Пятничная я. Умереть, чтобы жить (СИ) - "Это Хорошо" - Страница 91

Тарон и Шуппе снова переглянулись.

— Мы обучали интенданта, а воспитали монстра, — тихонько сказал Шуппе. — Если ей поручить снабжение армии, солдаты будут есть на серебре, семейство Несландов на золоте, а вся остальная страна без штанов останется.

— Вы страшное существо, фьорнэ, — подтвердил Тарон.

Та лишь пожала плечами.

— Я знаю.

Глава 33

После похода к главе Академии жизненные перспективы Янис-Эль сразу стали куда более радужными… Безумного дядюшку обещал забрать «на опыты» мэтр Шуппе. Он же, блестя глазами, убедил Тарона и в том, что белые кадехо — такая великая ценность и столь богатый материал для изучения, что Академия просто обязана взять их на прокорм.

— В научных целях.

Тарон взглянул на своего зама по науке скептически, но тот вид имел увлеченный и оттого даже воинственный.

— Янис-Эль будет учиться ментальному общению с ними, а я стану все это исследовать. О! Редчайший, уникальный материал для монографии! Я произведу фурор, выступив в Совете магов, и, главное, утру нос этому старому сморчку мэтру Курдбаху!

Янис-Эль встрепенулась.

— Совсем забыла! Он вам, мэтр Шуппе, передавал привет.

— Что?! — маг закашлялся так, что дядюшка Титус, прижимая к груди недоеденный кусок мяса, снова забился Тарону под стул, а кадехо подняли головы и теперь смотрели на магистра с неким ожиданием — останется жив или съесть можно будет?

Но Шуппе оправился довольно быстро, и Янис-Эль, тоже во все глаза наблюдавшая за ним, решила мэтру немного… добавить. А что? Интересно же. Исследование, которые так любит мэтр. Сделав невинную мордашку, она пояснила:

— Ну да. Просил сказать: мол, передавай привет малышу Колину.

— Старый гриб! — магистр даже ногой топнул — так возмутился.

— И где ж вы, фьорнэ, столкнулись с уважаемым мэтром Курдбахом? — спросил Тарон меланхолично, уже, похоже, ничему не удивляясь.

— Он маг-лекарь в Тилитоне. Это город неподалеку от Несланд Эльца. Как раз мэтр Курдбах меня лечил после того, как по мне саримы потоптались… Ну, вы помните, дор Тарон.

Глава Академии утвердительно склонил голову.

— Вот, оказывается, куда старика занесло… Мир тесен.

— Это точно, — откликнулась Янис-Эль, с интересом поглядывая на Тарона и Шуппе, который, похоже, совершенно забыв о кадехо и едва не наступая им на лапы и хвосты, бегал из угла в угол по кабинету своего начальника. — А вы мэтра Курдбаха откуда знаете?

— Магистр Шуппе, — Тарон улыбнулся чуть иронично, — был его учеником. И, как вы, должно быть, уже догадались, они не сильно ладили. А потом мэтр Курдбах… перегорел. Произошло… гм… кое-что, из-за чего его магический дар почти ушел, и старик предпочел оставить столичную Школу магии и выйти из Совета. Значит, он теперь живет в Тилитоне… Буду знать…

Что так особенно заинтересовало в этом факте дора Тарона, Янис-Эль не поняла, да и думала не об этом. Встав, она подошла к мэтру Шуппе и сказала:

— Он о вас, магистр, очень тепло отзывался. Думаю, я должна это вам сказать. И это «малыш» в его устах уничижительно совсем не звучало. Скорее… по-отцовски. Знаете, у меня создалось впечатление, что он вами гордится.

Маг взглянул на Янис-Эль сердито. Затряс головой и кинулся вон из кабинета. Потом хлопнул себя по лбу, подскочил к столу Тарона и, ухватив за шиворот Титуса, решительно выволок его на свет божий. Безумный дядюшка тут же заорал и начал упираться. Черт с Ангелой предупреждающе зашипели на Шуппе, но тот с ситуацией справился с ловкостью истинного факира. Миг — и в пальцах мэтра возникла румяная печенька, посыпанная колотыми орешками. Дядюшка тут же потянулся за ней и в итоге, как осел за морковкой, потрусил за Шуппе.

Тарон покачал головой, поглядывая на нервничавших кадехо.

— Ваши зверюги, фьорнэ Янис-Эль, этого безумца явно как-то выделяют среди прочих. И мясо из-под носа позволили стащить, и вообще…

Янис-Эль кивнула.

— У меня только одно объяснение: они чувствуют в нем мою кровь.

