину, поднимаясь. – Я выезжаю прямо сейчас.

– Беспарольный, – буркнул Лощинин. – К чему терять несколько секунд?

– Логично, – качнул головой Платонов, вставая. Встал и Лощинин. – Возникнут вопросы, буду тебя теребить. И не сомневайся – далеко не уйдут.

Лощинин внутренне ликовал. Он понял, что Платонов сам почему-то заинтересовался этим делом, а когда Платонов увлекается, можно спать спокойно – месяц-другой, и с перегона клиент будет притащен упакованный и тихий, согласный на все.

Он вышел за дверь, щурясь на солнце, а Платонов в доме полез под душ. Бутылка недопитого «Хейнского» затерялась на столе, слившись с общим беспорядком.

Уже в машине Лощинина настиг зов Эндиного терминала. Палец привычно утопил клавишу ответа.

– Что там? – спросил он, глядя не в голокуб, а на дорогу, потому что сидел за рулем. На голокуб он просто косился.

Бородач в сумраке куба мрачно сообщил:

– Я кое-что выяснил, Володя. О «Сигейте» Фриппи можете забыть.

Энди многозначительно замолчал, и Лощинин был вынужден его поторопить:

– Ну выкладывай, выкладывай!

– Я полазил по серверам Трои. Короче, Шамил погиб на территории механических мастерских у северного шлюза. Владелец мастерских – Грай Самарин. Родной брат Тири. Одновременно мастерские служат перевалочным пунктом нелегальной торговли запчастями к мотоциклам ручной сборки. Ну, и собранными мотоциклами там приторговывают, сами же, видимо, и собирают. Так что…