Сделано в СССР (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 88

А у меня в голове затренькал звоночек. Откуда-то до боли знакомым показалось название городка – Эль – Собранте. Я замер, вспоминая. Удивительное дело, но воспоминания оказались в области, очень далёкой от спорта и от Америки.

Ну вот никак я не мог подумать, что они окажутся связаны с музыкой. А ведь точно, когда-то, ещё в первой жизни я читал рассказ о себе Кирка Хеммета, который жил в деревенском доме около Эль – Собранте. Именно там он впервые пробовал экспериментировать со звуком, а в Беркли он ездил, чтобы учиться играть на гитаре у Джо Сатриани.

– Простите, а вы случайно не знаете Кирка Хеммета? – спросил я у учителя. Вполне логично спросил. Городишко у них не больше нашего средненького села, и вряд ли там наблюдается переизбыток школ.

– Знаю, и не случайно. Он в позапрошлом году закончил нашу школу и сейчас работает в «Бургер Кинге». Вы его знаете? – насторожился американец, в котором взыграл дух учителя, переживающего за своих воспитанников и отслеживающих интерес посторонних к их ученикам.

– Мне рассказывал про него один из знакомых музыкантов. Говорил, что Кирк неплохо играет на гитаре, – вывернулся я.

Не рассказывать же мне о том, что через несколько лет этот парень станет одним из лучших гитаристов, играющих спид – метал, а группа «Металлика» вознесётся на вершины чартов, приобретя миллионы поклонников.

– Подождите-ка, – уставился на меня американец, и чуть не выпустил руль из рук, – Так это вы тот космонавт, которого Советы послали к нам на соревнования? Я во вчерашней газете про вас статью читал, но там, на фотографии, вы были без этих дурацких очков в половину лица.

Ну, так-то да. Солнечными очками я всерьёз озаботился. Солнце в Калифорнии лютует не на шутку, и мои глаза его точно не выдержат. Каплями не спасёшься. Я и на Урале без очков только в пасмурную погоду хожу, или когда на улице темнеть начинает.

– Похоже, что я. По крайней мере в космос больше у нас никто из делегации не летал, – огорчённо признался я, понимая, что беседу пора сворачивать. Мне все эти разговоры «со знаменитым человеком» ещё дома надоели. Почему-то люди, когда узнают, что я космонавт, резко глупеют и начинают задавать одни и те же вопросы, уже изрядно набившие мне оскомину. Я скоро во сне на них начну отвечать.

– А как вы отнесётесь к моему предложению о том, чтобы встретиться со студентами нашего университета? – огорошил меня водитель – педагог.

Вот так, с размаху взял и вылил на меня ведро с холодной водой. Ага, это я у себя в стране, оказывается, предстоящие вопросы знаю, а здесь и про другое могут спросить, да так, что надолго задумаешься.

Выступить с небольшим рассказом перед студентами Беркли мне интересно. Недалеко то будущее, когда этот университет станет одним из самых знаковых, а его работы и выпускники будут так или иначе знакомы всем, кто работает с информационными технологиями. Даже небольшой ручеёк свежих взглядов и идей от такого ВУЗа нам совсем не помешает, опять же и свою продукцию проще продвигать, если про неё студенты узнают ещё в процессе обучения. Учиться они не вечно будут. Когда-то станут специалистами, а потом и руководителями. Смотришь, и останется у них в голове собственное сложившееся мнение о качестве советской вычислительной техники и о её возможностях. Не плохо может получиться, если на личных контактах удастся построить систему обмена информацией.

Понятно, что ни они, ни мы в подробное описание деталей и тонкостей не уйдём, но обозначить хотя бы общие направления – это уже шаг вперёд.

– Боюсь, что заплатить за встречу университет не сможет, – неправильно оценил моё затянувшееся молчание американец.

– Я не про оплату думаю. Пытаюсь сообразить, когда мы узнаем расписание соревнований и тренировок, – отозвался я, подумав, что куда важнее для правильного ответа будет получение согласия куратора. Был у нас с ним серьёзный разговор про поездку, и не только с ним. От души различные товарищи в погонах мне задач нарезали, прежде чем решился вопрос с поездкой. Похоже, задумала наша разведка новую многоходовочку и заранее создаёт под неё соответствующий антураж. Пусть моя роль там в первом десятке с конца, но кое-что невзначай надо будет донести до прессы. Получены на то убедительные пожелания. И во время выступления в университете такая информация прозвучит гораздо более правдоподобно, чем в интервью после спортивных соревнований, - Да, и собственно, я для чего к вам пришёл. Мне очень интересно узнать, насколько эти песни, которые у вас записаны, популярны в Америке?