— Возможно. Хотя это и странно. Насколько я помню, кадехо ведь были фамильным проклятием семьи Несландов.

— Я тоже теперь Несланд, — пробурчала Янис-Эль и усмехнулась криво.

— Не по крови, — возразил Тарон.

Янис-Эль пожала плечами. Спорить по этому поводу было глупо — факт-то очевидный. Однако ж кадехо пришли именно к ней, выбрали ее. Значит, посчитали своей. Пусть не урожденной Несланд, но личностью, которая действительно способна позаботиться о семье. Об Эйсоне с его закидонами. О маленьком бандите Альфе. О прелестной Луте… И видит Вечный лес, она позаботится! Янис-Эль взглянула на Тарона решительно и даже с вызовом. Тот усмехнулся, неторопливо вернулся за свой стол, освобожденный от присутствия безумного дядюшки, и удобно уселся в любимом кресле.

— Пресветлая дора Несланд, я принял решение. Академия возьмет на себя треть финансовой нагрузки по прокорму ваших кадехо.

— Две трети, — тут же откликнулась Янис-Эль.

— Эт-то наглость, — опешив, возразил Тарон.

— Ну хорошо. Так и быть — половину, — смилостивилась Янис-Эль и затаила дыхание.

Тарон засмеялся.

— Все-таки вы поразительно похожи на человека, фьорнэ… Даже удивительно. Или это тлетворное влияние мэтра Курдбаха? — Янис-Эль усмехнулась, Тарон покачал головой. — Идет — половину. Но учтите: если хотя бы один преподаватель пожалуется мне на то, что стал жертвой ментального воздействия и под его влиянием поставил вам необоснованно высокую оценку, я приму самые жесткие дисциплинарные меры воздействия. Это ясно?

— И вы им поверите на слово? — возмутилась Янис-Эль, которая, надо признать, такое полезное коварство действительно замышляла.

Тарон отрицательно мотнул головой, продолжая улыбаться.

— Я заставлю вас сдавать экзамен по теме письменно в закрытом снаружи кабинете, и все сразу станет ясно.

Янис-Эль надулась, как мышь на крупу, но промолчала. Возразить опять-таки было нечего.

— И чтобы во время занятий, — продолжил Тарон, — ваши комнатные зверюшки не путались под ногами у студентов и преподавателей, и уж тем более не промышляли на кухне. Надеюсь, это тоже понятно.

Янис-Эль переглянулась с кадехо и кивнула, тряхнув ушами. Всем все было понятно.

— Вот и хорошо. Можете быть свободны. И да! Что касается наших с вами индивидуальных занятий… Теперь вы замужняя дама…

— И что? — Янис-Эль воинственно выпятила челюсть.

— Будет неприлично…

— Простите, пресветлый дор, — Янис-Эль выпрямилась и стиснула кулаки. — На мой взгляд, неприлично то, что сейчас говорите вы. Я никогда не давала вам повода…

Споткнувшись на полуфразе, она вдруг вспомнила о той репутации, которая тянулась за ней, а вернее, за истинной Янис-Эль Моберг, как грязные следы за человеком, вошедшим зимой с улицы в дом, на свежевымытый пол. Устыдившись, Янис-Эль заискивающе спросила:

— Ведь не давала же?..

Тарон расхохотался и покачал головой, а Янис-Эль, почувствовав облегчение, продолжила:

— В общем, я не считаю, что мой новый статус может как-то повлиять на то, что вы со мной занимаетесь дополнительно. Ну давайте, если вам это по каким-то причинам важно, посадим в угол тренировочного зала кадехо. Пусть караулят мою честь, раз уж иначе никак. Или пригласим в зал… ну… кого-то еще.

Тарон подумал, побарабанил пальцами по столу и, наконец, кивнул.

— Хорошо. Тогда завтра после основных занятий. Как обычно.

На том и расстались. Янис-Эль с некоторым облегчением выбралась из кабинета начальника и в сопровождении сытых, а потому игривых и миролюбивых кадехо отправилась в сторону сарая с саримами. Следовало посетить Марику и наведаться в свое агентство — проверить, вышли ли сотрудники после отпуска на службу и нет ли новых заказов. Кроме того, Янис-Эль планировала наведаться к оружейнику Ноймайеру за советом. Если она на самом деле собиралась заняться организацией модного бизнеса, следовало торопиться. А значит, нужен был опытный портной — владелец большой мастерской, помещение для торгового зала и персонал для работы в нем. С продавцами проблем не должно было возникнуть, а вот с управляющим…