Пятничная я. Умереть, чтобы жить (СИ) - "Это Хорошо" - Страница 89

Помимо брачного контракта среди бумаг дядюшки обнаружилось письмо от какой-то незнакомки, полное скабрезных намеков и прочих интимных пошлостей. Все остальное оказалось долговыми расписками. Одежда, украшения, новые сапоги… Янис-Эль с отвращением смяла их в кулаке. Мерзко и больно было знать, что именно в такую цену — в цену сапог, финтифлюшек и модной куртки дядя оценил жизнь своей племянницы. И продал ее проклятому магу, словно молочного поросенка.

Янис-Эль еще более хмуро взглянула на шкаф, от которого, как ей казалось, отчетливо смердело… Стоп! Запах… Великий лес! Шишки и сучки! Запах был отнюдь не следствием эмоциональной реакции на мерзопакостного типа в шкафу, а отвратной реальностью. Янис-Эль торопливо выбралась из кровати, чуть не наступив на мирно дремавших кадехо, и распахнула створку. Точно. Этот гад мало того, что нагадил, так после все это размазал по стенкам.

Отмывая чужое дерьмо и матерясь по-черному, Янис-Эль решила, что вопрос с родственничком надо как-то решать. Проще всего его было скормить кадехо. Тем более что Чертик и Ангела и так уже посматривали на Титуса с вполне себе гастрономическим интересом. Кстати, еще одна проблема — как обеспечить едой этих двоих живоглотов? Если проблемой всерьез не озаботиться, то количество студентов Академии начнет постепенно сокращаться… Так что действовать следовало решительно.

Утром невыспавшаяся и злая Янис-Эль отправилась на поиски пресветлого дора Тарона. Слегка подванивавшего дядюшку, который теперь не орал, но зато начал глупо хихикать, Янис-Эль гнала пред собой. Процессию замыкали кадехо. На этот раз их появление не прошло незамеченным. Встреченные в коридорах общаги курсанты с воплями кидались кто куда, а дежурный, стоявший в карауле в центре плаца, поразительно ловко залез за флагшток и смотрел оттуда, выпучив глаза так, словно был не человеком, а лемуром.

Начальник Академии предсказуемо обнаружился у себя в кабинете и очень быстро встал, когда Янис-Эль, получив разрешение входить, пропустила вперед себя всю свою шайку-лейку.

— У меня проблема, пресветлый дор, — понуро сообщила Янис-Эль и отпихнула от себя дядюшку, который норовил начать лизать ей ухо.

— Вижу, — ответил Тарон, переступив с ноги на ногу. — Причем, судя по всему, не одна.

— Они не нападут, — заверила Янис-Эль и мысленно приказала кадехо лечь в уголочке, чтобы лишний раз не нервировать хозяина кабинета.

— Гм… Постараюсь поверить. Тогда, может, присядете и расскажете обо всем, фьорнэ?

Янис-Эль плюхнулась на стул, Тарон, глянув на кадехо, мирно устроившихся на полу, тоже осторожно опустился обратно в свое кресло. Дядюшка опять идиотски захихикал и пополз к нему под стол. Тарон попытался его выпихнуть, не преуспел, покачал головой и вновь перевел взгляд на Янис-Эль.

— Вы скверно выглядите, фьорнэ. Настолько, что я даже боюсь спрашивать, чем все это вызвано? — Тарон единым жестом обвел и саму Янис-Эль, и залегших в углу кадехо, и шебуршившегося у него в ногах Титуса.

Янис-Эль сопнула носом, нахохлилась и принялась рассказывать. События подверглись жестокой цензуре, но все равно пересказ всего, что произошло за время каникул, занял немало времени.

— Та-а-ак… — протянул Тарон, дослушав, и привычно забарабанил по столешнице пальцами своей единственной руки. — Та-а-ак… Давайте уточним, все ли я правильно понял. По дороге в Несланд Эльц ваш дядя предлагал вам брак и обещал убить пресветлого дора Несланда, но вы отказались и от первого, и от второго.

Янис-Эль кивнула.

— Тогда вас сразу по прибытии без вашего ведома выдали замуж за упомянутого дора, а потом в замок кто-то запустил стаю черных кадехо, в результате чего и дор Несланд, и его единственный наследник чудом остались в живых.

Янис-Эль кивнула еще раз.

— А кроме того, стало ясно, что гарнизон замка недостаточен по своему составу, плохо обучен и находится под командованием человека, который ничего в таких вещах не смыслит. Я имею в виду самого дора Несланда.

