Иржина - Завойчинская Милена - Страница 131

131

Варг поднес к губам микрофон, и к небу полилось горловое пение. Именно так шаманы орков взывают к богам, чтобы привлечь их внимание.

А дальше… Я затаила дыхание, вслушиваясь в слова новой песни. Похоже, Варг действительно потомок шаманов. И не только потомок, но и тот, кто обладает особой духовной силой, просто использует ее иначе. Не призывает духов предков в шаманских плясках у костра, не взывает к богам, подняв глаза к ночному небу. Варг делает совсем иное. Он угадывает суть окружающих его живых существ. Считывает информацию и воплощает ее в песнях. Да таких, что озноб пробирает от точности попадания.

Случайное – не случайно? Так, кажется, говорил мне Хранитель Обители Знаний?

Ну что ж, в который раз убеждаюсь, что это действительно так. Потому что то, о чем пел Варг, было обо мне и для меня: про мои метания, мое непонимание, мои истрепанные нервы, мою жизнь. Про Свет и Тьму, которые переплелись в душе и стали неделимы.

Дитя любви, однажды Свет увидев, По светлому пути идти обречена. Жила себе свободно и в достатке, Но вдруг вираж крутой – судьба изменена. Еще вчера она весь мир любила, На все вопросы был один ответ, Но боль предательства негаданно пронзила, Внутри – лишь Тьма, ушел куда-то Свет. Тебя терзает дух противоречья – ты темная иль светлая, кто ты? И в поисках ответов на вопросы не замечаешь прочей суеты. Не понимаешь, как же так случилось: В душе перемешались Свет и Тьма. События безумно закрутились - Развязка неожиданной была. Прошла по лезвию, по краю Тьмы и Света. И рана в сердце помнит лед стилета. В душе царила Тьма, и не было рассвета… Но обманула смерть – враги запомнят это. Опять терзает дух противоречья – ты темная иль светлая, как знать? Но пусть враги тебя теперь боятся, себя любую будешь защищать. Вопросов больше нет, в чем скрыта сила - Во Тьме иль в Свете? Все сомнения – прочь! Душа в тебе прекрасно совместила И яркий день, и сумрачную ночь. Теперь для раздвоения нет причины, Ты – темная, и светлая притом… Зачем себя делить на половины, Когда сильна в единстве ты таком? И больше нет в душе противоречий, Свет с Тьмой напополам внутри тебя. А ты сама решаешь, что же делать, и в собственных руках судьба твоя![26]

Отзвучала песня, прожекторы затопили сцену светом, музыканты раскланялись и удалились. А я все сидела и не моргая глядела вперед. Вот уж точно – живительная сила музыки. Не знаю как, но то, что я сейчас услышала, помогло мне прийти в себя.

– Господа! – повернулась я к Грегу и Яну. – А как вы смотрите на то, чтобы пойти в ночной клуб и потанцевать?

– Чего? – опешил братец.

– В клуб? – удивился Себастьян.

– Да! Мы будем танцевать! – И я улыбнулась им и всему миру.

– А меня возьмете? – спросил усатый загорелый тип, который прислушивался к нашему разговору.

– А вы пойдете, Гондар? – усмехнулась я, глядя в такие знакомые карие глаза на совершенно незнакомом лице.

Мужчина переглянулся с Яном, подумал секунду, а потом тряхнул головой, словно приняв решение.

– Иду! Не могу отказать себе в удовольствии побыть рядом с такой девушкой! – И его взгляд скользнул по нитям паутины в моем декольте.

– Иржи, ты уверена? – шепнул, наклонившись ко мне, Себастьян. – Я, конечно, только «за». Очень хочу, чтобы твое настроение исправилось. Но… твое платье…

– А вот во что одели меня, на то и будете любоваться. Да, Грег? – подмигнула я брату и глубоко вздохнула.

– Вот же уллис! – выругался он и поспешно отвел взгляд, тогда как взгляды двух пар карих глаз, наоборот, прикипели к моей груди.

Но прежде чем покинуть стадион, мы заглянули в гримерки, чтобы поприветствовать музыкантов. Император с нами не пошел, сказал, что подождет у выхода в машине. И мы отправились прежним составом, если не считать Руби и охрану.

– Леди! Лорды! – обрадовался нам Варг, а за ним и остальные музыканты поздоровались, приветливо улыбаясь.

– Здравствуйте, Варг. – Я протянула ему руку.

– Иржина, вы выглядите ошеломляюще! – восхищенно осмотрел меня орк. – Королева! Настоящая королева Тьмы!

Я засмеялась, успев краем глаза отметить, как дернулся от этих слов и перестал улыбаться Ян. Да что с ним такое? Не понимаю… Он вроде и рад мне, но в то же время держится отстраненно и словно боится меня. Хотя если так, то как раз понимаю. Мало было моего происхождения, так я еще и умудрилась на глазах у кучи народа укокошить того типа, что имел неосторожность стать моим мужем. Я хмыкнула своим мыслям. Ну да… Тут любой нормальный мужчина начнет напрягаться и задумываться. А если не боится, то что? Я ему неприятна? Но он же обнял меня, был рад, что я выздоровела… Нет, все-таки не могу понять, что у него в голове.

– Замечательный концерт. И ваша новая песня… это – нечто! – обратилась я к Варгу.

– Да, мне самому нравится. Как-то неожиданно пришло. Репетировали «Балладу о Стриже», и вдруг – бац! – как озарение сверху.

– О да! – весело воскликнул гитарист. – Представляете, леди, у нас репетиция идет полным ходом, и вдруг Варг бросает все, срывается и как ненормальный начинает что-то писать. Целый час не могли его дозваться, а потом он выдал нам новую песню.

Да-а-а… Действительно, потомок шаманов считывает информацию у самого Мироздания. Иначе как бы он мог написать то, что написал?! Впрочем, вслух я этого говорить не стала. Ведь никто, кроме узкого круга посвященных, не знал моей настоящей истории и происхождения.

Мы еще немного пообщались с музыкантами, пообещали приехать как-нибудь в гости, – благо турне у них в ближайшее время не намечалось – и на этом раскланялись.

Ну что сказать? Вечер удался!

Крепкое спиртное я не пила, помня о прошлом печальном опыте, но легкие коктейли себе позволяла, так что мне тоже было весело. А когда натанцевалась на высоких каблуках так, что уже и ног не чуяла от усталости, разулась и продолжила босиком. И самое странное, что мужчин это привлекло еще больше. Всегда думала, что девушка на каблуках выглядит намного более возбуждающе, чем босая. Но в данном случае эффект был противоположный. И те парни, которые до того смотрели издалека, не решаясь подойти, после моего «спуска на землю» подходили к нашему столику и спрашивали, не возражают ли мои спутники, если они пригласят меня на танец. Спутники возражали и говорили, что им самим мало. Их трое, а девушка одна. А тот, кто был сейчас среди нас инкогнито, демонстративно поигрывал внушительными мускулами и приглаживал накладные усы.

Последний танец, на который у меня хватило сил, я танцевала именно с ним. А перед этим были Грег и Себастьян. И Грег искренне веселился и наслаждался вечером, а Ян… Его я пока не понимала. Было ощущение, что его что-то мучает, но в то же время он не пытался за мной ухаживать или спрашивать о чем-то. И сразу же отводил взгляд, если я ловила его на том, что он смотрит на меня.