Зови меня Зверь (СИ) - Ливадия Любовь Олеговна - Страница 76

– И чё?

– Сейчас её нет.

Кован повернулся, посмотрел, куда там тыкает пальцем Ден, но выяснять, какая муха его укусила, не собирался. Просто опустил голову и буркнул:

– Не люблю снег.

Дункан тоже продолжать не стал, уполз к своей стенке и сел. Аврора равнодушно проследила за ним глазами. Мысли перемешивались, путались, вязко перетекали одна в другую, но почему–то постоянно возвращались к снегу. Не любит. Боится. Снег. Снежинка. Была и нет. А почему нет? Растаяла. Не будет бояться…

Аврору как подкинуло. Беспамятство смахнуло, а мысли снова стали чёткими.

Не тратя времени, она подскочила к Картеру и лихорадочно зашарила по его стене. Остальные не вмешивались, даже Картер только вяло отодвинулся в сторонку.

Нету!

Точно!

Аврора присела перед королём, тряхнула его, пытаясь поймать взгляд, и заговорила – быстро–быстро, так, чтобы самой поверить:

– Это было давно, слышишь? Это уже кончилось! И не повторится! Ты здесь, ты не там! Скажи мне, скажи! Что это за место? Кто это был? Картер, очнись! Кто это был?! Скажи!!!

– Хэбы! – рявкнул ей в лицо парень. В ярко вспыхнувших глазах появилось, наконец, понимание. – Они пришли ночью! И сожгли всё, что видели!

Аврора выпустила его, переждала, пока парень отдышался, убедилась, что наваждение больше не вернётся.

– Я не понимаю.., – прохрипел Картер, вставая на ноги.

– Потом! – Аврора села перед Кайриной. – Почему ты плакала?

Подруга затравленно сжалась.

– Почему ты плакала? Кто тебя напугал?

Кайрина истерично хихикнула и заговорила…

С Атоном пришлось повозиться. Картинки на его стене представляли собой сплошную абстракцию.

– Вот! Это что? Бормашина? – Ден показал на неясную загогулину и повернул к ней Атона. – Пойдём зубы лечить?

– Нет! – взвизгнул тот и очнулся.

Картинка затрепетала и выровнялась. Только пустой квадратик на стене остался.

– Теперь объясняй! – скомандовал Кован, снова садясь у своей стены. – Аврора, чё встала? Объясняй давай!

– Наши страхи, – Аврора тоже села, поджав ноги. – Они все здесь нарисованы. Почему мы каждый раз садимся к одной и той же стене? Потому что она наша! Если рассказать, чего боишься, уже не так страшно. А если пережить и потом признаться – да, вот именно этого я и боюсь! – оно уже не вернётся.

– И что теперь? – сощурился Кован.

– Рассказывай. Всё, чего боишься. Только картинку сначала подходящую найди.

Они говорили. Долго, сначала несмело, стесняясь, оправдываясь, потом взахлёб, перебивая друг друга. Выплёскивая накопившиеся обиды, мысли и тревоги, они не могли остановиться. Смешные и глупые, надуманные и несуществующие – как просто всё вокруг, когда говоришь об этом вслух, а не дрожишь среди ночи один на один со своими выдумками. О серьёзном говорили скупо, по существу, без эмоций и лишних охов. Просто потому, что поняли. Возможно, впервые за долгую дружбу по–настоящему поняли друг друга.

И с пониманием пришла лёгкость.

И страх отступил.

Глава 26

Аврора открыла глаза и поморщилась – запах тут не ахти. И лежать неудобно. И вообще – что опять за дела?! Не видно же ничего!

Пошевелила рукой, нашла край и спустила ногу. Пол рядом. Невысоко. Перекатилась на бок, соскользнула вниз, да так там и осталась.

Ей ещё ни разу не хотелось есть, пить и в туалет сию же секунду.

И что самое обидное, решаемая проблема только одна…

Глаза наконец привыкли к темноте – не такой уж и непроглядной – вырвав из неё пол и нишу в стене, из которой Аврора выпала. Ниша низкая и неглубокая, только чтобы лечь.

– Эй, есть тут кто–нибудь?

– Есть! – Аврора, не разбирая дороги, бросилась на голос, а потом на шею Дункану, успевшему не только осмотреться, но и найти где–то факел.

– На–ка, держи, – Друг сунул ей в руки новую палку, зажёг её от своей и кивнул на ближайший проход. – Ты туда, я сюда. Найдёшь кого – кричи.