Янис-Эль почему-то захотелось оправдать своего горе-супруга, и она возразила:

— Его опаивали зельем с заговором подчинения.

Тарон кивнул, нехорошо усмехаясь.

— И это в крепости, расположенной на границе сразу с двумя странами, с которыми у нас отношения, скажем, далеки от идеальных.

— Корис, пока его не добили, сказал, что работает на Вечный лес.

— То есть, на ваших, фьорнэ, сородичей. Гм…

— Я не имею к этому никакого отношения, пресветлый дор.

— Допускаю, потому что при ином раскладе с вашей стороны было бы чрезвычайной глупостью рассказывать кому бы то ни было о событиях в Несланд Эльце. Но вернемся к ним. Вы поняли, что с помощью магического зелья дора Несланда держит в подчинении дор Халльрод, а саму отраву ему поставляет упомянутый дор Корис — полуэльф и незаконнорожденный брат дора Несланда, который в свою очередь, по всей видимости, берет зелье у мага, чью личность вам выяснить не удалось.

Янис-Эль скривилась и повесила голову.

— Идем далее, — Тарон немного помолчал, барабаня пальцами по столу, а после заговорил снова. — Затем на вас было совершено покушение — четверо солдат сначала изувечили вас, а после бросили умирать в метель в чистом поле. Пока ничего не путаю?

— Нет, — мрачно ответила Янис-Эль и невольно потерла сломанную тогда руку. — Но все ведь закончилось хорошо. Малыши меня спасли.

Кадехо, не поднимая лобастых голов с передних лап, синхронно закрутили хвостами. Грохнулся стоявший ближе всего стул, от которого тут же отвалилась ножка, а дядюшка под столом тихо заскулил и обхватил дора Тарона за колени.

— Малыши, — повторил Тарон, покачал головой и начал планомерно избавляться от цепких пальцев фьорниса Титус-Тита. — О ваших «малышах», фьорнэ… гм… Или теперь вернее будет говорить — пресветлая дора Несланд?

Янис-Эль махнула рукой — мол, мне без разницы. Тарон кивнул.

— Так вот, о вашем зверинце мы тоже поговорим позднее, а пока драконом прошу — уберите от меня этого вашего… родственника.

Янис-Эль вздохнула и полезла под стол следом за Титусом. Но ее усилия ни к чему не привели. Дядюшка хихикал и отбивался, забравшись теперь уже под кресло начальника Академии. Тарон терпел-терпел, а после просто встал и отошел к окну.

— Оставьте его. Продолжим. На чем мы с вами остановились?

— На солдатах, — мрачно сообщила Янис-Эль и вернулась на свой стул.

— Да, — Тарон кивнул, — на солдатах, которых потом нашли зарезанными. И выглядело это так, словно они сами покончили с собой.

— Именно. Я предположила, что это было магическое внушение или все то же зелье подчинения.

— И, думаю, были правы. Затем вы случайно наткнулись на дора Кориса, который пытался отправить сообщение. Вы забрали его магический мешок, а затем Корис попытался вернуть его себе. Сначала при помощи кулаков и ножа, а после при поддержке все того же мага. Но благодаря вашей прекрасной физической подготовке и, главное, невосприимчивости к магическому внушению, в этом не преуспел.

— Я, дура такая, уже тогда должна была догадаться, что в мешке есть что-то еще, что-то действительно важное. Ведь то сообщение, которое я прочитала, было совершенно нейтральным. Такое можно было бы отправить кому угодно, хоть действительно пресветлому лиру Бьюрефельту. Однако, Корис сделал все, чтобы мешок с ним себе вернуть, и я, дубина, даже не задумалась о том, с какой целью. Когда он вломился в кабинет к Халльроду, я была уверена, что он ищет свое фальшивое кольцо…

Тарон кивнул и прищурился.

— Потом Корис был убит, не успев ничего толком сообщить, но сознавшись в том, что ранее покушался на Эйсона Несланда. Мешок же остался у вас. И на обратном пути в Академию ваш дядя — фьорнис Титус-Тит, — Тарон кивнул под свой стол, — подсунул вам кольцо с отравленным жалом. В итоге вас захватили, чудом не убили, а магический мешок все-таки забрали. И кто это сделал, вы так и не узнали.

Янис-Эль понурилась и в сто сорок пятый раз кивнула.

— Вы думаете, я идиотка?