Грязная сказка (СИ) - Лабрус Елена - Страница 1

Annotation

Нежный паук и ядовитая бабочка. Красивый богатый мерзавец и саркастичная оторва — две сильных личности, связанные страстью и физическим магнетизмом. В этой схватке не может быть победителя. В этой сказке для взрослых нет правил и нет приличий. Его несбыточная мечта, её сокровенная тайна, тысяча измен и история одной настоящей любви.

Елена Лабрус

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Эпилог

Елена Лабрус

Грязная сказка

Пролог

Двенадцать лет назад

Думать о парне, повиснув вниз головой на шесте, рискованно.

Летя с верхней точки пилона, как из-под купола цирка, надо думать о безопасности. Сцепленные лодыжки заскользят — сломаешь шею. Врежешься в металлическую трубу — разобьёшь голову. Но она замирает в паре миллиметров от травмпункта и с огорчением отмечает, что он не смотрит.

Руки привычно обхватывают трубу, спина по-кошачьи выгибается под восторженные возгласы толпы, но он не оборачивается в её сторону.

"Может он в принципе не любит блондинок?" Веера купюр уже торчат из её трусиков, но она продолжает трясти ягодицами, ещё и ещё выманивая из похотливых мужских ручонок хрустящие бумажки.

"А может он болен редкой формой дальтонизма? Не различает цвета волос. Замечает только яркие пятна". Он в принципе Таню не замечает. Следит глазами за Рыжей Долли.

Она, правда, Даша, но она Долли. Потому что Долли — овца. И потому что рыжая — тоже овца. И потому, что её то он как раз замечает — овца особенно.

Говорят, любовь — это чёртова биохимия. Размножение — дурацкий инстинкт. Феромонами, гормонами, мускусными железами, чем только не метят территорию похотливые самцы, чтобы у самки проснулась эта врождённая способность. Только Таня вне доступа от его биологического оружия. Она не работает в зале. А он не подходит к сцене. Но её всё равно накрыло его присутствие.

Чем-то достал её этот парень — магнитными бурями, атмосферными аномалиями, гравитацией, ультразвуком, как у брачующихся дельфинов, а может единственным взглядом — но он просто зашёл в полутёмный зал, а она уже точно знала, что хочет с ним размножаться.

И он пришёл третий раз и опять не смотрит в её сторону.

— Даша, иди, — рычит Диана на Долли. — От хорошего стояка ещё никто не умирал. Будет чем заплатить за квартиру.

Диана — хозяйка этого борделя под видом стриптиз-клуба. Она всегда знает кто и в чём особо нуждается.

— Иди! Красивый парень. Хорошие деньги.

— Да ну его нафиг. Мне прошлого раза хватило, — брыкается Долли.

Таня не работает с клиентами. Только у шеста.

Озабоченное лицо Дианы становится злым.

— Даша! — свирепеет она.

— Давай я пойду, — лениво встаёт Таня. — Такая скукотища сегодня. Хорошо платит, говоришь?

Её брови удивлённо взлетают вверх, но такое решение проблемы вполне устраивает.

— Да, вся Дашина зарплата за день, — усмехается Диана в ответ на жалкое блеяние Долли. — Четвёртый номер.

Четыре — правильное число. Раз — потому что "хорошо". Два — потому что Долли сама виновата. Три — потому что Тане уже пофиг, раз платят хорошие деньги. И четыре — Таню нельзя не замечать.

Она снимает платиновый парик, взбивает пальцами свои медно-красные волосы.

«Я уже иду, милый!»

— Ты не Долли, — он даже не пьёт, оплатив бутылку дорогущего коньяка и развалившись в кресле.

— Я — Таня.

— Ну, пусть будет Таня, — он недовольно кривится, но встаёт.

Равнодушно снимает халат. Такой молодой, отлично сложенный, спортивный. Девушки, наверно, в очередь стоят, чтобы ему дать. А он приходит с деньгами и заказывает Рыжую Долли с висящей грудью и без претензий.

— Пип? Сюсэ? — она опускается на колени.

— Что?

— Это «минет» по-французски. Такая напряжённая ситуация, когда член мужчины рискует быть откушенным. Мужчины от этого испытывают немыслимое наслаждение, — она смотрит на него насмешливо.

— Я хочу, чтобы ты тоже получила удовольствие.

"Хм! А я надеялась, ты просто извращенец!"

Теперь понятно почему эта дряблая стерва отказалась идти второй раз. Надо было узнать, сколько раз она имитировала оргазм. Придётся изображать убедительнее и на один раз больше.

— Хорошо, милый! Я обожаю вкус спермы.

— Нет, я хочу трахнуть тебя как следует, чтобы тебе понравилось.

Говорят, самый страшный кошмар всех проституток — клиент, который хочет её удовлетворить.

— Ладно, значит, сегодня останусь голодной, — поднимается она с колен.

— Может заказать тебе что-нибудь поесть? — усмехается он.

— Ну, если уж ты всерьёз решил доставить мне удовольствие, то что-нибудь из французской кухни и закажи. Луковый суп, например.

— А может чесночный суп с крутонами? — и он, наконец, улыбается.

— У вас ужасный вкус, поручик, — морщит она носик.

— Тогда запейте его коньяком, — смеётся он.

"Каменный стояк. Затрахает тебя до смерти". Таня отмахнулась от звучавших в гримёрке предупреждений. Она знала убедительное средство борьбы с любым стояком — смех. Совместить их практически невозможно. Или мы смеёмся или любимся.

Он заказал ей перемазанные майонезом овощи, единственное, чем не рискуешь отравится в их баре, и молча смотрел как она ест. Наверно, Герасим так же в последний раз кормил Муму. Но Таня и правда голодна, чтобы об этом думать.

И всё же он — классный! Но поела, повеселилась, закусила коньяк его поцелуем. Пора, наверно, и честь знать.

— Пойдём, милый, — потянула она его в кровать. — Ты сделал мне хорошо, теперь я сделаю тебе красиво.

Спокойно, уверенно и опять равнодушно он снимает свой халат и спиной прижимает её к прохладной ткани не столько весом тела, сколько силой немигающего тёмного взгляда.

Физиология, ботаника, механика… где-то на стыке всех этих наук в ней движется самое совершенное создание человечества — мужской член средних размеров. И как бы она не сопротивлялась, он подводит её к экстазу одним фактом своего существования. Скользит как поршень в масле, набирает обороты, и Таня чувствует, что заслонку её парового котла сейчас реально рванёт.

И рвануло. Он тоже вздрогнул. Благородная мука на его прекрасном лице — восьмое чудо света. Так красиво на ней ещё никто не кончал. Он принимает этот оргазм со стойкостью религиозного фанатика, и только Таня понимает, что отправила его к небесам, минуя акт самосожжения.

— Я даже не знаю, хочу ли я большего, — звучит его голосом тихо куда-то ей в шею.

— Это уже без меня, милый, — она смотрит на часы и встаёт. — На сегодня твоё время вышло.

— Останься! — О, эта мольба в его глазах! — Я заплачу ещё за час.

— Я не работаю просто за деньги. Я сама выбираю с кем и когда спать.

Глава 1

Наши дни

ВЛАД

Он ждал её в машине. Пальцы постукивали по рулю в такт звучащей мелодии. Взгляд рассеянно скользил по сторонам.

Женщины, женщины, женщины…