Искупление (СИ) - Романова (Казакова) Анастасия Александровна "IzMelery Dreamer" - Страница 52

— Я больше не могу, Мэрл, — сорвалось с опухших губ, — это выносить, так хорошо, что, кажется, вот-вот умру!..

— Расслабься, — он ненадолго замер и погладил пальцами подрагивающий живот, — вот так, — следом мужская ладонь прошлась вверх по груди и обхватила моё лицо, нежно отбросив влажные волосы со лба, — это не конец, ещё нет.

Я тихо всхлипнула и кивнула, в блаженстве ощутив новые, сначала спокойные, равномерные, а затем уже более быстрые и активные толчки. И вновь наше дыхание смешалось. Мы продолжили целоваться и прижиматься друг к другу, ровно до того момента, пока оргазм не засвербел неописуемо приятной щекоткой где-то внутри моего тела и не разверзся неудержимым пламенем. Мэрл содрогнулся, прикусил кожицу прямо за ухом и резко замер, подрагивая, но по-прежнему удерживая вес на локтях, видимо, опасаясь придавить меня.

Мы пролежали в тишине, наверное, минут десять, и только потом, спустя какое-то время, впервые заговорили, потеряв все свои силы.

— Хочу курить, — протянул Мэрл, присев на кровати и вытащив сигарету и спички из кармана джинсов. — Не против?

Это было неожиданно. Впервые он поинтересовался моим мнением, ну а я, не стесняясь своей наготы, отрицательно покачала головой, подогнув ноги в коленях.

— Отлично! — Он быстро раскурил сигарету и затянулся, заставив залюбоваться едва видимым облаком дыма, который, спустя мгновение, выпустил в воздух, перед тем, как вновь рухнуть на подушку. — Вот это я понимаю, настоящее, мать его, блаженство.

— Мне казалось, что ты попросишь сделать минет, а вместо этого решил продемонстрировать нечто совсем новое.

Я перевернулась на живот и подпёрла подбородок рукой, с непередаваемым наслаждением наблюдая за мужчиной.

— Нет, сегодня захотелось немного другой забавы, — он повёл плечами, а затем снова затянулся. — Тебе же понравилось.

— Это и пугает больше всего.

— С какой стати? — Мэрл повернул голову и посмотрел на меня.

— Этой ночью я впервые по-настоящему расслабилась, позабыла о том, кто мы и где находимся, и что за хаос творится за окном. Это пугает, Мэрл.

Он немного помолчал, видимо, задумавшись над словами, а затем поманил рукой к себе, и я незамедлительно прильнула щекой к мужской груди, даже не обратив внимания на едкий дым.

— Хочешь? — Мэрл протянул сигарету. — Ты пробовала когда-нибудь?

— Нет, — я покачала головой, но, очарованная моментом, поддалась и втянула никотин в лёгкие, сразу же сильно закашлявшись. — Гадость!

— А, по-моему, расслабляет, — мужчина тихо рассмеялся и затушил бычок прямо о прикроватную тумбочку.

— Ты самый настоящий негодяй, Мэрл, — ласково подметила я, невольно прикоснувшись губами к пульсирующей жилке на шее, и он вздрогнул.

— Это комплимент? — неожиданно, мужской голос обдал непередаваемым теплом.

Нет, раньше мы ещё не разговаривали так откровенно.

— Да, Мэрл, — сонно отозвалась я, уютно устроившись рядом с ним, в надежде, что не придётся засыпать в одиночестве. — Тебе не надо в обход?

— Нет, сначала дежурят наши голубки, забыла?

Он глубоко вздохнул, и я мысленно порадовалась, расплывшись в счастливой улыбке.

— Видимо, действительно забыла.

— Отдыхай, твоя очередь только рано утром.

— А ты? — тихо спросила я, прикрыв глаза.

— Мы пойдём вместе, Белоснежка, — едва слышно ответил мужчина, и сердце радостно сжалось в груди.

Мэрл сказал именно то, что мне так хотелось услышать. Вместе. И это означало только одно — больше он не сторонился ни меня, ни Бэт с Дэрилом, а в будущем вполне мог ужиться и с остальными. О, боже, а, ведь, и правда, стоило попробовать. В голове мгновенно нарисовался целый сценарий непередаваемого будущего. А что, если получится не только делить постель и вместе заступать на дежурство, но и сблизиться? Наверное, впервые со дня знакомства, мне захотелось по-настоящему попытаться, обрести нечто большее и продолжительное. И в жизни появился дополнительный стимул, оказавший неоспоримое влияние на все последующие события.

