Хан (СИ) - Синякова Елена "(Blue_Eyes_Witch)" - Страница 91

Я боялась себя.

Боялась того, что не смогу удержаться, и в следующую секунду обхвачу его руками, прижимаясь всем телом так сильно, чтобы хрустнули кости….я хотела, чтобы он обнял меня в ответ, прижимая к себе и опьяняя своим волшебным ароматом.

Хотела от него так много, что стояла, словно стальной столб, внутри которого бурлит и полыхает лава, которую он мог разжечь одним своим черным взглядом, одним лишь взмахом своих длинных ресниц. Я пропадала в этом человеке….я сгорала в нем….я была зависима от него так сильно, словно он был моим наркотиком.

Я не смела пошевелиться, даже когда он сжал мои пальцы в своей ладони, оставив на свободе лишь указательный, который вдруг опустил в джем, не обращая внимания на мои округлившиеся глаза и попытку вырвать руку, которую поднес к своим губам, чтобы слизнуть этот ждем, медленно и горячо, глядя в мои глаза тяжело и откровенно, словно ощущая все то, что пылало внутри меня, и подливая в этот огонь даже не масло, а какую-то сверх ядовитую воспламеняющую смесь! И делал это осознанно и специально!...

Делал это так, что все внутри меня вопило и извивалось от желания, когда я глаз оторвать не могла от его губ, которые втягивали мой палец, лаская горячим языком чувствительные подушечки.

- …а я сладкое люблю, – пожал плечами Хан, как ни в чем не бывало, выпуская мой палец из своего рта, чтобы опустить его снова в джем, обмакнув пару раз и снова коснуться своими губами жадно и горячо, не давая мне возможности даже вздохнуть от колотившегося в горле сердца.

-…острое тоже люблю… – он чуть прикусил влажную от его губ кожу.

Палец за пальцем, пока не добрался до ладони, остановившись и сдержанно выдохнув, когда я была готова просто повалиться на колени, ибо ноги дрожали так сильно, что я с трудом держалась в вертикальном положении, цепляясь последними силами за воздух, в котором мерцали вспышки, словно мелкие красные искорки…или это у меня в глазах рябило от перепада напряжения в теле?

Я уже сделала один едва заметный нерешительный шаг вперед, желая лишь одного на этом свете, чтобы его губы не смели останавливаться на моих руках и продолжили свой путь, когда Хан снова сверкнул своими глазами, проговорив мило и до безумия сладко:

- но…раз уж ты настаиваешь на своем, то я принимаю твою позицию, мавиш.

Позицию?..

Я глупо моргала глазами, заворожено глядя на него, и пока с трудом понимая, что здесь происходит, потому что в данный момент во мне работало все что угодно, но только не мои бедные дымящиеся от страсти и желания мозги, особенно когда Хан снова подался вперед, обмакнув мой палец в очередной раз в джем, но в теперь проведя им по моим губам, к которым коснулся своими губами легко и ненавязчиво, чуть целуя и слизывая горячим языком джем, выдохнув свое терпкое ароматное дыхание, которым я была готова дышать вечно:

- Я услышал тебя, девочка. Сделаем так, как хочешь ты….а потом поговорим.

Подмигнув и улыбнувшись уголком чувственных губ, Хан просто оттолкнулся от стола, обходя меня и даже не касаясь, вышел из кухни, бросив напоследок сладкое и явно озорное:

- Сладких снов, крошка!

Его шаги едва слышно отдавались на лестнице, а затем и вовсе стихли, а я все никак не могла начать дышать, содрогаясь и полыхая, готовая забраться в холодильник полностью, лишь бы только сделать первый вздох и вернуться в свое более или менее нормальное состояние.

-…ничего себе охладилась… – едва смогла прохрипеть я, понимая, что продолжаю держать указательный палец прямым, а коленки по-прежнему трясутся и подгибаются, пока я купалась в его пряном аромате, словно утопающий в огромном черном океане, не в силах выбраться на берег.

Я тонула, я брыкалась и барахталась, но никак не могла спасти себя. Было слишком поздно…

То, что разжег во мне Хан было каким-то адским пламенем.

Это не поддавалось контролю.

Не могло быть потушено.

И с каждым днем я увязала в этом пламени все сильнее и сильнее, как в черной пучине, которая тянула меня на самое дно, где я просто сгорю без остатка.

Я не смогла бы сказать даже себе, сколько еще простояла среди кухни, глядя на баночку джема и графин с водой, на котором появились капельки влаги, стекающие по запотевшим стенкам.

Сколько пыталась справиться с собой и вернуться в свою голову, чтобы заставить дрожащие и горящие конечности двигаться к выходу из кухни, не в состоянии взять в руки даже стакан воды.

Кажется, было проще сразу нырнуть в бассейн, надеясь на его ночную прохладу, которая меня отрезвит и приведет в сознание….а заодно смоет его аромат, который душил и ласкал одновременно.

Не знаю как, но я вспомнила дорогу до своей комнаты, прислушиваясь каждую секунду к тишине дома в желании услышать голос Хана, который ждет меня для продолжения, чтобы потушить этот огонь внутри меня и дать ту свободу, о которой я мысленно молила его, утопая в стонах.

Вот только все надежды оказались напрасными…

Хан не ждал меня на лестнице.

Не вышел из своего кабинета, где было тихо и очевидно пусто.

Не стоял у дверей моего спальни.

Он действительно просто оставил меня наедине со своими эмоциями, оставив лишь дрожь и свой волшебный аромат, который кружил за мной, словно темные крылья.

И если это было частью какой-то игры на выживание, то в этом раунде он был победителем.

Стоило ли говорить, что после моей «прогулки» до кухни, сон просто пропал напрочь.

Он улетучился так далеко и высоко, что я просто лежала в позе мумии на кровати, поверх пледа, сложив руки на груди и вытянув ноги, как спящая принцесса, которая приняла снотворное и ждала своего принца для пробуждающего поцелуя.

Вот только мой принц был тем еще мучителем…

Но я все-равно вздрогнула, растеряв все мысли и забыв про то, что нужно дышать, когда дверь бесшумно приоткрылась и в комнату заглянула темная голова, очертания которой можно было рассмотреть в ночной комнате:

- Не спишь?....

Неслихан скользнула быстро в комнату, закрывая за собой осторожно дверь, и ее улыбающееся личико показалось прямо надо мной, когда мои последние надежды были разбиты, но я все-равно улыбнулась девушке, молча покачав головой.

- Я так и думала, – она быстро юркнула ко мне на кровать, вытаскивая из под меня плед, чтобы укрыть нас двоих, обнимая меня и прижимаясь, – когда брат впервые привел меня в этот дом, я тоже не могла уснуть. Все новое, незнакомое, непривычно….

Ее прохладная ладошка гладила меня по плечу, убаюкивая и успокаивая, пока Неслин приглушенно говорила, не чувствуя моей внутренней дрожи и огня: