Весна в душе (СИ) - Аньярская Рина - Страница 58

- Это почему?

- Потому что даже если мы свободно причалим к берегам, далее товар будет нужно кому-то сбывать, - глядя в глаза сестры, ответила первая леди. - А в порту такого добра хватает и без нас. И никто его просто не будет брать. Везти шерсть или сукно вглубь страны, опять же - платить пошлины, что значит - тратиться. Кроме того... наша шерсть там никому не нужна! У них там жарко всё время!

- Про такие тонкости я не знала, - пробормотала Ирена.

- Что - совсем нет зимы? - изумилась Эвелина.

- Совсем. Поверьте, я это знаю от надёжных людей, проживших в Южных колониях не один год.

- Это безобидное с виду предложение на самом деле таит в себе множество подводных камней... - задумчиво проговорила наследница.

- Я бы сказала - целые рифы!

Глаза первой леди сверкнули недобрым огоньком.

- А откуда берутся корсары? - вдруг спросила Эвелина, и на миг в покоях маркизы повисла пауза.

- Корсары - это те же разбойники. Только в море, - пояснила красавица.

- Я это понимаю. Но откуда они появляются? Кто становится корсаром?

- Оттуда же, откуда взялся Кеннеди, - ответила Ирена. - Так поворачивается их судьба.

- Этот подлец! - сверкнула глазами Анжелина. - Из недовольных своей жизнью нищебродов. Я вот, кузина, до сих пор не могу взять в толк, как тебе в голову пришло его защищать?

- Он такой же человек, как и мы.

- Человек? Да в нём не осталось ничего человеческого! - возразила маркиза. - Это зверь, который рыщет по дорогам в поисках добычи! Он посмел усомниться в законности твоего сана, и это нельзя оставлять без наказания!

- Он самый обычный разбойник, которых по Англии тысячи рыскает. И ничем не хуже корсаров.

- Корсары не такие, - низким голосом возразила Анжелина.

- А какие же они?

Глаза наследницы, словно два лезвия, вонзили в лицо первой леди колющий взор. Но маркиза не дрогнула.

- Это настоящие морские волки, они грабят лишь чужеземцев. И обогащают свою страну.

- Но не все, - усмехнулась Ирена. - Многие отлично пополняют свои карманы и торгуют соотечественниками на восточных рынках!

- Вот уж кто точно не живёт по законам чести, так это Кеннеди.

- Он такой же разбойник, как и морские волки. И пусть он грабил людей, скитался по дорогам, но душа его жива. Он не продал её дьяволу, остался собой. Ему пришлось всего добиваться самому в этой жизни, может быть, не всегда правильной дорогой он шёл. Оттого мы и видим лишь одну сторону его души. А заглянуть глубже ни у кого духу не хватает? Никто из знати ни на миг не задумывается, чем живёт обычный английский разбойник, как ты говоришь, ­нищеброд. А они такие же люди, как и мы. Также любят и ненавидят, также ищут счастья и понимания...

- Но не все, - вернув принцессе её фразу, произнесла маркиза.

Слова двух кузин нарушило высказывание шотландки:

- Да все они подлецы, и верёвка по ним плачет.

Но Ирена и Анжелина не обратили на эти слова внимания. Пристально глядя друг другу в глаза, они продолжали вести бессмысленный спор:

- Почему же ты защищаешь разбойников?

- Видимо, по той же причине, по которой ты - корсаров.

- Вы что, с ума сошли обе?! - воскликнула Эвелина, переводя взгляд от одной девушки к другой.

Дочь и племянница Ричарда IV вмиг опомнились и закусили губы, отвернувшись друг от друга. Выглядело это настолько зеркально, что Маленькая леди невольно изумилась их внутреннему сходству при внешнем различии.

Решив, что спор зашёл слишком далеко, Ирена поспешила покинуть покои кузины, корректно попрощавшись. Вместе с Эвелиной она пришла в кабинет отца и коротко изложила суть выведанных первой красавицей Англии сведений.

В этом разговоре у принцессы появилась прекрасная возможность коснуться темы возвращения на Родину эмигрировавших в Англию испанцев. Король ухватился за этот длящийся неприлично долго процесс и решил перетянуть посла на свою сторону. Дешторнак пообещал составить проект договора со стороны Англии об обмене переселенцами и передать документ герцогу Бекингемскому - английскому послу, который в это время находился в Мадриде. Остальное было бы уже делом техники.

