Искупление (СИ) - Романова (Казакова) Анастасия Александровна "IzMelery Dreamer" - Страница 74

Я снова тряхнула головой, сдвинулась с места и медленно направилась вперёд, навстречу необъяснимому свечению. Шаг, второй, третий. Не меньше пяти минут прошло, прежде чем удалось приблизиться к едва освещённым деревьям и уловить довольно громкие голоса. Какое странное дежавю, словно когда-то во сне я уже видела это место, точно так же пробиралась среди разросшихся кустов и готовилась встретиться со своей судьбой.

Но эти голоса… О да! Они были знакомы слуху. Мэрл и Дэрил?! Не может быть!.. Сначала, я даже обрадовалась, но уже через мгновение едва не лишилась чувств, разглядев картину целиком. На небольшой просеке у опушки, той самой, где совсем недавно похоронили Бэт, стоял чёрный автомобиль, он и освещал фарами Диксонов, а поблизости, в окружении пятерых рослых мужчин, посмеиваясь, возвышался он, Филип Блейк. По его приказу, двое солдат насильно оттащили Мэрла чуть дальше, а остальные поставили Дэрила на колени.

Сердце моё несколько раз будто перевернулось в груди. Это ли был конец? Финал нашего опасного путешествия? Сильный озноб прошёл через всё тело, в горле пересохло, а руки, словно намертво приросли к пистолету. Я просто стояла, не двигалась и прислушивалась к голосам, заледеневшая от истинного ужаса.

— Как и обещал, ты увидишь смерть своего брата, — скривив губы, протянул Филип, — а потом он же и сожрёт тебя. Не такой уж и плохой расклад, не так ли? — Губернатор сделал шаг вперёд и приставил дуло пистолета к виску Дэрила. — Остальные не протянут и до утра. Мои люди перебьют каждого, даже детей.

— Ты мог бы и оставить их, — сдавленно выпалил Мэрл, и в его глазах отразилась настолько неподдельная ненависть, что у меня душа ушла в пятки, а сердце снова забилось, да с такой неистовой силой! — Нет смысла трогать малявок. Тебе нужен я — предатель. Так бери, — он расставил руки в стороны и слабо поморщился, — чего тянуть?

Филип лишь усмехнулся и, поправив повязку на лице, громко хмыкнул. Он растягивал удовольствие, это было видно по расслабленной позе и придирчивому взгляду.

— Я лелеял этот момент, и вот, долгожданный день настал! Вы оба здесь, стоите на коленях в ожидании неминуемой участи! — Дэрил стиснул зубы и попытался вырваться, но ничего толком не добился. — Сиди смирно и не скули, как кобель. — Филип выпрямился и прижал пистолет к мужской щеке.

— Клянусь, я вспорю твоё брюхо и напьюсь вдоволь кровью! — процедил Мэрл, злостно взглянув на своего врага исподлобья.

В тот момент он выглядел точно дьявол.

— Хотя, нет, в первую очередь, как только всажу пулю в лоб этому слюнтяю, отрежу твой язык, Мэрл, — размеренно, словно читая книгу перед сном, добавил Филип. — А потом возьму вот этот арбалет, — он ткнул пальцем на капот автомобиля, — и лично продырявлю голову вашему шерифу и его выблядкам!

Ненормальный, умалишённый, мерзкий психопат! Мне захотелось вскрикнуть, стиснуть кулаки и привлечь к себе внимание, попытаться дать братьям хотя бы один шанс! Но здравый смысл уберёг от неосмотрительного поступка.

— Как же благоприятно сложились все обстоятельства! — продолжал Блейк, в то время как я собиралась с духом и обдумывала совсем уж бредовую идею, закравшуюся в голову. — Этим днём мы уже отчаялись отыскать хоть кого-то из вашей компании! Но, сразу после обеда, услышали громкие выстрелы. Я-то понял, что это вы! И не прогадал! Да, ходячие спутали планы, но никто не уйдёт живым. Вы все умрёте, — он наклонил голову к лицу Дэрила, — без исключений!

Меня насквозь прошиб холодный пот. Вот он, момент истины. А Филип всё говорил, расхаживал вокруг да около, но даже и не подозревал о неведомой угрозе, притаившейся в кустах. Да, это была я и, в отличие от него, не собиралась медлить ни секунды. Сначала выпрямилась, размяла пальцы, а затем, собравшись с духом, вытянула руку и прицелилась. Я прекрасно понимала, что будет только один шанс, если не получится, мы немедленно умрём. Но чего стояли все эти страхи, раз уж жизнь и так повисла на тоненькой ниточке? Да, я сделала правильный выбор.

