Укротитель (СИ) - Кутейников Дмитрий - Страница 71

Настя моей радости не разделяла, скорее даже была расстроена и недовольна.

— Но как? Если бы я была покеженщиной — тогда понятно, но…

— Милая, успокойся, пожалуйста! Да, это партеногенез. Да, это не совсем то, чего мы ожидали, и уж точно раньше, чем мы думали. И что? Мы из-за этого будем любить нашу дочку меньше? — Я с удобством устроился на кольцах щупалец, раскинутых Наядой, откинувшись на её грудь, притянул Настю к себе на колени и дождался, пока остальные тоже пристроятся под бочок. Вообще, конечно, расслабляться во время боя — чревато, но это был не мой бой, и мне было всё равно. Глядя на нашу композицию, чем-то напоминающую Лаокоона и гидру — в несколько фривольной интерпретации — присматривавшая за нами пиджи только фыркнула, как мне показалось, немного завистливо. Я же лишь крепче обнял Настю и постарался уделить всем по отдельной конечности. — Если бы тебя брали покеболлы, этого бы не случилось, мы бы дождались твоего второго созревания и завели бы детей сильно позже. Считай, что мы просто начали пораньше, заодно и одну сложную проблему почти решили!

— Какую проблему? — Насторожилась Настя.

— Имя для ребёнка. Раз мы заранее знаем, что это девочка, выбрать имя будет в два раза проще. — С улыбкой пояснил я.

— Да ну тебя, вечно ты прикалываешься! — Настя наконец успокоилась, и мы просто сидели и ждали, когда всё закончится.

Глава 38. Слово и дело

Полная зачистка ранчо заняла почти два часа. Всё это время мы так и сидели клубком — лучше бы, конечно, было забраться в палатку и устроить хорошую оргию, но нас очень настойчиво просили никуда не уходить. Впрочем, предусмотрительно прихваченные Магдой бутерброды немного примирили меня с долгой задержкой.

Ранчо оказалось почти настоящим, но небольшим, и специализировалось на линейке слайсер — валькирия — армсмистресс, изредка занимаясь перепродажей близких по духу пиджи — вроде той магической боевой ангелицы в шахте подъёмника. Бандиты ферму вполне честно купили, выкопали небольшое подземелье, где варили разную дрянь, и жили припеваючи, не привлекая лишнего внимания. Само по себе ранчо тоже приносило небольшой доход, но главное его назначение — запас пушечного мяса, что, впрочем, против подготовленного профессионалами штурма мало помогло. Защиту от телепорта на ранчо поставили сравнительно недавно, и сами себе этим изрядно подгадили: после насильственного срыва заклятия стал невозможен телепорт даже с артефактами-ключами, и сбежать сумел только один самый сообразительный, сначала до полусмерти загнавший свою рапитауру, чтобы выйти из зоны магических возмущений, а потом «заячьим скоком» короткими телепортами запутавший след и ушедший куда-то длинным. Впрочем, спецназовцы считали, что чина он невысокого, и гоняться за ним не собирались. Но это я узнал уже позже, сразу же после боя спецназовцы захотели пообщаться со мной.

К нашей очень тесной группе подошёл большой начальник, судя по тому, как все вытягивались во фрунт при его приближении, мельком глянул на нас, скривился, будто лимон съел, и отвернулся, что-то пробормотав под нос. Меня окатило волной незамутнённой ненависти, а он уже говорил с кем-то по рации, стремительно удаляясь.

Через пару минут к нам прибежал сильно умотавшийся молодой лейтенант, видимо, в силу возраста и звания выполняющий обязанности мальчика на побегушках.

— Добрый день, ээээ… — Не сразу смог он переключиться.

— Васин, Николай Мартынович, формально — укротитель из Горной лиги, на самом деле — местный и исследователь, но это сейчас не существенно.

— Да. Николай Мартынович. Будьте добры, ваш покедекс.

— Увы, я не знаю, где он сейчас. Очнулся я уже без него, полагаю, что его или уничтожили, или куда-нибудь выкинули. Он был по максимуму запаролен, и я сомневаюсь, что из него смогли извлечь что-нибудь существенное.

Мой собеседник нахмурился и устало потёр лоб.

— А кто-нибудь может подтвердить вашу личность?

