Новая эпоха (СИ) - Безбашенный Аноним "Безбашенный" - Страница 67

К тому моменту, как финикийцы перебрали более-менее крупный песок и поняли, что перебрать аналогичным же манером и совсем мелкий пишется исключительно с мягким знаком, у нас как раз закончился обжиг керамического "противня".

— Сыпь песок сюда, — предложил я главному финику.

— Это ещё зачем? — подозрительно спросил он, явно ожидая от меня очередной хитрожопой пакости.

— Ты предпочитаешь ломать глаза, перебирая эту пыль вручную? Я, конечно, могу дать тебе на время увеличительное стекло, — наши заржали, включая и турдетан, которым перевёл один из бастулонов.

— Разве есть какой-то другой способ?

— Есть, и именно его я тебе и предлагаю. Плавим эту пыль так, как плавили бы и нормальный золотой песок. Правильное жёлтое золото расплавится, неправильное белое — нет. То, что расплавится, мы сольём, оно остынет, и ты его заберёшь, а неправильный металл, который тебе не нужен, так и останется в виде песка.

— Еще наши прадеды пробовали так делать — не получается, — возразил финик.

— А в чём они плавили?

— В нормальном тигле, конечно. В чём же ещё?

— Вот поэтому и не получается. Нельзя в обычном тигле — он высокий и узкий, а нужен вот такой, как этот, — я указал ему на наш "противень", — При плавке мы установим его с небольшим наклоном, и правильное золото будет стекать сразу в его уголок и не смешается с крупинками неправильного.

Союзник несколько секунд посверлил меня подозрительным взглядом, но так и не сумев ни пробуравить во мне дырку, ни въехать, в чём я нагрёбываю его на этот раз, заценил уже заметно перевалившее через полдень солнце и с тяжким обречённым вздохом согласился на моё предложение. А я, пока металл греется, чтобы не стоять столбом и не скучать понапрасну, двинулся к торгующим всякой всячиной гойкомитичам, к которым меня уже подманивали Володя с Серёгой.

— Ну-ка, Макс, продегустируй! — спецназер протянул мне ломтик какого-то большого фрукта с желтоватой мякотью, — Только не подглядывать, сперва попробуй.

— Гм… Млять! Или у меня уже вкусовые глюки начались, или это ананас!

— Ага, он самый! — Володя отошёл в сторону, не загораживая от меня больше импровизированный прилавок торгующего местным ништяком красножопого.

— Так, забираем всё оптом! — я уже заценил и вкус, не сильно уступавший тому, что запомнился по супермаркетовской экзотике прежнего мира, и отсутствие жёстких косточек, вместо которых было нечто, не сильно контрастирующее с мякотью и вполне съедобное, — А верхушку с листьями куда дели? Не вздумайте выкинуть на хрен! И, это самое — где тут, млять, горшками торгуют?

— Обижаешь, начальник! — хохотнул Серёга, показывая горшок, уже с землёй и с посаженной в неё верхушкой, — Щас ещё польём, и будет всё чин чинарём.

— Что вы тут ещё нашли? — подозрительно спросил главный финик, нагнав меня уже возле посудной лавки, — Зачем вы раскладываете их по одному в маленькие горшки?

— Делай, как мы, и ты не пожалеешь об этом! — посоветовал я ему, сунув в руки пару ананасов, — На вот, пробуй, — ломтик ананаса я сунул ему уже в зубы, поскольку его руки были заняты целыми фруктами.

— Гм… Всемогущий Баал! Он вкуснее наших! А зачем вы их в горшки суёте?

— У этого нет семян, и сажать в землю надо верхушку, пока она не засохла, — разжевал я ему, — Потом, когда вырастишь всё растение целиком уже на нашем острове, будешь сажать и отростки от корней, а пока у тебя их нет — только вот так, верхушку…

Разобрались с ананасами, перекурили, а нас уже обратно к импровизированной печи зовут — золото начало плавиться. В смысле — именно золото, а платина так и осталась кучкой в виде песка, только уже не сероватого, а раскалённого до ярко-оранжевого цвета, начинающего переходить в жёлтый. И сам "противень" уже жёлтый и пышущий жаром, и по нему от кучки желтеющего платинового песка стекает в уголок тоненький ручеёк то ли белесо-желтоватого, то ли вообще слегка зеленоватого цвета, судя по уже скопившейся в уголке лужице. И этот цвет нашего финикийского союзника заметно обрадовал. Он тут же послал одного из своих людей к кораблям, и тот вскоре вернулся с небольшой литейной формой и железными кузнечными клещами. Форму подсунули под уголок "противня" с ярко светящейся бледно-зеленоватой лужицей, а два наших турдетана подсунули свои саунионы под противоположный край и приподняли, давая расплавленному золоту стечь тоненькой струйкой в форму. Оттащили, дали остыть, перевернули, выколотили из формы маленькую, но увесистую ноздреватую отливку.