– Когда я покупал пластинку, то пара самых удачных песен с неё занимали пятнадцатое и двадцать второе место, но это было месяца два назад, – наморщил лоб водитель, припоминая наши достижения на музыкальном поприще США.

– Неплохо, – оценил я реакцию американской публики на незнакомую им музыку, к тому же на чужом языке, – Я надеюсь, у вас будет возможность передать Кирку моё пожелание о встрече. Думаю, мы с ним найдём о чём поговорить, а если удастся, то и на гитарах поиграем, – попросил я педагога о небольшой услуге. На самом деле я знал, чем заманить будущую звезду на встречу со мной из его же рассказа, который однажды попался мне на глаза.

Даже став фантастически знаменитым, Хеммет по прежнему лучшим времяпровождением будет считать вечера в своём сельском доме. Там можно собраться с друзьями, и под пиво вдосталь поиграть гаражный треш. И мне трудно его за это осуждать. У каждого человека свои предпочтения. Кому по душе собственное сольное или хоровое исполнение в стиле «Шумел камыш», а Кирку по нраву окажутся жёсткие гитарные запилы, выворачивающие наружу диффузоры динамиков, – Если вы оставите мне свой телефон, то я обязательно перезвоню вам, как только у меня появится ясность о возможности выступления перед студентами.

– До меня не просто дозвониться. Скорее всего вы попадёте на автоответчик или на моих родителей. Я предупрежу секретаря в университете и дам вам его телефон. С ним будет проще согласовывать выступление. А что касается возможности поиграть на гитарах, то я точно знаю, что пара рок – клубов при университете есть, и кроме того, недалеко от кампуса находится магазин музыкальных товаров. Думаю, вам не составит труда договориться с его хозяином о выделении вам отдельной комнатки на час – другой. Есть там у него такие кабинеты, в которые можно принести какой-нибудь инструмент и там проверить его звучание. Кстати, мы уже подъезжаем. Музыкальный магазин находится за тем белым зданием, – махнул рукой в нужном направлении мой новый знакомый, поворачивая автобус на въезд в студенческий кампус.

Хорошо хоть это не стало для меня сюрпризом. Спасибо Фаине, подробно рассказала, где мы будем жить и где лучше всего тренироваться. В пешей доступности у нас окажутся два стадиона. Один университетский и второй тот, на котором будут проходить соревнования. Большой полноценный Стадион Мемориал Беркли, выстроенный на пожертвования граждан в честь калифорнийцев, погибших на первой мировой войне.

Положа руку на сердце, я так и не смог определить своё отношение к тому, что лучше и лично мне ближе. Или разбить посреди города площадь с гранитным монументом в честь погибших героев, как это сделано у нас в Свердловске, или построить стадион – памятник в пригороде крупного города. Всё-таки разрыв в мировоззрении у нас с американцами существенный.

Думается мне, что разница вполне объяснима. Американцы наверняка устраивали публичный опрос населения, которое выбрало стадион, а у нас, как обычно, кулуарно сработала группа партийных руководителей. И что с того, что народ мог оказаться «Против» площади, если коммунисты проголосовали – «За».

Комнатка в университетском кампусе, где мы поселились с Володей Ященко, меня порадовала. По советским гостиничным меркам она вполне тянет на полулюкс, отличаясь в лучшую сторону размерами, сантехникой и окнами. Нашей делегации выделили целый корпус, благо наступило лето и большая часть студентов разъехалась по домам.

Зато я удивился в очередной раз. Оказывается, в Америке можно учиться три семестра в год. Желающие жить быстрее могут использовать летний семестр. Вполне себе полноценный, и не отличающийся от остальных. Опять я натыкаюсь на спорное для меня решение. Но тут мне ответ даётся проще. Если руководствоваться нашим климатом и здравым смыслом, то своими летними днями уральцы не на шутку дорожат. В Калифорнии хорошо, к примеру, в том же Беркли. У них по жизни температура плавает от пятнадцати до тридцати градусов, и что противно сознавать, эти цифры всегда со знаком плюс. Так что у нас даже летом иногда бывает холоднее, чем у них зимой. А уж нашу зиму калифорнийцам точно не пережить без серьёзной психологической травмы. Поэтому – даёшь советским студентам летние каникулы, и никаких гвоздей!