— Да, конечно. Во-первых, мой гарем, во-вторых — моя сестра, но, вероятно, их показания, как лиц заинтересованных, не очень подойдут. Поэтому есть в-третьих: пиджи из местного отделения милиции, гроули Ната, черуб Вика и лиса закона Ирина, полагаю, их словам вы сможете доверять. Ещё была дженни, Ольга или Оксана, я сейчас не вспомню, тоже из милиции.

— Лиса? С синими волосами и роскошным хвостом? — уточнил он, глядя мне за спину. Сфокусировав своё восприятие и немного пошарив, я убедился, что это действительно Ира, а с ней — Вика и Ната.

— Да, это они, как раз втроём. — По моей мысленной просьбе Наяда подняла меня повыше, заставив лейтенанта вздрогнуть, а я замахал руками, подзывая троицу милицейских пиджи. — Ира! Ната! Вика! Я здесь! Вы себе не представляете, как я рад вас видеть!

Представив всех друг другу, я заодно узнал, что лейтенанта зовут Алексеем Михайлович («это имя и фамилия, без отчества» — вот ведь угораздило человека). Ира и Вика хором подтвердили мою личность («вряд ли есть кто-то ещё с такой внешностью»), Ната принюхавшись, нахмурилась, но подруг поддержала. Достав свой планшет, Алексей зафиксировал пересказ событий, слегка усомнившись в точности моей оценки потерь бандитов при захвате, и очень заинтересовавшись упомянутым мной бункером — настолько, что описание моего побега записал «не приходя в сознание».

— А вы можете указать, где именно вход в этот бункер? — Спросил он с усталым, но решительным видом.

— Конечно! Девочки, пустите меня и идём. — На распутывание ушло несколько больше времени, чем я ожидал, но через пару минут мы уже шагали по местам «боевой славы» — только в обратном порядке.

— Вот эта кучка костей и пепла была армсмистресс. Попала под откат от разрушенного заклятия. Впрочем, после копья в живот она всё равно не продержалась бы долго. — Скелет выглядел весьма неприятно: весь почернел, кости, казалось, искривились, истончились и шевелились, но ни прямой взгляд, ни чувство пространства это ощущение не подтверждали — должно быть, побочный эффект от не развеявшейся магии.

— Здесь была совсем молодая пиджи. Судя по отсутствию тела, её уже кто-то упаковал. Надеюсь, они успели. — Я поморщился от неприятного воспоминания.

Ещё несколько минут неспешным шагом привели нас ко всё ещё стоящим обломкам в форме сарая.

— А вот и сарай. Внутри там почти ничего нет, подъёмник в углу. — Я указал рукой и, под несколько удивлённым взглядом Алексея вошёл внутрь. — Вот здесь.

От моих пиджи донеслась волна искреннего удивления, а Алексей вслух выругался.

— Что такое? — Спросил я сразу всех. Настя просто скинула мне картинку — никакого сарая не было. Был просто умеренно помятый участок травы, и следы моего боя с армсмистресс начинались лишь метрах в десяти от того места, где, по её ощущениям, я стоял. — Очень интересно! Попробуйте подойти сюда, только осторожно и по одному…

Это была не магия. Просто голографический проектор — достаточно мощный, чтобы скрыть под картинкой реальность, который тупо показывал точку метрах в ста от сарая. Очень, очень интересный способ сокрытия — пока не войдёшь внутрь проекции — ничего не увидишь, а я уже настолько привык полагаться на чувство пространства, что отсутствие визуальной картинки просто игнорировал — ну, как ночью человек автоматически достраивает цвета по памяти, хотя (и это доказано) видит исключительно чёрно-белое изображение.

Алексей, закончив ругаться, вызвал подкрепление — хотя я чувствовал внизу только две кадабры в отключке и боевую ангелицу со сломанной шеей, он предпочёл не рисковать.

«Опять вниз, и опять на подъёмнике» — неожиданно пришла в голову не очень-то приятная мысль, но не успел я поморщиться, как от моих пиджи пришла тёплая волна поддержки и я ответил им тем же.

— Скажите, Алексей, а почему ваш начальник послал общаться со мной именно вас? У меня сложилось впечатление, что он сначала планировал сделать это сам, но я его, кажется, чем-то расстроил… — На самом деле, «расстроил» — это жуткое преуменьшение, но я предпочёл сформулировать вопрос максимально нейтрально.