***

Он исчезал, растворялся в безликой дымке, а я ничего не могла сделать: не ухватиться рукой за оборванные куски одежды, не окликнуть по имени. Губы словно срослись, а язык прилип к нёбу, и сколько бы я ни кричала беззвучно, сколько бы ни билась в истерике и ни пыталась вырваться из оков, обвивавших запястья, ничего не получалось. Все усилия, так или иначе, завершались провалом. Майкл. Я не смогла спасти его. Не уберегла! И все они умерли, погибли жестокой смертью, оказались съедены, растерзаны не только ходячими, но и живыми людьми. Они убили Рика, вспороли живот Джудит и выпотрошили внутренности наружу, сделали из неё куклу, обезображенную и уродливую, со впавшими глазами, распахнутым ртом и огромным шрамом в половину лица. А я ничего не смогла сделать. Только стояла и смотрела, наблюдала, окутанная ужасом и отчаянной безысходностью.

Они умерли.

Все до единого! И остались только обглоданные кости, а местами, среди кровавого месива, виднелись волосы и отрубленные пальцы.

Они все умерли.

И я больше не боялась, не страшилась смерти, наоборот, хотела навсегда расстаться с жизнью, поэтому вытащила нож и ударила себя в живот, чуть не задохнувшись от непередаваемой, рваной боли, ударившей прямо в мозг. Да с такой силой, что я повалилась на землю и уставилась в почерневшее небо, дрожа всем телом в преддверии долгожданного финала. Но и это был ещё не конец. Расплывчатые лица закружили перед глазами, обхватили за ноги и потащили куда-то вглубь леса. Последнее, что я запомнила, так это непередаваемую боль, когда острые зубы вонзились в бедра и голень, а затем в области живота, плеч, груди и шеи. Мертвецы. Их было очень много. Громкий гогот доносился прямо до ушей, но тело отказывалось подчиняться. И я просто закрыла глаза, провалилась куда-то глубоко в подсознание.

Наступила тишина.

Нет, по ту сторону я не увидела ничего, кроме непроглядной темноты. А затем, вдруг, почувствовала слабый толчок в плечо и, вздрогнув, распахнула глаза, едва не заорав на весь дом от пережитого ужаса.

— Скорее, — раздалось совсем близко, но я никак не могла прийти в себя и осознать, что случилось, — одевайся, нам нужно уходить!

В комнате царил полумрак, а мне всё не удавалось сфокусировать взгляд. Перед глазами мельтешил Мэрл. Да, это точно был он, а остальное нереально, только сон, кошмар наяву, и никак иначе! Я отбросила одеяло в сторону и вдруг расслышала громкий стук в дверь, вслед за которым вновь донёсся голос старшего Диксона:

— Мы выходим! Соберите остатки еды!

— Что произошло? — сонно пролепетала я, ухватившись за майку, почти сразу натянув на тело. — Ходячие?

— Хуже, — мужчина выглянул в окно и пододвинул остальную одежду прямо к моим рукам, — это люди.

— Из Вудбери? — мгновенно всполошилась я, надев нижнее белье, а затем и джинсы, не позабыв о кардигане.

— Да чёрт их знает, Белоснежка, но они заметили дом, — он прижал палец к губам, призывая к тишине.

Я беззвучно кивнула и, приблизившись к окну, осторожно выглянула на улицу. Неподалёку от крыльца остановилась машина, из которой вышли шестеро мужчин. Они замерли у свежих могил, тех самых, что мы закопали накануне, и о чем-то оживлённо заговорили, без устали поглядывая на дом.

— Там нашли два мотоцикла, — послышалось снаружи, и я изнутри похолодела. — Незваные гости.

— Внутри смотрели?

— Дверь забита, наверное, там пусто, — промямлил один из крепышей.

— Всё равно идите, — велел самый высокий из мужчин, — немедленно!

Я отпрянула от окна и испуганно уставилась на Мэрла, но он, судя по всему, и не подумал растеряться, уверенно обогнул кровать, схватил меня за руку и, распахнув дверь, потащил за собой вперёд по коридору, навстречу Дэрилу и Бэт. Они стояли у открытого окна, ведущего в противоположную сторону от дома. У нас не осталось выбора, пришлось бежать, нельзя было возвращаться за вещами.