Гильдия - Голотвина Ольга - Страница 175

– Еще нет… ну, почти… Зато для такого серьезного дела мы потревожили почтеннейшего Ваштора из клана Лебедя.

Лауруш замер в предвкушении ужасной вести. Да, он знал, как и все в столице, что высокородный грайанец Ваштор Туманная Скала – маг, хотя и не из самых сильных. Много лет назад он перебрался в Гурлиан и пользовался уважением при дворе Зар-феста. Король очень редко, в особо важных случаях, использовал способности знатного грайанца: тот безошибочно отличал ложь от правды. Увы, сосредоточиваясь на собеседнике, маг терял столько сил, что потом несколько дней бывал болен. Зато никогда не ошибался.

– Ваштор беседовал с Шенги? – с надеждой спросил Глава Гильдии.

– Нет. Твой ученик в таком неистовстве, что разговаривать с ним невозможно. А вот с контрабандистом Хвощом почтеннейший Ваштор потолковал. Сейчас высокородный господин лежит пластом, вокруг него хлопочет лекарь. Но у него хватило сил, чтобы твердо заверить дознавателя: да, Хвощ говорит правду. Он действительно видел под случайно распахнувшимся плащом преступного незнакомца ту самую птичью лапу, о которой поется в балладах и рассказывается в легендах.

Голос короля уплывал куда-то. Лауруш стиснул зубы и приказал себе держаться. Услышанное было страшным ударом, но любимый ученик все равно не мог быть негодяем и преступником.

– Государь, – выдохнул из себя Лауруш, – могу ли я увидеться с Шенги?

– Можешь, – легко согласился король. – Если он с тобой потолкует без черной брани, это пойдет только на пользу следствию.

– Я сделаю больше. Мой государь слышал про такое растение – говорушка?

– Не только слышал… – сказал король.

Под золотой маской не видно было, как скривились в горькой усмешке губы Зарфеста.

А король-отец, отвернувшись, сердито качнул ритуальным топориком. Ну, конечно, он помнил, как после мятежа «бархатных перчаток» подверг своих детей испытанию. У него был всего один бесценный сухой венчик цветка, принесенного каким-то удачливым Охотником из Подгорного Мира, и сын с дочерью пополам выпили тогда бокал вина с зельем.

Ну и что? Разве он, Эшузар, не был прав? Ведь дочь оказалась предательницей! Разве забудешь, как она, со счастливым раскрасневшимся лицом и с блестящими глазами, рассказывала отцу о том, как приняла предложение мятежников-дядюшек, как обещала быть им верной помощницей…

Но именно сын, неповинный в измене, с тех пор носит в душе обиду за тот бокал вина…

Тем временем Зарфест, отбросив неприятные воспоминания, спросил Охотника:

– У тебя есть говорушка?

– Нет, но знаю, у кого есть. Я же Глава Гильдии!

– Думаешь, из твоих рук Шенги выпьет это зелье?

– Конечно. Ученик – он до самой смерти ученик. Разумеется, во время допроса я буду рядом с ним.

– Да, конечно.

Король обернулся к начальнику стражи, чтобы отдать необходимые распоряжения. Лауруш воспользовался короткой паузой – шагнул к молчавшему до сих пор Унсаю, тяжело оперся на его плечо. Хоть на несколько мгновений расслабиться…

И тут накатила невидимая тяжелая волна, выдавила из груди воздух, жестко сжала сердце. Острая боль ударила под лопатку, отозвалась в левой руке. Тьма заволокла все перед глазами, и Глава Гильдии уже не слышал испуганных голосов придворных…

– Лекарь запретил переносить почтенного Лауруша домой, – рассказывал Унсай нескольким Охотникам, стоя у крыльца дома Главы Гильдии. – Король приказал найти для него кровать во дворце. Больного поместили в одной из комнат левого крыла, оно же почти пустует. Лекарь дал Лаурушу опия, смешанного с вином. Теперь он спит и будет спать очень долго. Пока не встанет с постели, делами Гильдии буду ведать я.

Возражений не последовало. И правда, кто же, если не Унсай?

Временный Глава покинул двор Лауруша, на ходу отвечая на вопросы Охотников, которые следовали за ним. А у крыльца остались трое учеников, про которых все забыли.

– Ну, что?! – гневно обернулась Нитха к Дайру. – Почему не поговорил с Унсаем?

– Он был не один, – возразил Дайру. – Если тот гад – из Охотников…

– Ага, ясно, – перебил его Нургидан. – Я бы вообще никому не верил – ну, кроме вас двоих. И получается, что в засаду на болоте идти придется нам, больше некому.

– В засаду? – задумчиво протянула Нитха. – Мы-то, положим, в засаду пойдем… и сквозь охрану у Ворот как-нибудь просочимся… а вот где достать Снадобье? Учитель в тюрьме, весь запас при нем…

– Смотришь в самую суть, принцесса! – поморщился Дайру.

Все трое подавленно призадумались.

– Да ладно… – вякнул было Нургидан. – Один-то раз… туда и обратно… ради учителя! Я был в Подгорном Мире без Снадобья – и ничего, обошлось!

– Можно и рискнуть, раз очень-очень надо! – неуверенно поддержала его Нитха. – Как говорят у нас в Наррабане, и боится коза крокодила, а к водопою ходит!

– Второй раз опаснее, – резонно возразил Дайру. – А «туда и обратно» – это по здешним меркам. А там, в складках, придется провести несколько дней. Кто знает, в кого мы превратимся за это время? Может, и про учителя забудем.

Тягостное молчание нарушил Нургидан.

– Ну, так надо раздобыть Снадобье. Мы в доме Охотника. Ни за что не поверю, что у него нет запаса… на всякий случай. Где-нибудь наверняка есть тайник.

– Вероятно, даже не один, – согласился Дайру. – Один-то я прямо сейчас могу назвать. Только нам до него не добраться.

Под изумленными взглядами друзей подросток позволил себе чуть-чуть потянуть паузу. Даже в тяжелых и сложных обстоятельствах приятно почувствовать себя фокусником, который сейчас вынет из рукава голубя.

– Нургидан, помнишь, ты говорил, что, как только станешь Охотником, заведешь себе такой же пояс, как у учителя? Чтоб в кисточки были вплетены стальные шарики, а? И что в этих шариках ты, как учитель, будешь хранить Снадобье?

– Ну, говорил…

– А как думаешь, почему Шенги такой пояс носит, у кого он его подметил? Может, подражает своему учителю?

– Ой, правда! – забила в ладоши Нитха. – У Лауруша такой же пояс! С шариками!

– А толку? – хмыкнул Дайру. – Пояс-то во дворце…

Посовещавшись, ребята решили разделиться. Нитха побежала во дворец в надежде проникнуть к больному, навестить его и по возможности стянуть пояс. Дайру отправился вслед за Унсаем – вдруг удастся поговорить наедине! Нургидан остался в доме. Ему предстояло с помощью своего чутья выяснить, не спрятано ли где-нибудь Снадобье.

Встретились все трое за обедом – огорченные и обескураженные.

Нитхе во дворце по шее не дали, но и к Лаурушу не допустили – лекарь запретил беспокоить больного.

Дайру не сумел подкараулить Унсая одного – тот обходил торговцев, убеждал их не расшатывать цены на товары из Подгорного Мира из-за последних событий.

Нургидан учуял уйму запахов, от румян служанки до мышиного дерьма. Но запах Снадобья уловил только в кабинете хозяина дома. Увы, пахло от пустой ступки с пестиком и от чашек небольших весов. Все понятно: здесь Лауруш стряпал Снадобье.

Ученики вновь загрустили.

– Ничего, – попыталась Нитха утешить друзей. – У нас в Наррабане говорят: упасть – полбеды, не встать – настоящая беда…

И тут Дайру бросил безумную идею, за которую все поневоле ухватились:

– Если мы чего-то не можем сделать сами, то нанимаем мастера, верно? Нам нужно раздобыть пояс Лауруша. Значит, надо найти… ну, мастера.

– Вора? – напрямую бухнул Нургидан. Когда боги раздавали людям дипломатические способности, юный гурлианец определенно в очереди не стоял.

– Вора? – удивилась Нитха. Принцесса не была шокирована, просто прикидывала возможные трудности. – А где ты его возьмешь? Они вроде не пристают к прохожим на улице с предложением своих услуг!

– Были б деньги, – простонал Дайру, – я б хоть армию навербовал!

Вот он и пришел, миг сюрприза, который Нитха собиралась устроить друзьям.

– Деньги? – нарочито равнодушно переспросила она. Развязала свою котомку, вытащила за-вернутый в запасную рубашку кошелек. И высыпала прямо на пол, перед онемевшими друзьями кучку серебра, в которой поблескивали две золотые монетки…