Нити судьбы (СИ) - Трусс Анастасия - Страница 97

- А ты что, идёшь со мной? Я думала, что ты только покажешь мне дом.

- Размечталась! – фыркнул Лекс. – Я не могу потерять такого ценного донора только из-за того, что ему пришло в голову наведаться в гости к родственнику.

- Ценного донора?! – возмутилась я. – Только не говори, что считаешь, будто я ещё хоть раз в жизни буду поить тебя своей кровью! Это ты тут размечтался, Лекс!

- Говори, что хочешь, – спокойно ответил Мейснер. – Но, я иду с тобой.

- Да пожалуйста! – с раздражением произнесла я. – Идём через парадный вход!

- Уверена?

- Уверена!

- Вы к кому? – перед входом стояли охранники.

- К Виктору Деланье, – ответила я.

- Хозяин занят. Велел никого не пускать.

- Что ж у вас хозяин-то такой неприветливый, а? – нарочно печальным голосом произнёс Лекс, делая шаг вперёд.

Перед моими глазами всплыла картина, как мы с Лексом ходили к Филиппу. Там нам тоже не давали пройти два охранника. Для них эта встреча закончилась смертью. И я поняла, что и сейчас киллер хочет решить проблему точно таким же путём.

«Надо было, всё-таки, идти через чёрный ход» – с досадой подумала я, хватая Лекса за руку.

- Лекс, прошу, не надо, – тихо, чтобы не услышали охранники, сказала я. – Я сама с ними поговорю.

Мейснер несколько секунд смотрел на меня, словно раздумывая, а затем снова встал рядом со мной.

- Я понимаю, что господин Деланье очень занят, – заговорила я. – Но… у меня к нему очень важное дело. Ведь вас-то он к себе пускает, не так ли? Передайте господину Деланье, что… пришла его дочь Милена.

- Какая ещё дочь? У хозяина нет никакой дочери.

- Уверена, что мой папочка тоже старается так думать, – пробормотала я себе под нос. – Вы ему просто передайте мои слова, а уж он сам решит – есть у него дочь или нет.

- А если он не захочет тебя видеть? – поинтересовался Лекс, когда один из охранников, всё-таки, пошёл в дом.

- Тогда будем действовать по ситуации. Но! Без убийств, – предупредила я.

- А если без убийств не выйдет? – продолжал Лекс, которому, явно, становилось весело.

- Я рада, что у тебя улучшается настроение. Но, пожалуйста, постарайся сделать так, чтобы вышло без убийств!

- О чём вы там шепчетесь? – вмешался в наш разговор охранник.

- Не обращайте внимания, – поспешно ответила я. – Это мы о своём, о личном.

Минут через пять вернулся охранник и сказал, что я могу пройти. Правда, предупредил, что Деланье зол, как собака. Но, мне не было дела до того, в каком мой отец настроении. Главное, что меня впустили. И Лекса, кстати, тоже. Повезло охранникам – оказались умнее, чем амбалы Филиппа. Или везучее.

В самом доме нас встретили и проводили до кабинета моего отца. Мы вошли. Там, за большим дубовым столом, заваленным бумагами, сидел мой отец. Что я почувствовала, когда увидела его? Злость! Ярость! Я не видела этого человека пять лет до того, как чуть не столкнулась с ним на вечере Макфеев. Я ему ничего не сделала! Не искала с ним встреч, не претендовала на наследство… Так чем же я заслужила то, что мой отец натравливает на меня создание, которое когда-то было ребёнком?!

- Зачем пришла? – без всяких приветствий, первым заговорил отец.

- У меня к тебе несколько вопросов, – в тон ему ответила я.

- С чего ты взяла, что я буду отвечать на какие-то вопросы?! – рявкнул Деланье. – Явилась в мой дом без приглашения, как будто тебя здесь ждут! Убирайся отсюда немедленно!

- И ты это говоришь после того, как пытался меня убить? И если ты меня так сразу выгоняешь, то зачем было тогда говорить охране, чтобы она меня впустила? – спросила я. – Решил посмотреть, какой выросла твоя дочь?

- Дочь? Не смеши меня! Такая мразь, как ты, не может быть моей дочерью!

- Даже так? Значит, тебя бы устроил только сын? – я старалась говорить спокойно, но сколько усилий мне это стоило!

- И это тоже. Но, не только. На! Читай! – он кинул мне какой-то листок.

- Что это? – с удивлением спросила я, пытаясь понять смысл того, что написано чисто научным языком.

- Это – экспертиза на отцовство, – ответил мужчина. – В ней говорится, что мой сын… мне не сын! Моя жена нагуляла его на стороне!

- Ну, от измены никто не застрахован, – пожав плечами, произнесла я. – Но, при чём здесь я?