Ирена и Эвелина сделали книксены и уже собрались покинуть кабинет короля, но монарх обратился к дочери:

- Дитя моё, задержитесь на минутку.

- Хорошо, сир, - почувствовав неладное, ответила девушка.

Эвелина корректно ускользнула за дверь. Вильям Клиффорд ушёл за ширму в свой кабинет, притворив двери.

- Ирена, дитя моё... я очень беспокоюсь за тебя. И то, что сейчас происходит, мне не может нравиться.

- О чём именно речь?

- О суде над виконтом.

- Пап... - отступила на шаг принцесса.

- Родная, ничего не объясняй! Я просто скажу: ты всё правильно сделала.

- Ты действительно так считаешь? - изумилась девушка.

- Знаешь, - обнимая дочь за плечи и приглашая её пройтись по кабинету, ответил король, - я не совсем разделяю твоё мнение, что Кеннеди так уж чист, но твоё твёрдое... твоё королевское решение должно быть доведено до конца. Ты наследница, ты - моя дочь, будущая королева, поэтому ты сама вправе решать, кого казнить, а кого миловать. Будь последовательна в своём вердикте. Я полностью поддержу тебя.

- Спасибо, пап...

- И всё же слова Грендбера меня тревожат.

- Ты веришь им? - поднимая на отца глаза и понимая, что он говорит об обвинении против леди Линкольн, спросила принцесса.

- Я уже не знаю, чему верить... Не хочу думать плохо о племяннице. Но в то же время я вижу, как всё изменилось за последний год. Вернее, с прошлого лета. Ты изменилась, когда в твоей жизни появились стражи и...

- И Кеннеди, - закончила девушка.

- Да. Моё отцовское сердце почему-то говорит именно о нём. Что произошло тогда в августе? Я имею в виду не набережную Темзы, как ты понимаешь...

Задавая вопрос, король очень боялся услышать на него роковой ответ, но отступать было некуда. Впрочем, вопреки ожиданиям Ричарда Тюдора, его дочь не отвела взгляда.

- Ничего такого, что могло бы показаться странным со стороны, папа. Если не считать, что наследная принцесса Англии бродила по городу в простом платье и, по своей глупости, едва не попалась в руки разбойникам.

- Это я помню.

- Чёрный Джон стал моим роком. Он словно открыл ворота к Лесным стражам. Только благодаря ему мы с рыцарями познакомились.

- Не при самых хороших обстоятельствах, надо заметить.

- Важно то, как мы все себя повели... Из той истории стражи вышли достойно.

- А Чёрный Джон? - глядя в глаза дочери, спросил монарх.

- Чёрный Джон был повержен и распустил своих бандитов, - не медля ни секунды, ответила наследница.

- Но позже он вернулся, чтобы отомстить.

- Нет... - отойдя к окошку, тихо ответила Ирена и бросила тоскливый взгляд в сад. - Райт отправил его в Голландию. Но по дороге в порт Чёрного Джона освободил другой человек... Его старый соратник Джим Токкинс... Освободил, потому что считал Кеннеди лучшим атаманом в Англии, несмотря ни на что.

Ричард Благостный подошёл к дочери сзади, некоторое время молча наблюдал за садом, а потом произнёс:

- Меня беспокоит безопасность Анжелины тоже.

- Анжелины? - удивлённо повернулась к отцу принцесса.

- Если за заговором стоит кто-то третий... то и ты, и она этому третьему неугодны.

- Кто «третий», папа? - пожала плечами Ирена.

- Возможно... Франция? - ответил король и взглянул в сине-зелёные глаза маленькой наследницы.

- Людовик женат на испанской инфанте... - пробормотала Ирена.

- Потому что ему было отказано в руке Анжелины... Как и испанскому гранду чуть позже.

- Я этого не знала.

- Ты была ещё слишком мала, когда это случилось.

Принцесса опустила голову.

- Родная, я хотел просить тебя кое о чём...

Девушка встрепенулась, устремив взгляд на лицо отца, уже интуитивно понимая, чего именно он желает, и король не заставил её сомневаться в этих предчувствиях: