Сделано в СССР (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 98

– Значит ты считаешь, что миллион этих самых видиконов окажется востребован? – спросил Дед, кивком подтвердив сыну своё согласие на чай, который тот потянулся ему наливать.

– На самом деле намного больше их нужно. Можно не только для себя, а и для всех стран СЭВ их производить. КОКОМ же запретил продажу видиконов соцстранам. И видикон не главное, я его вообще-то только в качестве примера привёл.

– От твоих примеров уже урожай не знают куда девать, – устало отмахнулся от меня Дед, смачно прихлёбывая горячий чай.

– Гхм-м, – теперь уже я откашливаюсь. Что-то не совсем я про урожай понял.

– Что хмыкаешь? Чья идея была про танковые двигатели? Думаешь, все они на электрогенераторы ушли? Как бы не так. Тракторостроители тут же не меньше трети под себя подмяли. Оказывается, та же свёкла с картофелем глубокой вспашки требуют и мощной техники. Напахали так, что теперь не знают, как картошку собирать будут. Колхозы уже про сверхплановые урожаи начали докладывать. Больше, чем по пятьдесят центнеров с гектара в среднем добавят по предварительной оценке.

– Слабовато как-то. Американцы больше сорока тонн картофеля с гектара снимают, а наши с тринадцати на восемнадцать вышли и тревогу забили. Где и что я не понимаю? – заёрзал я на стуле, поставив свою чашку на стол.

– Трактора. Они стали мощнее. Тот же «Кировец» К – 710 втрое повысил производительность сельхозработ за счёт использования широкозахватных навесных комплектов. Беда в том, что этих комплектов катастрофически не хватает. Трактора тысячами выпускаем, даже на экспорт поставлять начали, а с навесным оборудованием пока всё плохо, – неторопливо посмаковал ароматный чай Анастас Иванович, словно между делом поведав мне об очередных трудностях.

– Ага, у нас плохо, а в других странах трактора наши покупают. Значит есть у них, что к тракторам прицепить. Почему бы бартер не наладить? Для капстран предложить К-150, – вспомнил я недавно увиденные харьковские трактора, копошащиеся вокруг асфальтоукладчика, – А для соцстран те же семисотые. И в качестве встречных поставок – навесное оборудование. Я так понимаю, что «Кировцы» нам нежелательно вероятному противнику продавать?

Я вопросительно уставился на генерала.

– Так-то да. Изначально К – 700 разрабатывался, как артиллерийский тягач, насколько я в курсе, и вряд ли их гражданскую модель серьёзно изменили настолько, чтобы нельзя было в кратчайшее время сменить плуг на гаубицу, – подтвердил он после недолгого раздумья.

– Замечательно. Значит на «лишних» тракторах, которые мы не можем обеспечить оборудованием, можно жирным текстом написать «Сделано в СССР» и по бартеру поменять их на то, что нам нужно. На те же плуги, и всякие там сеялки – веялки со сноповязалками. Заодно и финнов нужно растрясти на лесоперерабатывающие комплексы. Лесов в стране полно, а хорошей техники нет. У нас, в одной только Свердловской области запас по лесу больше, чем в той же Финляндии и мне непонятно, почему именно финны должны быть лидерами в лесопереработке? – адресовал я Деду свой вопрос.

– Та-ак. А теперь всё то же самое, но по порядку. Про надписи «Сделано в СССР», про бартер и про свой лес, – громко стукнул Дед резко поставленной на стол чашкой.

Пришлось минут десять разглагольствовать про разницу менталитетов и необходимость саморекламы.

Мы, русские, существенно отличаемся от тех же японцев. Островные жители «для себя», то есть на свой внутренний рынок, изделия делают намного качественнее и разнообразнее, чем на экспорт. Взять те же «праворукие» автомобили, которыми в моей первой жизни чуть ли не весь Дальний Восток заполонили. Я и сам на таких поездил и честно могу сказать, что они, даже бэушные, были намного лучше, современнее и надёжнее своих леворульных собратьев, которые стоили в разы дороже.

У нас всё не так. Мы на экспорт всегда всё делаем лучше, чем для самих себя. Так что издалека читаемая надпись на тракторах «Сделано в СССР» будет нести двойную задачу. Во-первых, мы покажем миру свою технику гражданского назначения. Не распыляя её на марки, а формируя себе единый бренд, завязанный на название страны. А во-вторых, наши люди дотошнее проверят и лишний раз протянут и протестят все механизмы и узлы на «экспорте», опять же исходя из нашей же национальной особенности. Есть у нас этакая гордость за технику, поставляемую за рубеж. Необъяснимая, но существующая. Хорошо мы «экспорт» делаем, чего уж там…

Дальше рассказывал про бартер, на который у нас с японцами перешли несколько свердловских заводов. И про лес, который мы кругляком отправляем в разные страны, а в ответ, за сумасшедшие деньги закупаем у них мебель из опилок. По сути дела, с нами расплачиваются этими опилками, остающимися от переработки нашего же леса.

– О, кстати, про картофель… Я же подарки вам привёз, – хлопнул я себя по лбу, когда у меня иссяк источник вдохновения, позволяющий вещать на ранее заданные темы, – В машине оставил. Сейчас принесу.

На самом деле я не собирался дарить Микояну те упаковки с чипсами, которые я набрал для себя и для подарков в американском супермаркете. Иначе ещё в подмосковном доме выложил бы их из «сундука». Просто в свете нашего разговора про урожай картофеля мне как-то само собой пришло в голову правильное решение. Я подумывал о том, чтобы порадовать свердловчан новой продукцией и даже примерно прикинул, в каком совхозе можно будет открыть небольшой «чипсовый» цех. Но что-то мне подсказывает, что Микоян, который провёл в довоенном СССР натуральную продовольственную революцию, мою новую тему раскрутит на порядок лучше и развернёт её географию на всю страну. Несмотря на то, что он до сих пор не при должности, его влияние в последнее время только возрастает. Свидетелями тому четверо директоров, которые решили, что времена жёстких «микояновских» ГОСТов закончились и теперь в колбасу и мороженое можно совать всякую гадость. И месяца не прошло, как все четверо вылетели с работы. Хорошо так вылетели – громко и знаково. С нужным освещением в прессе. Могу поспорить, что им руководящая работа больше никогда не грозит.

Что характерно, все четверо были коммунисты, да собственно беспартийных руководителей на крупных предприятиях я пока и не видел. Быстро перестроились директора. Прочувствовали вкус новой экономики и начали народные ресурсы слегка под себя заворачивать.

Зарождение новой «аристократии от коммунизма» явление ожидаемое. К власти добавились деньги, хотя бы в виде тех же весьма приличных премий за новые товары, и не все смогли удержаться от искушения. Начали директора нарезать для себя новые полномочия, льготы и разветвлять связи, создавая себе статус «непотопляемых».

На самом деле не только директоров премировать нужно, а и тех специалистов высокой квалификации, которые действительно составляют костяк предприятия. Их нужно холить и лелеять, неукоснительно выплачивая все полагающиеся надбавки за квалификацию и классность. Это я для себя однозначно уяснил, изучая опыт американцев. В США не жалеют денег на «покупку мозгов» и такие затраты им возвращаются сторицей.

Взять того же Сикорского, которого все знают по фотографиям одного из его самолётов «Илья Муромец». Талантливый авиаконструктор, научивший американцев, как делать самолёты и вертолёты.

Был в его жизни период, когда ничего не стоило вернуть Сикорского на Родину. Поучаствуй тогда вместо композитора Рахманинова в его судьбе Советское правительство и вернулся бы русский гений обратно. Глядишь, и появились бы в СССР, а не в США, в 1939 году вертолёты.

Тем более моральных проблем для возвращения у авиаконструктора не было, о чём он и сам писал Галичу: – «Мой род происходит чисто с Украины, из деревни в Киевской губернии, где мой прадед и прапрадед были священниками. Однако мы считаем себя по происхождению русскими, из определённой части России, рассматривая украинский народ как интегрированную часть России так же, как Техас или Луизиана являются интегрированной частью Соединённых Штатов».

Правильный был человек. Умный. Глубоко в суть смотрел. В СССР давно пора упразднить национальности, как это в США сделали и ввести один общий язык. Скоро такая необходимость станет значима, так как все свои программы мы на русском языке пишем.