– А–а–ай! – Кайрина вылетела сбоку и так неожиданно, что, не промахнись она мимо Авроры, могла бы остаться без волос.

Остальные тоже нашлись быстро. Все целые, невредимые и вменяемые.

– А это точно не очередной морок? – Атон подозрительно поводил туда–сюда факелом.

– Не знаю, мне живот от голода сводит, – просипела Кайрина.

– Значит, отпустило, – кивнул Картер. Все сразу расслабились – наконец! – но радоваться не спешили: ещё неизвестно, что на очереди.

Проход вывел их на небольшою площадку, коридоры сходились к ней и уводили дальше, вглубь лабиринта.

– Разделяться будем?

– Будем, – решил Дункан. – А то до скончания века не пройдём.

Уже через несколько минут по сетке ходов прокатился визг.

– Аврора, аккуратнее! – прилетело с другой стороны от Атона. – Там…

– Уже нашла, – мрачно отозвалась Аврора, вглядываясь в одну из ниш. Человек, лежащий там, спал уже очень давно. В тусклом свете различить черты лица не удавалось, но одет он был в кольчугу. У бока виднелся ржавый меч.

Приподняв факел, Аврора зачарованно переводила взгляд с одного человека на другого. Работая над докладом, она видела александрийский некрополь, и в нём много веков назад лежали воины, каждый на своём месте, с оружием и в доспехах. Но дома перед телевизором, в окружении лесов и рабочих он казался чем–то таким же нереальным, как давно разрушенные памятники культуры, про которых рассказывают на экскурсиях. Нет запаха тлена, нет жёлтой высохшей кожи на телах, нет ощущения, что откуда–то с верхних ярусов или из глубины коридора на тебя смотрят и чего–то ждут.

– Что это? – ребята снова сбились в кучу, стараясь быть взрослыми, спокойными и даже циничными. Получалось как–то не очень.

– А чё мёртвых бояться? – исключительно неубедительно заявил Кован.

– А кто тебе сказал, что они мёртвые? – вкрадчиво протянул Картер.

– Ты их видел?!

– А на себя ты смотрел?

Кован сбледнул окончательно и заткнулся.

– Куда пойдём? – процедила Аврора.

Друзья покрутились рядом, решили, что все коридоры абсолютно одинаковые и нет никакой разницы, в какую сторону двигаться – всё равно ничего не видно!

– По дороге присмотритесь, может оружие приличное попадётся, – Аврора с содроганием приблизила факел к одной из ниш и отпрыгнула к ребятам – мужчина, лежащий там, почудился живым и дремлющим. Авроре даже показалось, что у него губы шевелились, но свет от факелов больше мешал, чем помогал. Огонь метался во все стороны, норовя сорваться, сквозняк разгонял спёртый воздух, но дышать приходилось ртом.

Через час поисков удалось раздобыть вполне приемлемые мечи. Картер, как самый стрессоустойчивый, даже умудрился «поторговаться», перебрав с десяток. Нового оружия найти не удалось: всё, что лежало рядом с воинами, ковалось много лет назад и пребывало в жутком состоянии.

– Странно, – протянула Кайрина, разглядывая очередной трофей. – Одежда на многих приличная, а оружие – как после прадеда осталось.

Картер смахнул с эфеса липучку и посмотрел на Аврору. Девушка только кивнула – похоже, попали они туда, куда стремились. Знать бы ещё, куда вляпались. А заодно, как бы теперь вернуться!

Коридор кончился внезапно.

– Приплыли, – выдохнул Кован.

Круглая комната после тёмного коридора казалась ярко освещённой. На деле же светильников в ней не нашлось. Свет струился из огромного, во всю стену окна. Ребята, выбравшиеся как раз напротив него, на мгновение встали, но, оглядевшись, разочарованно взвыли.

Комната оказалась застеклённым балконом, нависающим над полом на высоте третьего этажа. Что там внизу ребята рассмотреть не смогли – полупрозрачное стекло пропускало ровно столько света, чтобы хватило лишь на освещение и догадку о балконе.

В центре возвышался огромный стол, а на нём…

– Ух ты, – протянула Кайрина.

Модель была великолепна. В каждой нише, длиной не больше пальца, помещался человек. Не аляповатая кукла, а настоящий лилипут. Масштабы лабиринта поражали. Выбраться из него самостоятельно не представлялось никакой возможности. Стены, испещрённые полками для людей, петляли и уходили ввысь на десятки метров, если только пропорции верно схвачены.