Искупление (СИ) - Романова Анастасия Александровна "IzMelery Dreamer" - Страница 78

Я медленно обернулась, проследив за ним до самой опушки, в расстроенных чувствах, наконец, признав, кому больше всего досталось. Мы оба понесли потери, лишились не только братьев, но и верных спутников, друзей, — хоть Мэрл до последнего и отказывался признавать нашу связь, — и уже не тешились надеждой залечить кровоточившие раны.

Было слишком поздно.

***

Мы похоронили Мэрла неподалёку от ветхой хижины, прямо за невысокими кустарниками с размашистой листвой, уже изрядно пожелтевшей из-за продолжительной засушливой погоды. Земля была каменистой, с трудом поддавалась, но Дэрил без устали корпел, прибывал далеко от здешних мест, глубоко в своих мыслях; размахивал ржавой лопатой до тех пор, пока, удовлетворённый результатом, не отбросил инструмент подальше и не вылез из свежевырытой могилы. Он будто и не замечал моего присутствия.

Солнце клонилось к закату, отбрасывало свои ленивые, багрово-алые лучи между деревьев, пробивалось сквозь листья, подпитывая душевные тревоги, а Мэрл к тому времени уже покоился в сырой земле, укрытый запачканной простыней, позабыв тревоги и все свои грехи. Он был совсем один, где-то там, за гранью, возможно, вместе с Бэт и Майклом… Я втянула воздух в лёгкие, остановилась рядом с невысокой насыпью, точно как и в последний раз, когда прощалась с подругой, и молча уставилась на самодельный крест, снова собранный младшим Диксоном. Как ни странно, многие захотели присоединиться. Рик и Мэгги встали ближе всех, прямо позади меня и Дэрила, следом подтянулись Кэрол, Мишонн и Карл, даже Гленн не остался в стороне, впрочем, как и наши новые знакомые. Вопреки нелестным ожиданиям, никто не обрадовался скоропостижной смерти Мэрла, по крайней мере, не высказал свои мысли вслух. Все уважали Дэрила, ценили его, как одного из незаменимых членов команды, поэтому и отнеслись с должным пониманием. Слава богу.

Я не была уверена, что когда-то понимала этот мир, ощущала истину, как нечто осязаемое, нет, наоборот, с потерей Майкла, Бэт, а теперь и Мэрла, жизнь изменилась, стала совсем не такой, как прежде. Всё не так и не к месту. Другой мир — иная судьба.

— Он поступил правильно, — тихо промолвил Дэрил, сохранивший молчание на протяжении почти двух часов.

— И спас нас, — подхватила я, скользнув мимолётным взглядом по грязным волосам, обрамлявшим мужское лицо.

— Да, от судьбы не уйдёшь.

С этими словами, Дэрил повернул голову и доверчиво заглянул в мои глаза, и не было в них ни ненависти, ни злости, совершенно никакого напускного равнодушия, только покорное смирение и отчаянная тоска. Мы молча поняли друг друга, осознали, насколько оказались схожи не только характером, но и непримиримой судьбой, разбросавшей на пути такое множество препятствий. Жизнь — странная штука!.. И чем больше я раздумывала над этим, тем отчётливее понимала, что мы оба понесли равные потери, навсегда лишились братьев и простились с дорогими сердцу людьми.

Несправедливо? Бесспорно! Невосполнимо? Тем более!..

Я прерывисто вздохнула и почувствовала, как одинокая слеза, вопреки всем стараниям и пыткам, всё-таки скользнула вниз по щеке и застыла на подбородке. Невыносимо!.. Мне пришлось сильно стиснуть кулаки до едва ощутимой боли, чтобы проглотить слезы, не позволить им вновь оросить лицо и шею, не поддаться душевному порыву, удержаться от желания забиться под дерево и прорыдать до самой ночи! Вот какие чувства переполняли меня, терзали тело и разум! Но до поры до времени, пока, совсем неожиданно, горячая мужская ладонь не обхватила запястье и буквально заставила пальцы расслабиться. Дэрил. Наверняка, он не только заметил, но и почувствовал мои страдания, да и сам уже не первый день ощущал нечто схожее — отрешение и смирение.

«От судьбы не уйдёшь», — промелькнуло в голове, и я невольно улыбнулась, взглянув на своего верного друга.

Он приподнял уголки губ, но ненадолго. Хмурая тень снова опечалила бледное лицо, едва прикрытое спутанными волосами. Дэрил выпрямился и крепко стиснул мою ладонь в руке, осторожно переплёл наши пальцы и сцепил в замок, будто продемонстрировав свою заботу и молчаливое покровительство. А на душе тем временем расплывалось спокойствие. Я поняла, наконец, осознала, что больше никогда не останусь в одиночестве; и чтобы не случилось, мы будем рядом, поможем друг другу и в горе, и в радости, как одна большая и неразлучная семья.

Прошлое навсегда останется где-то там, позади, но светлая память о любимых и дорогих людях будет жить вечно, покуда сердца наши преисполнены надежд и по-прежнему бьются.

Продолжение следует.