— Бледноватое оно какое-то, — проворчал главный финик, — Правильное золото должно быть более жёлтым — вот как тот песок, который перебрали мои люди.

— Но ведь и не белое же, есть желтизна?

— Ну, есть небольшая.

— Расплавилось?

— Ну да, расплавилось, я сам видел.

— Тяжесть металла правильная?

— Правильная.

— Ну так и чем это тебе тогда не золото? Не нравится — давай сюда, — финикиец инстинктивно отдёрнул руку с отливкой, наши расхохотались, да и эдемцы тоже втихаря прыскали в кулаки. Наши уже сгребали с "противня" оставшийся на нём платиновый песок и слипшиеся комки губчатой платины, а он всё ещё буравил глазами свою золотую отливку, силясь разгадать, в чём же тут всё-таки подвох…

— А зачем вам этот никудышный белый металл? — спросил он наконец.

— Какая тебе разница? Я же не спрашиваю тебя, зачем тебе это золото. И тебе, и вашему Совету Пятнадцати достаточно знать то, что нас этот металл интересует. Для вас он бесполезен, но он всё равно будет оставаться у вас после отделения от него нужного вам золота, и ты знаешь теперь, как это легче и удобнее сделать, а мы согласны покупать его у вас по цене хорошей меди.

— Серебра! — вздумал торговаться этот прохвост.

— Нет, это было бы слишком дорого. Нам выгоднее тогда будет сплавать сюда и наменять его у дикарей за бесценок самим — вместе с золотом, кстати — мы ведь уже и сами знаем теперь, куда плыть и с кем торговать. А по цене меди мы этим даже утруждать себя не станем, если сможем купить этот металл у вас. Не жадничай сверх меры, вам ведь остаётся золото, если мы сойдёмся с вами в цене вот на этот бесполезный для вас металл.

— Ты предлагаешь нам медь, но она у нас есть и своя, — заметил финик, — Дай нам тогда хотя бы уж бронзу вместо меди. Тебя это не разорит, а нам бронза нужнее её. Ты же видел наше железо — мягкое, быстро тупится, легко ржавеет. Разве покупали бы мы ваше оружие, будь наше не хуже? В этих странах всё, что можно, надо делать из бронзы, как ваши громовые трубы. Только из бронзы можно здесь делать шлемы и доспехи, да и твой кольчатый доспех разве не бронзовый? У тебя и твоих друзей даже мечи и кинжалы из бронзы! Нам тоже нужна бронза, а вы привозите её мало. Не надо меди, дай нам бронзу!

— Верно, у вас нет олова, а без него вам не выплавить бронзы, — согласился я, — Хорошо, так будет справедливо — мы получаем то, что нужно нам, вы — то, что нужно вам.

— Ты не слишком щедр к этим финикийским крохоборам? — съязвил Серёга, — Я понимаю, что уподобляться им в падлу, но не до такой же степени! Ты хоть понимаешь, что только что уступил им монополию на колумбийское золото?

— Ещё один, гы-гы! На себя взгляни — далеко ли сам от их крохоборства ушёл?

— По-твоему, это крохи?

— Это хороший куш, и именно страх его потери надёжнее всего удержит их от задирания цен на платину и на кое-что ещё, что понадобится нам из этих мест. А золото — ну не уподобляйся ты этому финику, в натуре! Если уж нам мало будет того, которое мы зарабатываем на торговле, так ты у нас геолог или нахрена? В одной только Колумбии оно имеется, что ли?

— Не только, конечно. Есть и на Кубе, и на Гаити, но тамошние россыпи гораздо беднее, а главное, ты же сам говорил, что сибонеи — никуда не годные рабы.

— А я тебе вовсе и не на Кубу с Гаити намекаю. Только у себя нам ещё массовой "золотой лихорадки" не хватало! Забыл уже, из-за чего реальная Испания при Габсбургах в жопе оказалась? Вот как раз из-за этого, ну и из-за обезьяньих имперско-гегемонских амбиций, конечно, а развились и поднялись на их золоте с серебром — какие-то торгаши и мануфактурщики ннидерландские. К ним, считай, те испанские драгметаллы из Америки утекали в уплату за их ширпотреб. Работать надо и развиваться, и тогда драгметаллы сами к тебе потекут от их отсталых добытчиков. От тех же гребипетских Птолемеев и от тех же римлян. А по эту сторону Атлантики — вот от этих эдемских фиников, которые — прикинь, сами то золото у тутошних колумбийских дикарей наменяют и сами его на Кубу привезут. А если мало тебе ещё и их золота окажется, так Мексика на что?