- Дело не только в моём сыне! Выяснилось, что я не могу иметь детей! Понимаешь?! Не могу и никогда не мог!

- Подожди-ка! То есть, ты хочешь сказать, что…

- Именно! Ты – не моя дочь! Твоя мать-шалава имела любовника, от которого ты и родилась!

Глава 35.

Глава 35.

Шок. Единственное, что я ощутила после слов отца… Точнее, уже не отца, а отчима. Нет, после всего того, что он сделал, он даже отчимом быть не мог! Совершенно чужой мне человек…

- Значит, ты поэтому всегда так ко мне относился? – тихо спросила я. – Из-за того, что я – не твоя дочь?

- Поэтому? Ты чем слушаешь, идиотка?! Я узнал об этом только несколько часов назад, когда получил результат своего медицинского обследования! Если бы я знал об этом с самого начала… ты и твоя мамаша давно были бы с позором вышвырнуты на улицу и закончили свои дни на какой-нибудь помойке! Так что, скажи «спасибо», что этого не случилось!

- «Спасибо»? Я ещё должна тебе «спасибо» говорить?! Ну, ты и гад… господин Деланье! – с издёвкой произнесла я последнюю фразу. – Может, тебе ещё спасибо и за интернат сказать? В который ты меня отдал? Вроде как, не на улицу же выкинул!

- Совсем обнаглела, девчонка?! – Деланье, разве что, слюной от ярости не брызгал. – Как ты смеешь так со мной разговаривать?! Та, чьим отцом был кто-то из безродных слуг! И о каком интернате ты говоришь? Я никуда тебя не отдавал!

- То есть… как?

- Я не знал о твоём местонахождении последние пять лет! До тех пор, пока ты, каким-то образом, не оказалась в «Шисуне»! И почему я тебе это рассказываю? С меня достаточно! – он нажал на какую-то кнопку на столе и, через долю секунды, в кабинете появилось десять вооружённых человек.

- Что это значит, отец… то есть, господин Деланье?! – обратилась я к владельцу дома.

- У меня не вышло убить тебя с помощью создания, которое сотворили мои учёные. Поэтому, я убью тебя и твоего спутника более простым способом – пулей. К тому же, ты сама пришла сюда и, вряд ли, кому-то об этом сказала. Так что, искать тебя здесь никто не будет, – объяснил Виктор.

- Милена, закрой-ка свои глазки, – сказал Мейснер. – Потому, что крови здесь сейчас будет очень много.

- Мейснер, тебе обязательно нужно убивать, а? – услышала я до боли знакомый голос.

«Нет, этого не может быть! Откуда?!». А потом, в кабинет, как ни в чём не бывало, зашёл Кай.

- А ты ещё кто такой?! – спросил Деланье.

- Меня зовут Кайома Макфей. Вы были на вечере у моих родителей несколько недель назад.

- Макфей? Наследник семьи?

- К великому сожалению моих родителей – да, – кивнул Кай, не обращая никакого внимания на вооружённых людей, как будто их и не было.

- Но… что же вам нужно в моём доме? – недоумевал мой, уже можно сказать, бывший отец, который, услышав фамилию «Макфей», мгновенно сменил тон обращения к моему кукловоду.

- Да я, в общем-то, за своей девушкой пришёл, – ответил Кай. – Вы не против, если мы не будем у вас задерживаться, а уйдём прямо сейчас?

- А тут… – начала я.

- А с тобой мы дома будем разговаривать! – сказано было таким тоном, что я сразу поняла – мне конец. – А вот вам, господин Деланье, я хочу кое-что сказать прямо сейчас, – продолжал Кай. – Я прекрасно знаю, что вы хотите избавиться от своей дочери.

- Она мне не дочь! – огрызнулся Виктор, но быстро спохватился. – То есть, я хотел сказать, что сделал медицинское обследование и всё подтвердилось. Я не отец Милены Бэлоу!

- Да, но, как вы сами сказали несколько минут назад, вы узнали об этом только сегодня. Не думайте, что я не слышал ваш разговор. В принципе, меня и не волнует, какие отношения вас связывают с Миленой. Важно другое. Если вы ещё раз попытаетесь хоть как-то навредить Милене (не нужно сейчас говорить, что вы не имеете никакого отношения к покушениям на Милену – я, всё равно, не поверю), вы сильно об этом пожалеете. Поверьте мне, я найду, как с вами расправиться. Я раскопаю все ваши тёмные дела (я не сомневаюсь, что они у вас имеются) и посажу вас на очень большой срок. Ну, а если вас отмажут от тюрьмы… Вам же хуже потому, что тогда я вас просто пристрелю. И, поверьте – улик против меня не найдут никогда в жизни, – закончил Макфей.