Вздохнула и выстрелила.

Громкий хлопок отозвался эхом в почти утихшем гоготе вблизи оврага; раздались крики, шум борьбы, а потом и несколько выстрелов. Нет, я не успела разглядеть: мёртв Филип или нет. Одна пуля просвистела в опасной близости от лица, а вторая больно ударила чуть ниже голени. Я даже вскрикнула, но негромко; упала на землю и прикрыла глаза.

Весь мир будто окутало туманом. Тело стало каким-то ватным, едва ощутимым; боль притупилась, а разум на время словно отключился. Наверное, это был шок, первая реакция на пулевое ранение? Я не знала, понятия не имела, но отчаянно боролась со страшными мыслями, мгновенно закравшимися в голову. А что, если все уже умерли, и я в том числе? Вдруг именно так и выглядит смерть?

— Дура, — раздалось где-то совсем рядом, да так близко, что я аж вздрогнула, — стоило пригнуться, а ещё лучше, стрелять с пригорка из положения лёжа!

Мэрл. Это был он. Значит, никто не умер? И всё получилось? Я попыталась открыть глаза и беззвучно ахнула, почувствовав, как крепкие руки оторвали от земли и подняли в воздух. Голова тотчас же запрокинулась, но, почти сразу, стоило лишь Мэрлу выпрямиться, плавно опустилась на его плечо. Тепло. Я вновь ощутила это необъяснимое чувство и, наконец, открыла глаза. Мэрл медленно направился куда-то в сторону огней, должно быть, прямо к машине. Но где же солдаты? Неужели всё, и правда, закончилось?!

— Губернатор мёртв? — едва слышно промямлила я.

— Да, Белоснежка, — хрипловато отозвался Диксон, отчётливо прихрамывая на одну ногу, — ты хоть и по глупости, но всё сделала правильно.

Я немного поморщилась и снова попыталась сфокусировать взгляд на угловатом мужском подбородке. Мэрл был невозмутим, будто ничего и не случилось, или же за напускным равнодушием скрывались истинные чувства?

— Ты ранен? — спросила я, словно не своим голосом.

— Нет, сладкая, — он отрицательно мотнул головой, — пустяки.

И ответ, как ни странно, внезапно удовлетворил меня. Секунд десять или около того, мы не разговаривали; по правде говоря, к горлу снова подступила тошнота, солоноватый привкус засвербел на языке, и я молчаливо стиснула зубы, с ещё пущей силой прижавшись щекой к грязной рубахе, едва ли не насквозь пропитавшейся не только потом, но и свежей кровью. Наверное, Диксоны боролись с солдатами. Точно, так всё и произошло, однако, несмотря на сопутствовавшие обстоятельства, было спокойно, как никогда прежде! И тепло. Да, я уже не в первый раз задумывалась над этим, а тем временем веки тяжелели, однако особой боли в области голени не ощущалось. Как странно, ведь я отчётливо запомнила, как пуля соприкоснулась с кожей.

— Шейлин? — донёсся встревоженный голос Дэрила, и тут же его испуганное лицо нависло надо мной. — Она цела? Не ранена?

— Нога, — сбивчиво прошептала я, слабо улыбнувшись другу, проявившему заботу, — левая.

Дэрил мигом исчез из поля зрения, а затем негромко предложил:

— Давай опусти её на капот, вот сюда.

Я почувствовала, как Мэрл ослабил хватку и немного наклонился, поэтому, в неожиданном испуге, уцепилась пальцами за ворот мокрой рубашки и попыталась удержаться, в отчаянном нежелании отдаляться от мужчины. Не знаю, то ли ранение, а, может, и размывшиеся грани возымели столь огромное влияние на сознание, что я намеренно прижалась лбом к мужской шее, чуть ли не повиснув на Мэрле. Хорошо, что он не стал намеренно отдаляться, словно ощутил нечто сходное с моими чувствами.

— Давай, милочка, — попросил старший Диксон, с несвойственной мягкостью в голосе, — приляг, мы твою ногу осмотрим, а потом и отведём к остальным.

— Они живы? — воодушевлённо выдохнула я, приподняв голову и столкнувшись взглядом с Мэрлом.

— Наверное, — он лишь пожал плечами, а потом всё-таки выпустил из объятий и выпрямился.

Мы выжили, снова выпутались из передряги, и от одной лишь мысли захотелось вскочить на ноги и забиться в истерике. Нервы были до того расшатаны, что я расплакалась, тихо, без лишних рыданий, но открыто, не пряча глаз и причудливой улыбки. Филип мёртв и солдаты тоже. И одной пули хватило, чтобы навсегда заставить Блейка замолчать.